Сегодня мы решили съездить в трип, но в более пространственном смысле - буквально взяли и поехали на какое-то там Пестовское водохранилище, взяв с собой под 2000 мкг этого самого и неслабую такую сигарету с ДМТ (и это вот самое интересное, как потом выяснилось). Как мы туда ехали, я описывать не буду, потому что это довольно скучно. Самое интересное началось с того момента, как мы туда приехали. И уже оттуда мы начали уезжать кое-куда ещё посредством несколько другого транспорта. Куда мы в итоге приехали, я и постараюсь сейчас описать. Весь кислотный трип можно расписать в терминах неких «Бац!»-ев. Что такое «Бац!»? Это когда ты резко осознаешь себя внутри какой-то очередной абстрактной концепции, которую мы только что внезапно придумали. И каждый такой «Бац!» непременно оказывается завершён чем-то, что можно ближе всего передать фразой «А меня всё так же плющит». Далее всё повествование пойдет в терминах этих бацев. Бац! И мы осознаём себя, сидящими на… лесной квартире. Буквально. Под голыми ногами — ковёр из земли и листьев. Потолок выражен в форме свисающих над нами листьев дерева, под которым мы приземлились. То есть, казалось бы, мы сидим на открытом пространстве, но оказывается, что мы сидим в замкнутом пространстве, которое замыкается между ковром из земли и потолком из листьев. А всё остальное происходит «за окном» этой аудитории (лесной квартиры). Квартира наполняется звуками джаза. Мы все сошли с ума, и — что самое интересное — под джаз сходить с ума особенно безумно - тем более, когда проигрывается очередная импровизация на саксофоне типа «трам-пам-парарарам-пам-па-а-а-аммм..» — всё так культурно, интеллигентно, и при этом творится полное безумие, вокруг кромешное квадратное ебанько и медведи на балалайках, рекурсивно сгорающие в автомобилях. А нас всё так же плющит. Бац! Мы осознаём, что пахнет говном. Пахнет не просто говном, а какой-то мертвечинкой: как будто кто-то до нас уже был здесь, притом не просто был, а буквально был — умер и разложился, прямо где-то в кустах рядом. Мы понимаем, что это всё не просто так: ведь запах говна - он всегда, повсюду преследует вас по жизни. Вы можете пытаться убегать от него, как-то изолироваться, но в итоге говно так или иначе настигает вас, и это неизбежно. И правы те, кто говорят: «жизнь говно, и всё сделано из говна». На самом деле рядом просто банально оказалась помойка (в лесу-то), которая этим всем неожиданно пахнет. Мы изначально так удачно приземлились прямо рядом с ней, в итоге разведя целую философию вокруг говна в попытках обосновать и оправдать то, зачем мы это сделали. А нас всё так же плющит. Бац! Мы осознаём, что дерево — это волос земли. А мы все всего лишь мандавошки, которые ковыряются в этих генитальных зарослях Земли. Каждый такой волос очень глубоко врастает корнями в землю. Мы видим лишь половину дерева, которая растёт наружу, есть и другая часть, которая так же пространственно сложно растёт внутрь. И эти части разных соседних деревьев связаны между собой. Это связная информационная сеть — Деревянный Интернет. Я лёг на землю и попытался подключиться к Деревянному Интернету, но не нашел подходящего разъема. А меня все так же плющит. Бац! Я осознаю себя фехтующим на шампуре с дубом. Пробовали когда-нибудь фехтовать с дубом? Можно очень серьёзно встать напротив него в правостороннюю позицию en garde, потыкать в него, сказать “touche”, и предположить от дуба какой-то ответ, какую-то реакцию. И на этом, в принципе, всё — дело в том, что дубу глубоко похуй на то, что в него кто-то решил потыкать шампуром, он ведь там растёт уже много сотен лет и для него вся наша деятельность вокруг него - это какой-то чих, мгновение, ничто. Дуб нас даже и не заметил — а меня всё так же плющит. Играет джаз. Бац! Мы осознаём, что мы все увязли в Матрице. Причем в совершенно определённой Лесной Матрице. И тут главное - как бы не появились санитары этого леса-матрицы и не спросили у нас документы. Вот так: хуяк - и внезапно «предъявите вашу прописку в Матрице». И что мы скажем: что нас всё так же плющит? Бац! Мы осознаём, что мы каждый находимся в какой-то своей реальности. И можно установить определённые законы типа как на право частной собственности, но применительно к реальностям. Частная реальность. «Это моя реальность, не заходи в неё, а то я вызову Полицию Реальностей!» Должны же в конце-концов быть какие-то силы правопорядка, устанавливающие и гарантирующие определённую суть взаимоотношений между разными частными реальностями. По сути, это и есть человеческое общество вместе со всеми его законами. Мы попали в запрещённую реальность, и за это нас могут надолго запретить в другую реальность (лет на 20), потому что у нас собой особо крупный размер приколов. Но нас всё так же плющит. Бац! Мы осознаём себя в космосе. Буквально. Ведь космос начинается прямо от того места, в котором мы в него растём (вверх). Над нами — в небе — космос. И он не только над нами, но и под нами (если сквозь землю вниз посмотреть). Мы вообще всё это время были в вакууме: Земля-то в вакууме, а мы на Земле стоим прямо. И мы прям щас в нём находимся, в вакууме… ведь плющит-то так же (поэтому это не удивительно). Бац! Я нахожу себя в гамаке. Но гамака нет. Дело в том, что между деревьями натянута какая-то струна, и если на неё опереться спиной и разлечься на ней руками, то возникает полная иллюзия того, что ты лежишь в гамаке, - но на самом деле ты лежишь на какой-то ебучей струне, натянутой между деревьями. Гамак рвётся, я падаю. А меня всё так же плющит. …тут еще очень много всяких бацей, но я уже замучился их описывать, перейдём к более интересным бацам… Бац! Я осознаю себя внутри ретино-кортикального преобразования. Для тех, кто не в курсе — это такая пространственная структура в зрительной коре мозга человека, через которую мы непосредственно всё видим. Причём в этой структуре выражена такая математическая концепция, как логарифмическая спираль, последовательность Фибоначчи и золотое сечение — это всё одно и то же. И вот через это преобразование я вижу мир, преобразовывая его в терминах этой пространственной зрительной структуры. Таким образом я вижу вокруг то, что вы бы назвали «фракталом». Я вижу через этот фрактал, сквозь него, как люди могут видеть что-то через цветные очки. Только эти очки не цветные, а вот такие ретино-кортикальные, понимаешь. Весь мир сворачивается в логарифмическую спираль, которая во всём, потому что она в моём мозгу, что и есть всё. А меня всё так же плющит. Бац! Мы оказываемся в мире эллиптических кривых и Теоремы Таниямы-Симуры. Буквально. Вам вот сложно представить, как можно оказаться в мире, казалось бы, абстрактных математических концепций, которые нельзя, казалось бы, потрогать и увидеть. Можно. Мы в нём оказались. И нас всё так же плющит. Бац! И мы понимаем, почему Танияма покончил жизнь самоубийством, осознав красоту кое-какой концепции. Это целая драма, на самом деле, почитайте как-нибудь, ознакомьтесь. Это единственный известный нам математик, который покончил жизнь самоубийством из-за математики. На самом деле, Танияма, возможно, не убивал себя. Представьте себе человека, который однажды решает доверить свою судьбу… монетке. Смешно? Это не смешно. Любой выбор, который требует ответа «A или B» (а любой сложный выбор так или иначе можно свести к цепочке выборов между A и B) отныне за вас делает монетка. Вы подбрасываете её и слепо доверяетесь математической случайности. И вот вы осознаёте, что вы живёте так уже очень много лет, и монетка всё делает правильно. Всегда выбирает почему-то так, что ты ещё жив и осознаёшь всё это. И тут ты решаешь подойти к границе этого, понять глубже саму суть своей реальности, обусловленной подбрасыванием монетки, подвергнуть её сомнению. Как это сделать? Нужно поставить себя в такую позицию, в которой выбор монетки будет прямо указывать либо на твою смерть, либо на твою жизнь. И довериться этому выбору. Ты встаёшь на рельсы и ждешь мчащегося на тебя поезда. И монетка должна решить, останешься ты на рельсах или сойдёшь. По идее, если всё верно, то монетка всегда выберет так, что ты сойдешь с рельс и поезд тебя не собьёт. Это можно интерпретировать как испытание своей веры. Или попытку что-то доказать таким способом себе самому. Неважно. Убивая себя, Танияма испытывал Это, проверял Кое-Что на прочность. Для этого нужно иметь hard balls, на самом деле. И мы никогда не узнаем, что у него там в итоге получилось. Танияма не написал всего этого в предсмертной записке, потому что это довольно бессмысленно для других, - ведь если это так, то это такая математическая картина, которую мог оценить лишь он сам, находясь на своём месте, убивая себя. А может, мы всё это просто придумали, и Танияма просто бессмысленно и беспощадно завершил себя, как тот медведь, который сел в машину и сгорел. — Алё, шеф, куда едем? — Да никуда не едем. Тут горим. А нас всё так же плющит. Бац! И мы осознаём, что в мире логарифмической спирали почему-то нет круга — непорядок. Как же сделать круг из логарифмической спирали, и наоборот? И оказываемся внутри уравнения Леонарда Эйлера, связывающего числа pi и e в одной формуле. Мы становимся аппроксимацией аппроксимации, и нас всё так же плющит. Бац! И мы осознаём, что в мире двух интерпретаций, взаимоинтерпретирующих друг друга, всегда есть какая-то третья интерпретация, которая суть есть наблюдатель, то есть — ты. Всегда есть наблюдатель, который наблюдает за трансформацией одного в другое. А наблюдатель — третий. Причём, третий лишний. Его ведь не существует в мире двух противоположностей, которые он обуславливает, наблюдая их. Это как представить, что у вас есть два глаза, а тут - хуяк - и открылся третий глаз. Который видит, как другие два глаза видят друг друга. Это и есть вы. И вас всё так же плющит. Бац! Мы покурили ДМТ. Хуяк - и резко стало несмешно. Раньше паттерны ползали по поверхности объектов, при этом сами объекты оставались вроде как объектами. То есть, сколько кислоты не жри — а это мы уже давно заметили — реальность достигает линейного абсурда строго внутри определённого класса сложности, не выходя за его пределы. ДМТ дал нам «прикурить», дав понять, что абсурд может быть куда более низкоуровневым и куда более сложным, как экспоненциальная сложность несопоставимо сложнее линейной, например. Как бы сильно кислота тебя ни плющила — она не трогает кое-что, что я бы назвал языковым уровнем. Она словно ходит вокруг него, но он сам не меняется, ты можешь строить адекватный внешний и внутренний диалог. Под ДМТ сам язык, на котором ты мыслишь, преображается просто до Дикого Абсурда: пропадает носитель, вокруг которого можно было бы строить реальность. Реальность буквально разбирается на куски до полного Абырвалга, причем это видно визуально. ДМТ это, блядь, не шуточки. И нас все так же плющит. Бац! Мы достигаем Астральной Проекции. Неудивительно, ведь плющит-то так же. Бац! Мы осознаём, что паттерны осмысления можно реверсировать, и это и есть то, что мы постоянно видим. Например, как увидеть табуретку? Можно сначала увидеть ножки и крышку и абстрагировать (опаттернить) это в табуретку. А можно сначала увидеть табуретку и, реверсировав паттерн, разложить его на ножки и крышку, увидев их в табуретке. Так что же мы увидели первым: всё-таки табуретку или ножки с крышкой? А может, кошку с ложкой? Или белку с вилкой? Да, вообще, это еще кто кого увидел, на самом деле. Щас приедут санитары и разберутся, определят по палатам быстро, кто там че увидел и по какому поводу. Ведь нас всё так же плющит (но ДМТ вроде отпустило). Бац! Мы осознаём себя как исчезающую границу между противоположностями — которые на самом деле не противоположности, а вместеединности. И мы — это то Ничто, где это рождается (Всё). Плющит так же, и не сомневайтесь. …ещё очень много всего… Бац! Мы осознаём себя на встрече с заказчиками софта, которые хотят, чтобы мы сделали кое-какую шнягу под Android OS. И это не шутка. Мы обсуждаем всякую хрень, после чего я убеждаюсь, что надо обсуждать с заказчиками что-либо именно под кислотой. Потому что всё вдруг становится понятно (и неважно, что именно и почему). Когда мы всё обсудили и разошлись, то осталось чёткое понимание что мы не обсудили что-то, а… абсурдили. Приехали, встретились и поабсурждали всякий абсурд: например, абсурдили возможность овозможнивания кое-какого абсурда. Ужас, нас всё так же плющит. Бац! И вот тут я заёбываюсь всё это писать и иду спать. Потому что уже сутки прошли… а нас всё так же плющит. И это навсегда. А, кроме шуток, то, что я тут написал — поверьте, это лишь тысячная часть всего того интересного и бессмысленного, что было в этой поездке в страну Голых Логических Концепций.

Источник: http://psyhonaft.ru/trip-report/1688-lsddmt.html
©