Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Незабываемая легенда балета Анна Павлова
Самая знаменитая балерина ушедшего столетия, Анна Павлова (1881–1931), биография которой соткана из легенд, пожелала оставить всё, что не касалось её работы, в тайне.
Высочайшая одухотворенность и потрясающая пластика сделали Анну Павлову великой балериной мира. Каждый танец был уникален, так как она никогда не могла повторить все те «па», которые рождались импульсивно.
«Незадолго до закрытия этого сезона, — вспоминал в конце тридцатых годов Ширяев, — я возобновил исключительно по памяти «Жизель»… Главную роль должна была исполнять Павлова, чудесное хореографическое дарование которой тогда только еще распускалось».
Посмотреть трудный дебют пришли бывшие и настоящие балерины: Евгения Соколова, Варвара Никитина, Кшесинская, Гримальди.
На сцене выступали: граф - Николай Легат, лесничий - Гердт, повелительница вилис - Седова. Pas de deux первого акта исполняли юная Тамара Карсавина и Фокин. Но зрители пришли смотреть Павлову — пятнадцатую Жизель на русской сцене, начиная с Елены Андреяновой.
Павлова видела трех Жизелей — Ольгу Осиповну Преображенскую, Энрикетту Гримальди, Карлотту Замбелли. И теперь, перед выходом, ее охватил мучительный страх.
Тема была все та же. Только глубже, проникновеннее, психологичнее во всех поворотах, чем где бы то ни было еще.
Изумленные старожилы императорского балета от спектакля к спектаклю привыкали к откровениям Жизели Анны Павловой.
Газеты писали о балерине с восторгом: «Гибкая, музыкальная, с полной жизни и огня мимикой, она превосходит всех своей удивительной воздушностью. Когда Павлова играет и танцует, в театре особое настроение».
«Воздушность» и хрупкость позволили Анне Павловой миновать кордебалет (все выпускницы начинали именно с него) и даже получить второстепенные сольные партии. В прессе звучали хвалебные речи и сравнения: «Пламень и пепел», «Чарующая нежность и грация», «Это искристое шампанское и пьянящий воздух», «Павлова точно спорхнула с гравюр 19 века»…
Сергей Лифарь, вспоминал, что «увидел откровение неба …», «никогда в жизни не видел ничего подобного той не человеческой, а божественной красоте и легкости, совершенно невесомой воздушности и грации…»
Трепет крыльев – рук Павловой производил неизгладимое впечатление на всех. Балерина прикрепила рубиновую брошь на грудь, как символ раны, и этот танец стал называться "Умирающий лебедь". Сен-Санс, после просмотра спектакля признался Анне: «Именно после того, как увидел Вас в «Лебеде», пришло понимание, что я сочинил очень красивую музыку»
Анна Павлова умела создавать на сцене эфемерные создания, которые могли парить в воздухе. Это было необычно и это потрясало.
Танцу она отдала всю свою душу.
Анна Павлова – внимательная и добрая, она опекала всех членов своей труппы и лично могла нанести йодную сетку на ноги танцовщиц. Труппа ее обожала и трогательно оберегала ее, как любимого ребенка.
"...многие балерины удовлетворяются тем, что нравятся публике блеском и бравурностью исполнения. Павлова же завоевывала сердца неподражаемой грацией, утонченностью, каким-то не поддающимся описанию волшебством, какой-то одухотворенностью, присущей ей одной..."
Тамара Карсавина
Когда ребенком я бродила среди сосен, я думала, что успех - это счастье. Я ошибалась. Счастье - это мотылек, который чарует на миг и улетает.
Анна Павлова
"Приготовьте мой костюм Лебедя" — сказала Павлова перед смертью, пытаясь перекреститься, словно перед выходом на сцену. Она ушла из жизни в 50 лет мировой знаменитостью на исходе карьеры. Скончалась в Гааге (Нидерланды) 23 января 1931. 25 января 1931, когда Лондон узнал о смерти великой балерины, в театре «Аполло» шел балетный спектакль. В память Анны Павловой оркестр исполнил музыку Сен-Санса при открытом занавесе. Сцена была пуста, лишь луч прожектора скользил по ней. Весь зал поднялся и стоял, пока не смолкли последние аккорды музыки. После смерти прах Анны Павловой был перенесен в Лондон