Гарри и Дэ подошли к красной телефонной будке. Волшебник посмотрел по сторонам: люди сновали по улицам, а некоторые бежали по своим делам так, будто непростительно опаздывали. 
Гарри вошёл в телефонную будку и потянул за собой Дэ. Он хорошо помнил, как входить в Министерство магии именно из этой телефонной будки, ещё с прошлого года. Он набрал номер, и будка, дернувшись, поехала вниз, словно обычный лифт. Когда они остановились, то оказались в холле Министерства.
Гарри вышел и снова потянул кузена за собой.
Дэ озирался по сторонам. Для него всё было ново и необычно, но, что более важно, интересно и страшно одновременно. Вокруг куда-то торопились люди в странных одеждах, летали листы бумаги, свёрнутые в самолётики, и вдоль обеих стен холла виднелось множество каминов и лифтов, которые непрерывно использовались. А в центре возвышался круглый фонтан с гаргульей, что внимательно посмотрела на мальчика и тут же отвернулась.
— Дэ, нам сюда, — Гарри взял кузена за руку и направился к лифту у противоположной стены.
Дэ послушно последовал за ним, но постарался, чтобы его никто не заметил, хотя это и было сложно: он был маглом и шёл рядом с самим Гарри Поттером.
— Мистер Поттер, здравствуйте, — Амелия Боунс зашла в тот же лифт, что Гарри и Дэ. На ней была зелёная мантия, подчёркивающая её зрелую красоту, а в руках она держала коричневый портфель с бумагами. 
— Добрый день, мадам Боунс, рад видеть вас снова в Министерстве.
Дэ заметил, как кузен мгновенно изменился. Это был не тот Гарри, всегда улыбающийся и добрый. На лице юного волшебника появилась маска сдержанных эмоций, спина была прямой, а плечи — расправленными. Он стал немного растягивать слова, словно смакуя каждое из них. Только сейчас Дэ заметил, что кузен не в старых джинсах и бесформенной футболке, а в дорогом костюме-тройке, красной рубашке и при галстуке, а свою палочку мальчик спрятал в ножны на левой руке.
— Кто этот молодой человек? – мадам Боунс посмотрела на Дэ.
— Мой кузен Александр, мадам Боунс, — несмотря на то, что Гарри ответил на вопрос мадам, он не посчитал нужным представлять Дэ официально, а мадам Боунс не настаивала.
— Ах, да, магл, для которого вы сделали новые документы?
— Именно так, мадам Боунс.
— Что вы думаете о неожиданном воскрешении директора Дамблдора? – мадам Боунс неспроста интересовалась мнением Мальчика-который-выжил.
— Боюсь, у меня не достаточно информации, чтобы составить своё мнение, так как я не читал «Ежедневный Пророк» всё лето. Однако то, что профессор Дамблдор жив, — это прекрасно, лучшего директора для Хогвартса не придумать, — Гарри старался не занимать какую-либо определенную позицию, пока не встретится с директором лично и не уточнит некоторые нюансы. Несмотря на то, что мальчик был искренне счастлив фактом воскрешения Дамблдора, его что-то настораживало. Мысли приходили разные, одна ужасней другой, а оборотное и многосущное зелья были самыми безобидными из них.
— О, вы не читали газеты всё лето! Значит, вы не знаете, что Люциус Малфой скончался в Азкабане, а Нарциссу Малфой убили в Косом переулке, на глазах у толпы? – поинтересовалась мадам Боунс со злорадством. Впрочем, унижать и оскорблять чистокровных волшебников в последнее время вошло в моду. «Министерство не против такого положения дел, значит, одобряет», — именно так полагало общество.
Гарри был слегка ошарашен такими новостями. Он никому не желал пережить то, что когда-то пережил сам, но Драко не повезло, так же как когда-то и ему.
— Прискорбно, я обязательно должен выразить свои соболезнования лорду Малфою, — коротко ответил Гарри и вышел из лифта на первом этаже.
Мадам Боунс пошла в противоположную сторону, а Гарри и Дэ направились к кабинету министра Скримджира.
Министр Скримджир был уже в возрасте, с копной непонятного цвета то ли рыжих, то ли каштановых волос и в тёмно-синей мантии. Раньше он возглавлял Аврорат, но после скоропостижной гибели министра Фаджа занял кресло министра магии.
Скримджир был несказанно рад, когда секретарь сообщила ему о прибытии Гарри Поттера, ведь Министерству магии как никогда нужна была поддержка, а Гарри Поттер был выгодной партией по всем параметрам. Вот только подчиняться приказам этот молодой человек не умел, и, по мнению министра, им было крайне сложно манипулировать.
— Мистер Поттер! – министр подошёл к Гарри и заключил протянутую руку в крепкое рукопожатие. – Гарри, как я рад, что ты зашёл перед отправлением в Хогвартс.
— Добрый день, министр Скримджир, — Гарри слегка улыбнулся. – Я тоже рад вас видеть. Я слышал, что за лето много чего произошло, — юноша прошёл к одному из двух кресел и присел, жестом приглашая присесть и кузена.
— Да, Гарри, так много всего, но ты уже всё знаешь.
— Вообще-то, министр, за лето я не прочёл ни одного выпуска «Ежедневного Пророка», — признался Гарри. – И был очень удивлён, когда друзья известили меня о «воскрешении» директора Дамблдора.
— Да, да, очень странно, но мы не можем даже задать очевидные вопросы.
Дверь открылась и вошла секретарша, которая всегда знала, что нужно делать, когда приходят знатные посетители. Она внесла поднос с серебряным сервизом и дорогим заваренным чаем, что отличался бархатным ароматом. Поставив поднос на стол и разлив чай по чашкам, она смиренно удалилась, не проронив ни единого слова.
— Почему вы не можете задать вопросы? Директор не хочет общаться? – спросил Гарри, как только девушка тихо закрыла дверь.
— Дело в том, что директор Дамблдор не желает встречаться со мной под предлогом, что всё ещё не оправился от предательства.
— Предательства? Разве профессор Снейп не выполнял прямой приказ директора?
— О, Гарри, я уже совершенно не понимаю этого старика, — тяжело вздохнул министр.
— Министр, мадам Боунс сказала, что Люциус и Нарцисса Малфой погибли, — Гарри сам не знал, зачем он спрашивает об этом, но всё же эти люди спасли ему жизнь.
— Да, Люциус Малфой умер в Азкабане....
— Но, министр, почему Люциус оказался в Азкабане? Разве ему не простили все его прегрешения, когда он был Пожирателем Смерти? – это был закономерный вопрос, ответ на который хотел знать Гарри.
— Верно, все его прегрешения были прощены. Он был доставлен в Министерство на допрос, и, как оказалось, он использовал незарегистрированную волшебную палочку. Поэтому он был задержан до выяснения обстоятельств.
— Прискорбно, но Нарцисса Малфой... — Гарри запнулся, ожидая продолжения от министра.
— Да, бедная женщина, — вот только никакого сочувствия на лице министра не промелькнуло, а скорее удовлетворение. — Она была убита на Диагон-аллее, посреди бела дня.
— Но того, кто это сделал, поймали, не так ли?
— Боюсь, что нет. Дело в том, что никто не видел того, кто использовал запретное заклятие.
Гарри был огорчён подобным исходом, но министру не показал этого. Министру не обязательно знать о его переживаниях, и вообще кому бы то ни было еще.
Гарри хорошо помнил, как за ним ухаживала эта невероятной красоты женщина. Три дня он пролежал в заброшенной лесной хижине в забытьи, между жизнью и смертью, а Нарцисса Малфой поила его зельями и сбивала температуру ледяной водой.
Именно Нарцисса Малфой научила его держать себя в руках, а свои эмоции — под замком. За пару недель он узнал эту женщину так, будто знал её с самого рождения. Тогда он подумал, как Драко повезло с мамой. Может, его отец и был монстром, но его мама была воистину святой женщиной, пожертвовавшей всем ради своей семьи. Так же как и его мама, Лили Поттер.
— Я уверен, Министерство магии сделает всё возможное, чтобы найти убийц.
— Конечно, убийцу обязательно найдут, — министр был не в восторге от такой заботы о Малфоях со стороны Гарри Поттера, героя войны. – Гарри, может, представишь мне этого молодого человека.
Дэ понял, что министр говорит о нём и отвлёкся от своих тягостных мыслей. Он внимательно слушал разговор, пока не принесли чай, а потом снова провалился в свои размышления о несправедливости жизни.
— Министр, это мой кузен Александр Эванс. Александр, это министр магии Руфус Скримджир, выдающийся аврор, — польстил Гарри, хотя не был уверен, что это лесть.
Министр протянул руку, и Дэ, немного боязливо, пожал её.
— Кузен, для которого ты делал документы, не так ли, Гарри?
— Да, вы правы, министр, — подтвердил Гарри.
— Но разве твой кузен не магл? Как он смог пройти в Министерство магии?!
И действительно, гаргулья, что стояла в холле в виде фонтана, должна была поднять тревогу сразу же, как магл каким-то удивительным образом сумел воспользоваться телефонной будкой или камином.
— Министр, у меня есть подозрения, что мой кузен — латент, — ответил на вопрос Гарри.
— Латент! Интересно, за последние пятьдесят два года в Англии не было обнаружено ни одного латента, — осведомил юных посетителей министр. 
Скримджир достал из ящика стола футляр с палочкой, открыл его и протянул палочку Дэ.
— Возьмите, молодой человек, — предложил министр.
Дэ с недоверием и страхом взял волшебную палочку.
— Александр, взмахни палочкой, — порекомендовал Гарри.
Дэ так и сделал, но как только палочка рассекла воздух, стол министра отлетел к стене через весь кабинет и разбился в щепки, несмотря на то, что был он довольно массивным и вырезанным из цельного куска дерева.
— О, замечательно! – воскликнул министр, а Дэ при виде того, что произошло по его вине, бросил палочку на пол и попятился.
Гарри слегка улыбнулся.
*Да уж. Тётя Петунья и дядя Вернон терпеть не могут волшебство и всё, что с ним связанно, а тут вдруг Дэ становится волшебником*.
— Министр, прошу простить моего кузена, он совершенно не знает, как нужно использовать палочку.
— О, нет, Гарри, я давно хотел сменить этот старый стол. Ну что же, мистер Эванс, — министр повернулся к Дэ, — в какую школу вы хотите отправиться?
— Ш-школу? – тихо переспросил Дэ.
— Министр, я бы хотел предложить Хогвартс, где я сам учусь. Дело в том, что Александру будет непросто привыкнуть к волшебству и школе, и я не хочу оставлять его в одиночестве.
— Да, Гарри, пусть будет Хогвартс.
Когда секретарша подготовила документы, и Дэ поставил на них свою подпись, Гарри вспомнил, что родители никогда не отпустят своего драгоценного Дадлика в мир магии. Но это, по его мнению, было поправимо.
Гарри и Дэ попрощались с министром только через полтора часа с начала визита, когда вся бюрократическая волокита осталась позади и в школу с министерской совой было отправлено письмо с просьбой принять на обучение талантливого латента.
От каминной сети пришлось отказаться, так как Дэ, и без того напуганный, не умел пользоваться ею и мог повторить первое перемещение кузена по каминной сети только с более плачевными последствиями. Поэтому они вышли из Министерства магии так же, как вошли, и отправились в Дырявый котёл, который находился в нескольких кварталах от красной телефонной будки.
Кивнув Тому, Гарри быстрым шагом преодолел все препятствия и вышел в Косой переулок.
— Куда мы идём? — спросил Дэ, еле поспевая за Гарри. 
— В Гринготтс на Диагон-аллее, — Гарри не обратил внимания, что его кузен не знает ни что такое Гринготтс, ни что такое Диагон-аллея, и даже не заметил, что кузен в прямом смысле слова бежит за ним. В его голове крутились совершенно другие мысли, но делиться ими он ни с кем не спешил. Ведь сначала нужно проверять свои подозрения, а потом обвинять.
Несмотря на то, что утро не предвещало ни облаков, ни тем более дождя, после полудня начали наступать тёмные, словно грязный снег, тучи. Где-то вдалеке раскаты грома заводили долгий танец с молниями. 
Ураганного предупреждения не было, но сильные порывы своенравного ветра срывали остроконечные шляпы и заставляли шлейфом развиваться мантии волшебников. Магазины быстро сворачивали рекламу и закрывали витрины, дабы вошедший во вкус ветер не принёс убытки. Стекло в одной из витрин многочисленных магазинов со странными названиями и ещё более странными товарами, разлетелось в дребезги, и совы, филины, голуби и орлы получили свободу, но улетать не спешили, важнее было скрыться от этого вездесущего жестокого ветра. На крышах некоторых зданий сверкали громоотводы, привлекая внимание молнии и маня её в свои объятия. 
Дэ заметил несколько человек в джинсах и оглянулся на них — на фоне необычных одежд волшебников они довольно сильно выделялись.
Мощённая булыжником улица расходилась надвое перед белоснежным угловым зданием, что возвышалось над остальными, словно подчеркивая свое величие.
Гарри в буквальном смысле влетел в банк и сразу прошёл к гоблину Нидссоохху. 
— Добрый день, лорд Поттер, — приветствовал Нидссоохх, мельком взглянув на молодого человека, испуганно озирающегося по сторонам за спиной Гарри.
— Я хотел бы стать магическим опекуном, если это возможно.
— Пройдёмте в мой кабинет, — гоблин спустился со своего места, и Гарри последовал за ним.
— Гарри, Гарри, — тормошил его Дэ.
— Что случилось, Дэ? — терпеливо спросил Гарри.
— Кто все эти монстры? 
Несмотря на то, что Дэ говорил шёпотом, гоблины его услышали и крайне недружелюбно посмотрели на того, кто их оскорбил. 
Гарри на мгновение затаил дыхание, не веря своим ушам. Он-то знал, что ссориться с гоблинами себе дороже.
— Гоблины — самые щепетильные банкиры в магическом мире, — Гарри остановился и повернулся к Дэ. Он говорил шёпотом, но достаточно громко, чтобы быть уверенным, что его услышат все гоблины. – Банки гоблинов раскиданы по всему миру, волшебники разных стран спят спокойно, храня свои артефакты и секреты в подземельях гоблинов. Кроме того, если нужно составить секретный документ, то гоблины составят его в совершенном виде и сохранят любую тайну ото всех, даже от Министерства магии. А Гринготтс — самый большой и влиятельный клан гоблинов, который веками хранил тайны Поттеров, — Гарри закончил на одном дыхании, затем развернулся и последовал за Нидссооххом. – Не отставай, — кинул он через плечо.
Нидссоохх сразу предложил присесть молодым людям, а затем выслушал все пожелания Гарри. Как оказалось, признать новое имя Дэ магически не составило труда, а вот стать магическим опекуном оказалось не так просто, как описывала однажды Гермиона. Понадобилось два свидетеля из чистокровных волшебников и два поручителя глав семьи.
Найти в банке двух чистокровных свидетелей оказалось достаточно просто: Фред и Джордж Уизли пришли в банк, чтобы подписать ещё некоторые бумаги для своего бизнеса, а вот глав семей отыскать оказалось сложнее.

***

Гринготтс встречал всех своих посетителей одинаково, гоблины никогда не делали особого различия по статусу своих клиентов, но никогда не упускали при этом свою выгоду. В этот раз лорд Малфой сопровождал свою подопечную к поверенному, невзирая на все протесты девушки.
— Лорд Малфой, вам не обязательно было меня сопровождать, — Сагитта вошла в кабинет и присела в кресло для посетителей. 
Лорд Малфой расположился в соседнем кресле и выжидающе посмотрел на Крыссоохвосста.
— Я хочу вступить в полные права наследования и узнать, кто моя мать. Лорд Малфой посоветовал обратиться к вам за помощью в ритуале на крови, — изложила свое желание Сагитта.
Выслушав просьбу, Крыссоохвосст не стал медлить и потребовал каплю крови для ритуала.
— Также вам понадобится два свидетеля для полного вступления в наследование.
— Вы можете быть вторым свидетелем? – осведомилась Сагитта.
— Нет, свидетелем может быть только глава рода. Лорд Малфой — глава рода, если в банке есть ещё кто-то, то я попрошу его быть свидетелем.
Гоблин быстро вышел из кабинета, торопясь провести ритуал.
В кабинете остались только лорд Малфой и леди Блэк. Сагитта подумала, что самое время поговорить с лордом Малфоем.
— Лорд Малфой, — Сагитта чеканила в сталь каждое слово, её тон звучал так, что перечить не было никакого желания, — если вы хотите остаться в Дракосерпенс-меноре моим наставником, то вам следует оставить дурную привычку напиваться по вечерам огневиски, а утром зелий.
— Леди Блэк, вам не следует....
— Лорд Малфой, — тон Сагитты не предвещал ничего хорошего для лорда Малфоя, – желания имеют странное свойство сбываться и не всегда так, как нам того хочется. Что будет дальше, решать только вам, это ваша жизнь, но делать вы это будете в полном одиночестве или в компании шлюшек. В противном случае вы будете играть по моим правилам.
Такого Драко явно не ожидал. Тон Сагитты оказался настолько жёстким, что он невольно подумал сбежать от неё как можно дальше, но только подумал. 
Однако ответить на такую дерзость со стороны грязнокровки он не успел, поскольку открылась дверь, и вошёл гоблин, ведя с собой двух молодых людей и ещё одного гоблина.
— Лорд Поттер, это леди Блэк. Леди Блэк, это лорд Поттер — ваш второй свидетель, — представил их гоблин.
— Приятно познакомиться, — Сагитта протянула руку и только сейчас признала в лорде Поттере того самого невоспитанного парня, — лорд Поттер.
— Леди Блэк?
*Блэк? Что значит Блэк? Кто она? Дочь Сириуса?* — в голове у Гарри царил настоящий каламбур.
Сагитта сделала вид, что они встречаются впервые. Посмотрев за спину лорда Поттера, она увидела Александра.
*Похоже, он здорово напуган,* — решила Сагитта. — *Но в первый раз и я, наверное, выглядела так же*.
Девушка понятия не имела, как сильно ошибалась. Когда она была в Гринготтс впервые, то вела себя так, будто была в банке уже множество раз.
— Поттер, — констатировал факт лорд Малфой.
— Малфой, — констатировал факт лорд Поттер.
Казалось, воздух начал трещать вокруг этих юных лордов, что-то между ними явно происходило, но они не спешили афишировать свои антипатии, а может, и симпатии.
— Лорд Поттер согласился стать вашим свидетелем, если вы согласны стать его свидетелем, — осведомил Крыссоохвосст.
— Мы согласны, — согласилась сразу за двоих Сагитта.
Гарри посмотрел на Драко и, несмотря на свою антипатию к нему, заметил, как тот устал. Но устал не так, что простой сон всё снимет, а так, будто устал от самой жизни и держится из последних сил.
Юноша не стал ничего говорить и выражать свои соболезнования, снова тревожа незатянувшиеся раны, оставшиеся после утраты слизеринцем родителей, а вспомнил, что гоблин назвал Сагитту «леди Блэк».
— Леди Блэк? – Гарри снова посмотрел на Сагитту.
— Совершенно верно, лорд Поттер, вы не расслышали?
— А это ещё что за мышь? – Драко посмотрел на Дэ.
— Это мой кузен Александр Эванс, — холодно пояснил Гарри. – Он латент.
— Эванс? – Драко помнил, что крёстный ему рассказывал, что в девичестве Лили Поттер была Эванс. – Случайно не родственник Лили Эванс, грязнокровки?
*Латент? Последний латент погиб около полувека назад. Так, значит, этот магл — латент*.
Драко так смотрел на Дэ, что тому хотелось спрятаться или провалиться сквозь землю, только бы не чувствовать этот взгляд.
— Александр — сын родной сестры моей мамы, — коротко пояснил Гарри, пропустив мимо ушей оскорбление.
Тем временем Сагитта прочла бумаги, которые дал ей Крыссоохвосст, и уверенно поставила свою подпись.
— Лорд Малфой, — Сагитта подала бумаги Драко.
Гарри так же быстро читал бумаги, которые подал ему Нидссоохх.
Не найдя ничего зловещего в документах, молодые люди и девушка подписали их.
— Лорд Поттер, теперь вы магический опекун мистера Александра Эванса, — заключил Нидссоохх.
— Леди Блэк, вы вступили в полные права наследования, мои поздравления, — заключил Крыссоохвосст.
У Гарри были вопросы по поводу фамилии леди Блэк, но он решил не спешить и выяснить всё самостоятельно. Потому что когда он рубил сгоряча, то зачастую оказывался на грани жизни и смерти.
— Поттер, ты не слишком ли безответственный, чтобы становиться опекуном? – не сдержался Драко.
— Не понимаю, зачем вообще нужен опекун, — Сагитта надела маску удивления и снова посмотрела на Александра. – Если вдруг захочется сделать глупость, то никакой опекун не остановит.
— Таковы наши законы, — парировал Гарри. 
— О, так вы законопослушный гражданин, а случаем не маменькин сыночек? – Сагитта не желала останавливаться и позволять этому невоспитанному лорду ставить точку.
— Законопослушность в последнее время ценится, не так ли, лорд Малфой? — Гарри посмотрел на Драко.
Только теперь девушка поняла, что подставила под удар своего наставника.
— Однако мода уйдёт так же, как пришла, а верность останется в цене, как и тысячу лет назад.
— Леди Блэк, вы абсолютно правы, но не стоит путать верность и фанатизм.
— О, полностью согласна, лорд Поттер, а вы случайно не фанат Тотенхема? Футбольные фанаты такие психи!
— Нет, я больше люблю квиддич.
— Не удивлюсь, если в команде факультета вы самый преуспевающий игрок.
— Я ловец, леди Блэк.
— Вот как, тогда я должна извиниться за свою излишнюю настойчивость. Вас, наверное, слишком часто бил по голове бладжер, вот вы и забыли, что леди всегда права, даже если это не так.
— Вы правы, леди Блэк, приношу свои извинения за свою несдержанность, — Гарри скрипнул зубами, Александр поёжился, а лорд Малфой был доволен, что не встретился с этой грязнокровкой при иных обстоятельствах.
*Сообщение о смерти Малфоев выбило меня из колеи*, — грустно заметил юный лорд Поттер.
— Я подумаю, стоит ли вас извинять, — Сагитта слегка ухмыльнулась и осталась довольна, что последнее слово всё же принадлежало ей.
Леди Блэк явно выводила лорда Поттера из себя.
Гарри смотрел на девушку и не мог понять, почему она его так бесит. Внешностью она полностью походила на Малфоев, хотя цвет её волос был не просто бесцветный, а седой, но манеры определённо впитывались в кругу высокородных снобов.
Александр только сейчас посмотрел на Сагитту и признал в ней девушку из кофейни, но ничего не успел сказать.
Гарри попрощался с парнем-блондином и Сагиттой и что-то уточнил у гоблинов, затем вылетел из кабинета на прежней сверхзвуковой скорости.
Сагитта посмотрела на захлопнувшуюся дверь. Что-то её беспокоило в этом лорде Поттере. 
*То ли я его здорово задела, то ли мне совсем скучно*.
— Леди Блэк. Ваша родословная:

Полное имя – Сагитта Бьянко Алтейя Серпенс Блэк, герцогиня Серпенс, виконтесса Блэк, маркиза Шазейль, маркиза Лейриаль.
Раса – неизвестна.
Дата и время рождения – 15 июня 1980 года, 07:07:33 до полудня.
Отец – Регулус Арктурус Блэк.
Мать – неизвестна.
16 июня 1980 года – ритуал скрытия на крови, проведён крёстным.
Полное имя с 16 июня 1980 года – Сагитта Бьянко Блэк.
Отец с 16 июня 1980 года – отсутствует.
Мать с 16 июня 1980 года – отсутствует.
Крёстный – неизвестно.
Крёстная – неизвестно.
Другие родственники: неизвестно

— Уважаемый Крыссоохвосст, то, что вы сейчас рассказали обо мне, я и так знаю. Меня интересует, кто моя мать. Кроме того, вам не кажется, что здесь слишком много неизвестных переменных?
Хотя у Сагитты было много вопросов, она не стала показывать свою неграмотность, однако продемонстрировала своё недовольство выполненным ритуалом.
— Боюсь, что на вас были наложены чары, которые не позволяют даже нам, гоблинам, узнать вашу родословную полностью.
— Хотите сказать, что были наложены древние защитные чары? – поинтересовался Драко.
— Совершенно верно.
Вместо ответов, которые ожидала девушка, Сагитта получила только массу новых вопросов, ответы на которые она обязательно найдёт, чего бы это ни стоило.