Этот чешуйчатый инженер явно застрял на выборе между членистоногими и рептилиями, решив не выбирать что-то одно. Знакомьтесь, паукохвостая ложнорогая гадюка, по паспорту прописанная как Pseudocerastes urarachnoides. Её видовое имя буквально расшифровывается с греческого как «ура» - хвост и «арахна» - паук.

Обитает это чудо инженерной мысли исключительно на западе Ирана, облюбовав суровые, изрезанные трещинами гипсовые и известняковые скалы горной системы Загрос.

Самое поразительное в этой истории то, что наука умудрилась проглядеть столь колоритного персонажа. Первый экземпляр поймали ещё в 1968 году во время научной экспедиции. Однако зоологи, рассматривая диковинный хвост в формалине, пожали плечами, списали всё на редкую генетическую мутацию или жуткую опухоль и убрали банку на дальнюю полку музея в Чикаго. Только в 2003 году исследователи наткнулись на вторую такую же особь и поняли - это не рак и не паразит, это целая подпольная франшиза по производству фальшивых членистоногих.

 

В 2006 году вид наконец-то официально описали.

Строение хвоста Pseudocerastes urarachnoides заслуживает отдельного разбора. Самый кончик её хвоста раздут в округлую, мягкую кожистую луковицу, которая идеально имитирует упитанное брюшко паука или сольпуги. Но для полноценной иллюзии нужны конечности, и змея их отрастила. Боковые чешуйки, окаймляющие эту луковицу, превратились в длинные, тонкие, поникшие нити. Они выглядят точь-в-точь как пушистые лапки членистоногого. Более того, эти «лапки» растут и удлиняются по мере взросления рептилии, превращаясь из скромной гусеницы у малышей в роскошного упитанного птицееда у взрослых особей.

 

Сама гадюка обладает шероховатой, бугристой чешуей серо-коричневого или бежевого оттенка. Стоит ей заползти в расселину скалы и свернуться кольцом, как она буквально растворяется на фоне местного гипса и камней. Рассмотреть её тело в этот момент - задача со звездочкой. Змея замирает, превращаясь в монолитный булыжник, и оставляет на виду только самый кончик своего хвоста.

Дальше начинается магия анимации. Гадюка совершает хвостом едва заметные, прерывистые, восьмеркообразные движения. На фоне неподвижной пустыни этот фальшивый паук начинает аппетитно «бегать» по камням, имитируя суету ищущего укрытие насекомого. Любая пролетающая мимо насекомоядная птица, вроде славки или мухоловки, видит с высоты идеальный белковый перекус, который сам напрашивается на дегустацию.

Птица делает резкое пике, приземляется рядом и целится клювом точно в центр «паука». В этот момент декорации с грохотом рушатся. Как только пернатый гурман совершает клевок, мнимый булыжник оживает. Скорость броска Pseudocerastes urarachnoides составляет около 0,2 секунды. Птица физически не успевает даже раскрыть крылья для взлета, как оказывается зажатой в челюстях, снабженных парой полых ядовитых клыков. Яд этой змеи - мощный коктейль из металлопротеаз и цитотоксинов, который мгновенно запускает внутренние кровотечения и разрушает ткани, не оставляя добыче ни единого шанса на побег или сопротивление.

Самое забавное, что этот обман работает настолько эффективно, что местная экосистема начала адаптироваться. Некоторые виды оседлых птиц, живущие бок о бок с этой бестией, за долгие годы эволюции выработали стойкий психологический комплекс - они вообще перестали охотиться на настоящих местных пауков и сальпуг. Пернатые резиденты резонно решили, что лучше остаться без десерта, чем случайно познакомиться со скрытым в скале его чешуйчатым хозяином. Поэтому змея в основном кормится за счет наивных перелетных птиц, которые не в курсе суровых иранских разводок и клюют на всё, что аппетитно шевелит лапками.

Такой хитрый гаджет на хвосте сделал саму гадюку невероятно ленивым существом. Ей не нужно часами ползать по жаре, выслеживать добычу по запаху или тратить дефицитную энергию. Всё её расписание на неделю состоит из двух пунктов - лежать в тени, когда слишком припекает, и переползать на солнышко, когда становится прохладно. Она даже не утруждает себя походами к водопоям, поскольку всю необходимую влагу и дефицитную жидкость получает напрямую из пойманных пернатых жертв.

В общем, это одна из немногих змей, которые на чиле и совершенно не напрягаются по жизни.