Однажды Бог послал ворон кусочка сыр... Ну, пармезан. И он его тихонько жрал. Один, как партизан.
Сидел себе на ветка заместо табуретка —И жрал, и жрал, и жрал, и жрал, и жрал! Скорей-скорей, щьтоб кто-то не украл.
А мимо щёл лиса.
И колбаса — нет, сыр почуял.
И тоже сразу очен захотел.
Прям даже весь вспотел!
Прям даже стойка сделал, как собак.
Вот так!
И говорит: — Привет, ворон!
Вах! Дай мне посмотреть со всех сторон, Какой же ты красивий нынче стал,
Ведь я тебе давно, два...
Нет! Три сутка не видал!
Какой же ты теперь неординарный!
Какой лицо! Какой фигур щикарный!
И как тебе идет твой черный цвет!
Наоми Кэмпбелл, Уитни Хьюстон, нет?
Я прям совсем тебе не узнаю!
Прости, щьто рядом долго так стою,
Я просто оторвать глаза не в силах
От твой лицо — какой же он красивий!
С тебе портрет надо писать, картина,
И помещать всемирний паутина.
С тобою рядом сам Софи Лорен
Как рядом с роза — огородний хрен!Прекрасен верх твой и прекрасен низ,
И пусть с ума сойдет от зависти Борис...
Вот этот, как его там, Моисеев!
Твой задний низ — гораздо красивее!
Так говорит лисиц. И тихо-тихо
Подходит ближе — хитрий, шоб его, чувиха!
Ворон — молчит, но кущать перестал.
И гордо смотрит вниз, как Ленин с пьедестал.
Лисиц чуть-чуть немножько отдохнул —
И снова: — Эй, ворон! Уснул?
Не спищь? Я тут сказать тебе еще хотел, Пока ты в Голливуд не улетел,
Щьто преклоняюсь пред твоим умом.
Я себя чувствую, ну, просто чмом,
Когда смотрю на твой високий лоб.
Ты — гений! Твоя мисль, как антилоп, Несется вскачь, опережая время.
Ты самий мудрий между нами всеми!
На твой на лоб написано вот тут,
Щьто ты закончил главний институт,
И щьто с медалью ты закончищь академий...
Я зуб даю, щьто Нобелевский премий Тебе вручат, ну, максимум, в субботу —
За математика контрольную работу.
Я глаз даю, щьто умных в этом мире
Всего лишь двое: ты и Пентиум 4! Спасибо, Бог, щьто ты позволил мне родиться
В один эпох с этот великий птица!
Так говорит лисиц.
И ближе-ближе к ворон свои пододвигает лыжи...
Ворон — молчит. Надулься, как индюк,
Аж пузо випирает из-под брюк.
Такой прям важный стал, как будто цар. Как генеральний птица-секретар.
Лисиц же хитрий, отдохнув слегка, Включил уже такого дурака,
Щьто даже сам себе немножько удивилься.
И говорит: — О Господи! Неужьто я влюбилься!
О, мой прекрасний сон! О, мой ворон!
Ты доведещь мене до похорон!
Нет без твоей любви мне жизни, детка! Сейчас повещусь, вот на этот ветка!
Нет — отравлюсь! Вот этот мухомор.
О, мой ворон! Май лав! Шери! Амор!
Как больно знать, щьто ты мене не любищь,
Щьто мой супруг ты никогда не будещь!
И не снесещь мне маленький яйцо, Точь-в-точь похожий на мое лицо.
Ах, плохо мне! Ах, ах! Я умираю!
Инфаркт! Инсульт!! Ах, я не знаю!
Ах, сердце мой! Все, навсегда замри.
Ну щьто же ты молчищь?!
Кричи скорей «ноль три»!
И он упал, рука к груди прижатий,
Как будто только щьто его хватил Кондратий.
Ворон... А щьто ворон?! Он клюв разинул, Про сыр забил — из рот его не винул,
И каркнул так, щьто тут же подавилься.
И вместе с сыр он с дерево свалилься.
Щьто дальще? Пищевод. Желудок.
Лиса голодний бил, ублюдок!
За польчаса ворон переварил
И стал ворон уж не такой, как бил...
Мораль: Когда имеещь сыр — сиди и куший
И никого и никогда не слюший.