Добрая и работящая Настенька живет со слабохарактерным отцом, злой мачехой и ее ленивой дочерью Марфушенькой. Мачеха заставляет падчерицу выполнять самую тяжелую работу, а в итоге отправляет умирать в зимний лес. Там Настеньку встречает Морозко, испытывает её холодом и, тронутый её кротостью, щедро одаривает. Параллельно молодой хвастун Иван, превращённый за грубость в медведя, проходит путь перевоспитания, чтобы вернуть человеческий облик. В конце фильма Иван и Настенька, преодолев козни Бабы-Яги и разбойников, воссоединяются, а избалованная Марфушенька получает заслуженное наказание. Но все ли так однозначно?..
Современный взгляд на поведение Настеньки заставляет многих зрителей не умиляться, а раздражаться. С психологической точки зрения, её можно описать как классический пример человека с выученной беспомощностью и синдромом жертвы. Настенька растворяется в служении другим, у неё практически атрофировано собственное «Я». Она молча выполняет абсурдные приказы (например, поливает сухой пень), покорно соглашается на смертельную поездку в лес и даже, боясь за отца, сама спрыгивает с саней. Для неё не существует собственных желаний, а ценность определяется лишь через угождение окружающим.
Ключевой момент, вызывающий у современных зрителей когнитивный диссонанс, — это сцена испытания Морозко. Замерзая, на вопрос «Тепло ли тебе?» Настенька отвечает: «Тепло, Морозушко». Это не смирение, а опасная ложь, продиктованная инстинктом жертвы: лучше умереть, чем доставить дискомфорт или вызвать неудовольствие более сильного. Такое поведение в реальной жизни формирует идеальную жертву для абьюзивных отношений.
На протяжении всей сказки Настенька ни разу не предпринимает активных попыток изменить свою жизнь. Её спасают внешние силы: Морозко, Иван, даже пёс Тяпа. Её стратегия — пассивное ожидание чуда за свою покорность. В этом скрыт устаревший и вредный посыл: будь удобным, терпи — и тебе воздастся, но не в этой жизни, а по мановению волшебной палочки.
А что же ждет Ивана и Настеньку в будущем? Их «долго и счастливо» с большой вероятностью окажется мифом. Основы для дисфункциональных отношений заложены в самой сказке. Иван был наказан за хвастовство, грубость и эгоизм. Хотя он и совершил добрые дела, чтобы снять заклятие, коренная перестройка личности под вопросом. Некоторые зрители отмечают, что его перевоспитание поверхностно и он останется самовлюблённым человеком, привыкшим быть в центре внимания. В браке он будет ожидать восхищения и обслуживания.
Настенька — идеальная «жертва» для такого союза. Её жизненная роль — угождать, терпеть и молчать. Она не сможет стать партнёром в современном понимании этого слова. Скорее всего, их брак воспроизведёт модель её родительской семьи: Иван займёт место мачехи (потребительское и доминирующее), а Настенька так и останется в роли безропотной служанки, только теперь уже при муже. Их союз основан не на партнёрстве двух зрелых личностей, а на сказочном воздаянии за страдания и внешней красоте. В реальной жизни, когда иссякнет первоначальная страсть, этому браку не на чем будет держаться. Иван будет раздражаться на бесхребетность жены, а Настенька, не умея отстаивать себя, будет тихо страдать или, что ещё печальнее, находить в этом страдании свое привычное «счастье».
В противовес Настеньке, её сводная сестра Марфушенька, при всей своей карикатурности, обладает чертами, которые в современном мире оцениваются выше. Марфушенька точно знает, чего хочет (жениха, богатства, тройку лошадей), и прямо об этом заявляет. У неё нет синдрома самозванца. На том же испытании у Морозко она кричит, что ей холодно. Это — нормальная реакция живого организма на угрозу, а не саморазрушительная покорность. Марфушенька не позволяет обращаться с собой как с тряпкой. Она эгоцентрична, но не позволит себя унижать. Персонаж Инны Чуриковой наделён невероятной харизмой. В отличие от пассивной Настеньки, Марфушенька хотя бы пытается активно, пусть и неумело, строить свою судьбу (пытается поймать гуся, требует у Морозко подарков).
Марфушенька не является положительной героиней — она ленива, груба и невоспитанна. Однако её недостатки лежат на поверхности, они очевидны и социально порицаемы. В то время как недостатки Настеньки (отсутствие воли, самости, привычка к страданию) замаскированы под добродетель и потому более опасны как модель для подражания.
Таким образом, «Морозко» — это блестящая сказка, но опасное воспитательное пособие. Она отражает архаичные ценности покорности судьбе и внешним силам. Сегодня Настенька раздражает именно потому, что мы научились ценить личность, самоуважение и здоровую способность говорить «мне холодно» и «мне больно». А интерес к Марфушеньке — это не оправдание её пороков, а подсознательное признание того, что даже уродливая, но своя воля лучше красивой, но чужой покорности.
dzen.ru/a/aYNCMhar...