Мой ребенок умер, наш ребенок, теперь мне некого любить
на всем свете, кроме тебя. Но кто ты для меня, ты, никогда,
никогда не узнающий меня, проходящий мимо меня, как мимо
прозрачной воды, наступающий на меня, как на камень, ты,
неизменно обрекающий меня на разлуку и вечное ожидание?
Один раз мне казалось, что я удержала тебя, неуловимого, в
ребенке. Но это был твой ребенок: он жестоко покинул меня
и отправился в путешествие, он забыл меня и больше не
вернется. Я опять одинока, одинока, как никогда, у меня
ничего нет, ничего нет от тебя: ни ребенка, ни слова, ни
строчки, никакого знака памяти, и если бы ты услышал мое
имя, оно ничего не сказало бы тебе. Почему мне не желать
смерти, когда я мертва для тебя, почему не уйти, раз ты ушел
от меня? Нет, любимый, я не упрекаю тебя, я не хочу вселить
свое горе в твой озаренный радостью дом. Не бойся, я не
стану больше докучать тебе, прости мне, я должна была излить
душу в час смерти своего ребенка. Только раз я должна была
все высказать тебе, - потом я опять скроюсь во мраке и буду
молчать, как всегда молчала перед тобой. Но ты не услышишь
моего стона, пока я жива, - только когда я умру, получишь ты
это завещание, завещание женщины, любившей тебя больше, чем
все другие, и которой ты никогда не узнавал, всю жизнь
ожидавшей тебя и не дождавшейся твоего зова. Быть может,
быть может, ты позовешь меня тогда, и я в первый раз нарушу
верность тебе: я не услышу тебя из могилы. Я не оставлю
тебе ни портрета, ни знака памяти, как и ты мне ничего не
оставил; никогда ты не узнаешь меня, никогда. Такова была
моя судьба в жизни, пусть будет так и в моей смерти. Я не
позову тебя в мой последний час, я ухожу, и ты не знаешь ни
моего имени, ни моего лица. Я умираю легко, потому что ты
не чувствуешь этого издалека. Если бы тебе было больно, что
я умираю, я не могла бы умереть.
Я больше не могу писать... такая тяжесть в голове...
все тело ломит, у меня жар... кажется, мне сейчас придется
лечь. Может быть, скоро все кончится, может быть, хоть раз
судьба сжалится надо мной, и я не увижу, как унесут мое
дитя... Я больше не могу писать... Прощай, любимый,
прощай, благодарю тебя. Все, что было, было хорошо, вопреки
всему... я буду благодарна тебе до последнего вздоха. Мне
хорошо - я сказала тебе все, ты теперь знаешь, нет, ты
только догадываешься, как сильно я тебя любила, и в то же
время моя любовь не ложится бременем на тебя. Тебе не будет
недоставать меня - это меня утешает. Ничто не изменится в
твоей прекрасной, светлой жизни... я не омрачу ее своей
смертью... это утешает меня, любимый [640x489]