Как-то в Туле местное аристократическое общество решило поставить своими силами в городском театре пьесу графа Льва Николаевича Толстого "Плоды просвещения".
Льву Николаевичу послали в Ясную Поляну особое почётное приглашение.
Приблизительно за час до начала спектакля к подъезду театра подошёл среднего роста, коренастый старик, одетый в тёмно-серую суконную блузу, такие же брюки и грубые, наверное, домашней работы сапоги.
Грудь старика наполовину закрывала длинная седая борода, на голове красовался простой картуз с кожаным козырьком.
Опираясь на толстую суковатую палку, старик открыл дверь и медленными шагами направился ко входу в партер театра.
Здесь его остановили:
- Эй, старик, куда лезешь?! - крикнул один из привратников. - Сегодня тут всё господа играют, тебе делать нечего... Проходи, брат, проходи...
Старик начал было протестовать, но его взяли под руки и вывели из театра.
Однако старик оказался строптивого характера: сел около самого входа в
"храм Мельпомены" на камень и оставался там до тех пор, пока к театру не подъехал один из высших представителей местной губернской администрации.
- Граф! - воскликнул приехавший администратор. - Что вы здесь делаете?
- Сижу, - улыбаясь ответил Лев Николаевич. - Хотел было посмотреть свою пьесу, да вот не пускают.
- Так сказали бы, кто вы.
- Вот именно... Графа пустили бы... А мне хотелось, чтобы пустили мужика.