Это как юбка.
Ну не станем же мы носить кружевные воланчики, едва прикрывающие трусики, в пятьдесят?
Не будем напяливать на себя юбку-карандаш длиной до середины икры в двадцать?
Каждому возрасту — своя юбка. И свой мужчина.
Мне четырнадцать, и мой мужчина сидит на облупленной скамейке и лихо бьет по гитарным струнам: «Голуби, голуби, кружат над голово-о-о-ой». Что в нем главное? То, что он умопомрачительно красивый, то, что он безумно нравится моей подруге и то, что он умеет играть на гитаре.
Мне немножко все равно, кто его родители и что у него за душой — я только лишь хочу, чтобы он при всех обнял меня за плечи и мы удалились в прибрежные кусты целоваться.
При этом вон тот несимпатичный очкарик уже два года подкладывает мне в учебник открыточки со словами любви, но у очкарика нет гитары, и таким не похвастаешься перед подружками, поэтому — он не мой мужчина.
Мне восемнадцать, и мой мужчина многолик, словно Будда. Я пытаюсь отыскать… Да ладно, чего уж там, ничего я не пытаюсь отыскать, я просто жадно использую все возможности, которые подбрасывает мне жизнь и студенческое общежитие.
Красавец-географ с пышной шевелюрой каштановых волос, умница-программист с неловкими, но жадными руками, умопомрачительной красоты филолог с прогулками под луной, и даже тот самый очкарик, на минуту показавшийся мне Бредом Питтом… Всех не переберешь, черт возьми!
И вот мне двадцать пять, и мой мужчина — это мой будущий муж. Я ищу его в каждом. Я уже не веселюсь и не скачу стрекозой по кочкам — я гнездуюсь, подминая под уютные бока соломинки и пух, заботливо собранный по округе.
Мой мужчина теперь — финансово перспективный, заботливый и согласный на брак. Не удивительно, что у него не очень симпатичное лицо и старомодные очки.
А в тридцать пять мой мужчина моложе меня на тринадцать лет.
Нет, муж — само собой, он друг, брат, отец и лучший мужчина на земле, но это немножко в сторону, потому что сила и страсть молодого тела, потому что молодые представления о любви и сексе, потому что захватывает дух…
Мой мужчина — смелый, сильный, плюющий на общественное мнение, страстный, красивый и всегда свободный для меня.
А потом мне наступает сорок пять, и я понимаю, что мой мужчина — это мой муж. И я им ужасно дорожу. И мне страшно, что его уведет какая-нибудь стрекоза, прыгающая по кочкам.
Потому что и очки его уже смотрятся не смешно, а импозантно, и финансовые перспективы наконец-то вырисовались абсолютно определенно, и умеет он кое-чего почище молодых любовников…
А когда уже дело к шестидесяти, мой мужчина — это дочкин муж.
Нет-нет, никаких фантазий, что вы. Просто он молод, красив, он умеет спеть «голуби, голуби» и так напоминает мне мою молодость… Я — восхитительная теща, и у меня всегда готовы пышные блинки для этого мужчины…
А мой дорогой очкарик — вот он, рядом. Он уже не мой мужчина вовсе. Он —моя рука, моя нога, мое правое полушарие. Могу ли я без него жить? Нет, ну что вы. Люблю ли я его? Да какая любовь, если человек — просто твоя половинка… http://www.velvet.by/