***

 

Всеслав Афанасьевич ворочался в своей тесной кровати и тщетно пытался заснуть. Старого колдуна мучило неясное беспокойство. Чудилось ему, что в углу комнаты затаилась мерзкая древняя тварь с диким, голодным выражением безумных глаз наблюдавшая за ним из темноты.

Поворочавшись минут десять, Всеслав Афанасьевич понял, что заснуть ему не удастся. И решил сходить проведать своего ученика. Очень он опасался какой-нибудь пакости со стороны юного некроманта.  Корбут на них был весьма горазд, к тому же действовать предпочитал исподтишка, никого ни о чем не предупреждая.

Поднявшись с постели, Всеслав Афанасьевич заглянул к мирно спящему Альгирду. Воин разметался на широкой кровати и что-то бессвязно шептал во сне. Решив не будить литовского некроманта,  старик отправился на чердак один.

Из-за двери доносился тихий разговор. В одном из собеседников Всеслав Афанасьевич узнал Корбута. Спина старого колдуна покрылась мурашками, когда он понял, с кем именно беседует его непутевый ученик…

«Вот ведь голова бедовая! Ну куда он полез, когда молоко еще на губах не обсохло?! Откуда об этих тварях узнал?!,-  встревожено думал Всеслав Афанасьевич, напряженно прислушиваясь к беседе.-  Ить без души оставят, им это самый что ни на есть лакомый кусок – душу некроманта прикарманить! Их же отродье… Черт меня дернул его без присмотра-то оставить! А все Альгирд этот, чтоб ему пусто было – молодой князь должен спать один, ему по статусу с прислугой якшаться не положено! Это мы-то- прислуга?!»

 

…А собеседники, кажется, о чем-то договорились. На чердаке воцарилась минутная тишина, которую нарушил пронзительный крысиный визг.

Старый колдун покрылся холодным потом, осознав, что  Корбут-таки решил переступить черту. Ученика срочно надо было спасать от бездушной твари, призванной им из-за Грани.

Засучив рукава, Всеслав Афанасьевич ринулся на подмогу безмозглому литовскому князю.

 

 

                                   ***

 

Лак’кашт вел машину уверенно, я бы сказала –играючи. Мы словно летели сквозь плотный строй деревьев, росших вдоль узкой лесной дороги. Другая, более здравомыслящая девушка, на моем месте бы точно струхнула.

Сперва древний некромант признается в том, что играючи принес в жертву живое существо в возрасте десяти лет, а теперь везет меня, невинную и беззащитную (я ведь даже газовый баллончик с собой не взяла, растяпа!) в лес…

 

А мне вот почему-то не страшно. Я слишком долго искала этого паршивца, чтобы теперь пугаться хоть чего-то. Потратила больше пяти лет, разыскивая настоящего некроманта, а он, сволочь, все это время был у меня под носом, еще и хихикал глумливо!

Этого я ему никогда не прощу…

 

…Написать книгу о Лакзе мне пришло в голову лет пять назад. Я уже говорила, но по закону жанра нужно рассказать все с начала и по порядку. Так что рассказываю.

 

Я, молодая писательница двадцати лет от роду, впервые вырвалась из-под родительской опеки и решила перебраться в отдельное жилье. Училась я в тот момент на третьем курсе ЛитИнститута, куда пробивалась с боем, вырывая драгоценное место зубами и когтями. Вырвала-таки. После этого была короткая передышка и не менее судорожные поиски работы. И – по закону, гласящему, что дуракам всегда везет, а упертым дуракам –и того больше, -работу я себе нашла.

Ту еще работку, надо признать. Секретаршей в салоне магии. Можете упасть на пол и побиться в корчах от смеха – я на вас не обижусь.

Но тогда мне банально хотелось кушать, одеваться и изредка выбираться в ночные клубы и прочие злачные места. Отдохнуть там, развеяться. А родители, чьи сердца были разбиты моим выбором вуза, помогать в этом вопросе отказались наотрез. Мол. Хочешь быть писателем – будь им. А мы умываем руки, пока ты не загнешься от голода и не созреешь-таки перевестись в куда более нужный юридический, или пойдешь учиться на медсестру.

Итак, я нашла себе работу и была искренне счастлива –  понедельный расчет у мадам Каллипсо  Авдотьевны  (!!!ДА!!Я не шучу –мадам и впрямь так именовалась…) меня вполне устраивал. Да и платили за натирание ушей клиентам неплохо. Весьма неплохо, я бы сказала.

Для соплячки без образования это были вообще громадные деньги.

И поэтому соплячка два месяца провела в общежитии при институте, у подруги на двухэтажной кровати, наскребла нужную сумму денег и отправилась снимать первую в своей жизни квартиру.

Было бы смешно думать, что той суммы, которую я отложила, хватит на что-то пристойное.

Раз пять меня чуть не кинули на деньги – спасала только развитая интуиция и, как ни странно, опыт работы у мадам Каллипсо. Когда сам мозги клиентам пудришь по сорок часов в неделю – быстро начнешь разбираться в таких вещах. Так что свои потом, кровью и грамотным враньем заработанные деньги я от кидал уберегла.

Но потом, когда я не выдержала и решила обратиться в агенство недвижимости, выяснилось следующее. На приличную квартирку в ближайшие лет… пять, я рассчитывать не смогу. По причине невероятной цены аренды. А работать в Питере и снимать что-то в глубокой-преглубокой области было…  неудачной идеей это было.

В общем, мы с милой и очень приятной женщиной Жанной, бывшей действительно хорошим риэлтором, сошлись на комнате. Только я поставила одно условия – соседом обязательно должен быть мужчина. С бабами войн мне в общаге при институте хватило. Поэтому лучше уж мужичонку –тихого и непьющего. Я была согласна даже убирать за ним квартиру и готовить горячий ужин, только бы не терпеть гарем гастарбайтерш у себя под боком.

Искали мы такой вариант около двух недель. Я была готова уже выть и лезть на стену…

Как вдруг ранним субботним утром мне звонит радостная Жанна и орет в трубку, что нашла шикарный вариант – один хозяин двадцати семи  лет, дикий красавчик, живет один в пятикомнатной квартире (!!) и сдает отличную комнату за какие-то копейки. И без залога.

Мало того – вариант был уже проверен. И хозяин тоже очень настаивал на молодой женщине.

«Мы нашли друг друга,» - радостно подумала я, слетев с опостылевшей общежитской койки и спешно натягивая джинсы. Меня должны были забрать от ворот через десять минут. Хозяин решил сам съездить за потенциальной жиличкой.

Жанна тоже мчалась с другого конца города с заготовленным договором аренды.

На улице моросил противный мелкий дождичек, а зонт я взять забыла. Только  кошелек, и тот запихала в задний карман джинсов. И теперь прыгала в насквозь промокшей майке и с волосами, противно липнущими к лопаткам. От воды они слегка потемнели и казались каштановыми, хотя природный цвет волос у меня был огненно-красный… Даже подростковые эксперименты с краской для волос его не изничтожили до конца. Хотя я очень старалась!

…Передо мной притормозила изящная черная «Селика». Из-за тонировки разглядеть водителя не удалось. Я уже начала сгорать от нетерпения, как дверь машины распахнулась…

И на серый асфальт ступила нога этого…. этого…

Нет, он не ангел, хотя тогда я бы назвала его именно так!

Лак’кашт… Мой белокурый демон с ясными глазами… Желтоглазый, длинноволосый, высокий…  Римский профиль, безупречной красоты тонкие губы, искривленные в лукавой усмешке… Точеная мускулистая фигура в черных джинсах и безрукавке… Серебряная серьга в виде змейки в ухе… тонкие нервный пальцы, которыми он сжимал  ключи от машины…

В общем, я потекла слюной, разве что на асфальт ей не капала.

До сего дня я видела таких красавцев только в кино или на обложках элитных журналов. И то – киноактеры и модели были красивыми, но какими-то пресными. А этот хищник в эксклюзивных шмотках даже воспеваемого нашим поколением Эда Каллена переплюнул бы на раз!

Уж больно дикий, животный магнетизм он излучал.

Смерив меня оценивающим взглядом (я мысленно прокляла всех и вся за свой нелепый вид), Лакз неожиданно широко улыбнулся и «представился»:

- Меня зовут Алексей! Лучше – Алекс. Свое полное имя я, откровенно говоря, недолюбливаю.

-Окей,- чуток охрипла я от страсти, но что поделаешь Когда я смотрела на него, у меня все мысли шли ровными рядами в одну сторону!

Не парень, а ходячий секс какой-то! А я ведь не такая!...

…Оказалось, как раз такая, но об этом попозже…

-А я – Алиса.

-М-м-м… Лисенок такой, - заметил-таки мою проклятущую рыжину!- Тебе идет это имя, Элис. Лисси. Лисенок….

Словно не со мной разговаривает… Взгляд тигриных глаз стал каким-то затуманенным, будто Лекс (а точнее- Лакз! Но его истинное имя для меня открылось чуть позже…) погрузился в воспоминания. Я продолжала пожирать его жадным взглядом.

Именно в этот момент принесло, наконец,Жанну. Романтику пришлось отложить на потом…

                               ***

Служитель внимательно смотрел на трясущегося мальчишку и размышлял. Ему было очень любопытно, насколько далеко готов зайти Корбут. Он и не подозревал, что юный некромант был готов уже абсолютно ко всему. Если бы подозревал – не дергался бы так.

 

Корбут осторожно сливал кровь из вспоротого горла крысы в маленькую глиняную чашу. Руки мальчишки предательски тряслись, к горлу комом подкатила тошнота. Смотреть на дело рук своих ему оч-чень не хотелось.

 

И в тот самый момент, когда Корбут отшвырнул обескровленное тельце в угол и протянул чашу с кровью Служителю, на чердак ворвался разъяренный Всеслав Афанасьевич.

Лицо колдуна было перекошено от гнева. В руках он сжимал ритуальный посох, посверкивающий от электрических разрядов.

Корбут сглотнул и попытался незаметно уползти в угол и слиться с темнотой. Вид взбешенного Учителя его откровенно напугал. Он-то прекрасно осознавал, что у старого колдуна слова с делом не расходятся! И если он сейчас всерьез надумает изгнать Служителя Госпожи, то он его изгонит. На крайний случай, Альгирда на подмогу позовет. Вдвоем-то они уж точно с древней тварью сладят…  А достанется после за шалости кому? Правильно.

Оставалось надеяться только на чудо. Или на то, что в пылу схватки Всеслав Афанасьевич отвлечется и юный некромант сумеет ускользнуть, благо дверь на чердак осталась незапертой…

Из-за спины колдуна вышел сонно зевающий Альгирадс. Сон слетел с него в одно мгновение, стоило только литовскому некроманту заметить приготовившегося к схватке Служителя.

-Некромант,- прошипел древний дух, заметив его.- И колдун. Старый колдун. Это будет достойной платой, юный Принц!

Корбут ошалело захлопал глазами, пытаясь вникнуть в смысл сказанного. Что-то подсказывало ему, что слова Служителя следует понимать буквально. И Альгирд, и Всеслав Афанасьевич пойдут в жертву Госпоже. Из-за него.

Из-за его глупого, детского желания посильнее насолить своим обидчикам.

-Я не хоте-ел!!-неожиданно заревел перепуганный мальчишка.

Альгирд подлетел к юному князю и потащил его к выходу. Всеслав Афанасьевич остался наедине с запертым в круге Служителем.

-Аль-аль…Альги-ирд!!-вцепившись в рубаху сердитого воина, ныл  напуганный до полусмерти мальчишка.- Вас убьют, да?! Из-за меня, да?!

-Не убьют. Служитель не обладает такой силой. Он может лишь напугать или обмануть. Молодой князь, вам следовало бы внимательно прочесть, КОГО  вы призываете!- попенял ему воин.

-Я не зна-аю латы-ыни!!

«Идиот… -подумал про себя Альгирд.- Лезешь в волки, а хвост собачий. Щенок напуганный. Того и гляди, скулить начнешь… И за что нам такое наказание? На неделю без сладкого оставить и выпороть так, чтобы сидеть не смог – сразу поумнеешь!»

Он был искренне уверен, что Всеслав Афанасьевич поддержит его в этом благом начинании.

 

…- Изгоняю тебя, тварь, обратно во Тьму! Заклинаю всеми святыми именами!-сосредоточенно глядя на извивающегося в защитном круге Служителя, старый колдун читал заклятие.- Изгоняю тебя силой Солнца и Луны, именем Мары тебе приказываю!

-Не дождешься, колдун, не тебе под силу со мной тягаться!!-визжала взбешенная до предела древняя тварь.- Я уничтожу тебя! Я выпью твою жизнь до последней капли! Твое дыхание ! Твою СИЛУ!! Я не оставлю о тебе даже памяти!

-Обойдешься!

-Посмотрим!!

Заклятие трещало по швам. Служитель и впрямь был чертовски силен. Колдун начал сбиваться с ритма, терял слова. На его разум словно опускалась вязкая, плотная пелена, мешающая нормально думать. Он уже не понимал, где он, и почему пытается уничтожить вот этого прекрасного, светлого Ангела, которому было очень больно в этом круге огня, его жгли слова старого Всеслава… Ангел плакал и умоляюще смотрел на него из круга.

Всеслав Афанасьевич окончательно поверил в невиновность небесного создания и подошел к черте, отделяющей посланца Господа от нормального мира. Подумал пару секунд и стер ее…

-Попался, колдун! Старой, как мир, уловке поверил!- ликующе захрипел Служитель, вырвавшийся из сдерживавшего его круга. Старый колдун прозрел в то же мгновение, но было уже поздно..

 

…Альгирд услышал отчаянный крик старика и покрылся ледяным потом. Вопль был предсмертным – за свою почти пятисотлетнюю жизнь он научился отличать его от любого другого крика –радостного ли, печального ли. Корбут испуганно рванулся из крепких объятий своего подчиненного, но воин молча схватил его в охапку и рысью побежал на конюшню.

Чем скорее они уберутся отсюда, тем лучше.

 

За воротам Альгирд пересадил трясущегося от страха мальчишку себе за спину и спрыгнул с коня. Покрепче заперев  ворота, некромант быстро начертал на них с десяток рун – запирающее заклятие , не позволившее Служителю вырваться на волю. Древняя тварь, угробившая старого колдуна, уже принялась за других обитателей дома. Стоит ей закончить с ни в чем не повинными людьми – и демон кинется за тем, кто его призвал.

Главной целью Альгирда была защита молодого князя. Допустить его гибель он просто не имел права. Иначе…

Иначе все эти твари, тосковавшие за Гранью, вырвутся в мир живых и в одночасье превратят его в мертвую, выжженную пустошь. Для того и нужны были некроманты – элитные воины Смерти, сдерживающие древних тварей и не позволяющие им хозяйничать в мире людей.

И вот, глава всех этих воинов, десятилетний сын Витаута Курляндского, своей рукой открыл одной из них проход  в наш мир. Как минимум, заслужил н себе этим хорошую, крепкую порку.

Но сейчас куда важнее было сбежать в целости и сохранности, если не изгнав, то приостановив тварь.

Поэтому Альгирд глубоко вздохнул, вытащил из торбы, прикрученной к седлу его мерина, пучок соломы и, с третьей попытки, поджег его. Корбут очень внимательно наблюдал за ним из седла. Но спрашивать что-то стеснялся. Альгирд подбежал к воротам, из-за которых уже доносились вопли заживо пожираемых людей и, размахнувшись, закинул пылающую солому прямо на крышу дома.

Спустя пару минут дом охватил огонь. Альгирдас вздохнул, быстро пробормотал заупокойную молитву и бросился к своему коню. Нужно было как можно скорее уезжать, пока  Служитель не понял, что происходит.

Корбут молча глотал слезы, прижавшись к спине Альгирда  и то и дело оглядываясь на горящий дом, оставшийся уже далеко позади. Там, за его спиной, умирал его Учитель, человек, спасший его от русских воинов…  Умирал по его вине. Ради того, чтобы он,  Корбут, мог выжить и вернуться в родную страну, где займет положенное ему по праву рождения место.

Справедливости в этом мире не было ни на грош –отныне  Корбут был  в этом твердо уверен. Так был сделан первый шаг на пути к взрослению.

 

                                  ***

 

-Ты по нему скучаешь?- неловко спросила я у задумчиво перебирающего мои волосы Лакза.

-Сейчас? Нет. Хотя… может быть, иногда я действительно чувствую что-то подобное. За века жизни к потерям привыкаешь. К смерти-  тоже. Если бы я кидался на стены и готовился к суициду из-за каждого умершего знакомого, долго бы точно не протянул.

-Ты циник…

-Нет, я прагматик. И к смерти, кхамали, отношусь точно так же. Для меня смерть –это работа, а не крах всего в этом мире. Я сталкиваюсь с ней каждый день.

-Какой ужас.

-Привыкай. Скоро и ты изменишь свое к ней отношение…

Я попыталась возразить, но он властно закрыл мне рот поцелуем…  Лакз-Лакз! Ты неисправим…