[645x]
«В огромном городе моём — ночь...»
Марина Цветаева
Из цикла «Бессонница»

В огромном городе моём — ночь. Из дома сонного иду — прочь. И люди думают: жена, дочь, - А я запомнила одно: ночь. Июльский ветер мне метёт — путь, И где-то музыка в окне — чуть. Ах, нынче ветру до зари — дуть Сквозь стенки тонкие груди — в грудь.

Есть чёрный тополь, и в окне — свет, И звон на башне, и в руке — цвет, И шаг вот этот — никому — вслед, И тень вот эта, а меня — нет. Огни — как нити золотых бус, Ночного листика во рту — вкус. Освободите от дневных уз, Друзья, поймите, что я вам — снюсь. 17 июля 1916. Москва

Николай Рубцов «Бессонница»

Окно, светящееся чуть. И редкий звук с ночного омута. Вот есть возможность отдохнуть. Но как пустынна эта комната! Мне странно кажется, что я Среди отжившего, минувшего, Как бы в каюте корабля, Бог весть когда и затонувшего,

Что не под этим ли окном, Под запылённою картиною Меня навек затянет сном, Как будто илом или тиною. За мыслью мысль — какой-то бред, За тенью тень — воспоминания, Реальный звук, реальный свет С трудом доходят до сознания.

И так раздумаешься вдруг,
И так всему придашь значение,
Что вместо радости — испуг,
А вместо отдыха — мучение...
1969

Давид Самойлов, «Бессонница», 1979

Я разлюбил себя. Тоскую От неприязни к бытию. Кляну и плоть свою людскую, И душу бренную свою. Когда-то погружался в сон Я, словно в воду, бед не чая. Теперь рассветный час встречаю, Бессонницею обнесён.

Она стоит вокруг, стоглаза, И сыплет в очи горсть песка. От смутного её рассказа На сердце смертная тоска. И я не сплю — не от боязни, Что утром не открою глаз. Лишь чувством острой неприязни К себе — встречаю ранний час.1979

Иллюстрация: Махова Е.Е. Одно ожидание-три бессонницы

источник