[435x41]

Ей было сто лет. А ему сто три года.
Их встречи случались в любую погоду
И чаще всего почему-то по средам. 
Он просто звонил, говорил: «Я приеду?»

[435x41]

Вот как-то по средам всегда приезжалось.
И даже когда вдруг она простужалась,
Встречались они несмотря на простуду, 
Поскольку она обещала: «Не буду 
Дышать на тебя!», но, хоть это ужасно, 
Дышала. Никак не могла надышаться. 

[435x41]

И даже – друг друга они целовали…
К ним мальчик в кафе выходил со словами:
«Садитесь, ваш столик сегодня свободен!»
И это случалось при всякой погоде,
И всё отступало – дела и болезни – 
Ведь каждая встреча могла быть последней:

[435x41]

Они не хотели терять ни минутки.
Объятия – много теплее, чем пледы.
Они были счастливы каждую среду.
В сто лет как-то глупо влюбляться, жениться.
Но годы бежали от них вереницей.
Объятия – много теплее, чем шали.
Встречались они. И дышали. Дышали.

Екатерина Бушмаринова

[435x41]