ЗНАКИ – «ОТТУДА»
 [показать]
Когда на все мои доводы в пользу веры очень многие скептически говорят:
«Всё это, конечно, хорошо! Но… только как вам поверить? Ведь оттуда - никто не возвращался!»
Я всегда рассказываю одну и ту же историю.
Которая случилась лично со мной.
В далеком теперь, 1998 году.
В Санкт-Петербурге.
Вот она.
Жил я тогда в двухкомнатной квартире на проспекте Науки, которую снимало для меня у одной проживавшей в другом месте больной женщины православное издательство «Сатисъ», терпеливо дожидаясь, когда я напишу для них роман «Тайна рубинового креста» .
Кроме того, оно выплачивало мне оклад и ежедневно – если я не ленился приезжать к ним через весь город на Васильевский Остров, кормило сытным бесплатным обедом.
А еще время от времени дарило книги, которые только-только были напечатаны в типографии.
Однажды главный редактор вручил мне прекрасно изданную Псалтирь для чтения по усопшим.
И хотя мне полагалось бы как можно чаще раскрывать ее, поминая усопших родителей, сродников, друзей и знакомых, я положил ее в стенку, на верхнюю полку и плотно закрыл стеклянную дверцу.
Потом эту Псалтирь заслонили новые подаренные книги.
Все это было очень доброжелательно и щедро со стороны издательства.
Но главное – это, конечно, квартира!
Большая комната с длинной застекленной стенкой, двумя роскошными креслами, рабочим столом и диваном изначально была предназначена для рабочего кабинета.
Маленькая с кроватью и тумбочкой – под спальню.
И это было разумно.
По просторному залу можно было свободно ходить, обдумывая очередные эпизоды и проговаривая вслух диалоги.
А в спальне, утомившись после многочасовой литературной работы, без которой невозможна большая книга, естественно, только спать.
Но… работа над романом почему-то не пошла – вместо прозы из-под пера днем и ночью начали выходить одни стихи.
Диван был очень удобен для работы над ними.
И кабинет с первого же дня превратился в… рабочую спальню.
Я ни разу за целый год не ложился на ночь в маленькой комнате.
А тут – сам не знаю почему, однажды в июньскую ночь – почему-то решил лечь именно в ней…
Это было время белых ночей.
Плотных, как в большой комнате, штор в маленькой не было.
Мучаясь с непривычки от света поздним вечером, я долго ворочался, прежде чем, наконец, уснул.
И проснулся от какого-то странного чувства.
В коридоре словно появилось еще одно окно.
Придя в себя, я сообразил, что это – всего-навсего зеркало, которое отражало падающий из ночного окна северный свет.
Будильник на прикроватной тумбочке показывал два часа.
Можно было продолжать спать.
Но мне вдруг почему-то остро захотелось занавесить зеркало.
А впрочем…
Резонно решив, что раз в доме нет покойника, то, стало быть, и занавешивать его нечего, я только повернулся на другой бок, к настоящему окну.
И едва снова стал засыпать, как снова так и подскочил на постели: в большой комнате раздался страшный грохот.
Мигом перебежав туда, я встал в боксерскую стойку (было дело, занимался немного этим видом спорта в юности), в готовности отстаивать квартиру от вломившихся через балкон грабителей.
Только весь вопрос был в том – где они?..
Свет зажигать не было никакой надобности.
Я в напряжении прошел по хорошо освещенной комнате.
Заглянул за открытые шторы.
Внимательно изучил все углы.
И то место за стенкой, где мог спрятаться человек.
Не забыл посмотреть под диван.
Никого…
Тогда я прошел на кухню и в ванную комнату – тоже ни души…
«Странно! – недоумевал я. – Откуда же тогда был этот звук? Ведь я точно слышал его!»
Шаг за шагом, и пядь за пядью я принялся изучать большую комнату в поисках того места, где что-то могло случиться с таким грохотом.
И наконец – нашел!
Это был дальний, то есть, самый ближний к окну, отсек стенки.
Стеклянная дверца в нем была почему-то открыта.
Я заглянул туда и увидел, что почему-то сама собой – на ней было не так уж и много всего, рухнула верхняя полка.
Все книги, поставленные на нее позже, подались вперед, обнажая ту самую Псалтирь, которую подарил мне директор издательства.
Точнее, она просто каким-то образом, словно сама собой, выкатилась перед ними.
Хоть бери, да начинай читать ее по усопшим!
Но вместо этого, успокоившись, хотя и не понимая, почему не выдержала полка, я вернулся в спальню и уснул.
Однако долго поспать мне опять не удалось.
Рано-рано – если бы не белые ночи, то я бы сказал на рассвете, раздался телефонный звонок.
Никто еще никогда не звонил мне так рано…
- Да? – приготовившись отчитать за эту неуместную шутку кого-нибудь из друзей, сказал я и вдруг услышал прерывающийся плачем незнакомый женский голос:
- Простите… Это звонит близкая подруга хозяйки квартиры, которую вы снимаете…
- Она что, хочет, чтобы я срочно съехал? – не на шутку встревожился я.
- Нет, - ответила женщина. - Дело в том, что этой ночью она… умерла!
- Как умерла? Когда? – невольно оглядываясь и начиная соображать, что к чему, ахнул я.
- Сегодня. Ночью…
- В два часа?
- А вы откуда знаете это? – ахнула женщина. – Мне об этом и то только что сообщили. И я звоню только для того, чтобы вы продиктовали мне номер телефона ее дочери, записанный в блокноте, который лежит сейчас где-то рядом с вами.
- Видите ли… - выполнив просьбу, немного помялся я и – трудно разговаривать с невидимым, тем более плачущим собеседником, да еще о таком невероятном – все-таки рассказал о том, что произошло этой ночью.
Дошел до рухнувшей полки, выползшей из-под книг Псалтири для чтения по усопшим и, зная, что во все это трудно поверить, не слыша и не видя того самому, как можно убедительнее сказал:
- Вы, конечно, не верите мне сейчас, но, честное слово, так все оно и было!
Женщина, не перебивая ни разу, внимательно выслушала.
Всхлипнула еще раз.
И, очевидно взяв себя в руки, уже тихим, ровным голосом спросила:
- Почему это не верю? У меня у самой однажды было нечто очень похожее. Когда во время очередной своей научной экспедиции по тайге умер мой сын, так в то самое мгновение, когда его не стало – я потом сверилась до минуты – в кабинете с книжной полки сама собой упала на пол его самая любимая книга. Огромная такая энциклопедия про птиц и животных…
… Что я еще могу добавить ко всему этому на вопрос о том, что «оттуда» никто не возвращался?
Возвращались.
И не раз.
О чем написано в Евангелии, и чему есть множество подтвержденных авторитетными очевидцами и медицинскими, вплоть до академических, заключениями, свидетельств в духовных книгах.
Конечно, тут нужно быть очень бдительным и осторожным, чтобы не принять за истинные зерна бесовские плевелы.
Но эти два случая - не отчаянные ли знаки от наших родных и близких, а порой и мало знакомых усопших людей, чтобы мы помолились о них? Помогли в самое трудное время перехода в Вечность.
Знаки - «оттуда»!
|
|
|
|
