Рентген был мировой гений и легендарный хам. Сотрудники рыдали от его

грубости, и держались только из научного фанатизма и поклонения

таланту шефа. Когда Шведская Королевская Академия Наук известила его о

присуждении Нобелевской премии, Рентген лишь пожал плечами: не

препятствовать. Нобелевский комитет официально пригласил лауреата на

торжественное вручение. Рентген велел передать через секретаря, что

занят вещами более важными, нежели шляться в Стокгольм без всякой

видимой цели; дали, и хрен с ними, могут прислать по почте, если им

приспичило. Шведы оскорбленно пояснили, что эту высшей престижности

награду вручает на государственной церемонии в присутствии высших лиц

лично Его Величество король Швеции. Рентген раздраженно велел

передать, что если королю нечего больше делать, а видимо так и есть,

так пусть сам и приедет в Вену, а он, Рентген, ученый, а не придворный

бездельник, сказал же, что занят, и у него никаких на хрен дел к

шведскому королю нет. Премию переслали.

 

Да. Так вот. Рентген занимался исследованием своих лучей полтора года,

и описал двенадцать их свойств на четырех страницах. После чего

заявил: все, исчерпано, больше тут делать нечего. И перешел к

следующим проблемам. Сотрудники же, захваченные открывшимися

перспективами, вцепились в так самонадеянно и поспешно оставленное

шефом золотое дно. И через энное время все из них скончались от

лучевой болезни, еще неведомой. Но главное – с тех пор прошло уже сто

лет – к свойствам лучей, описанным Рентгеном, никто так и не сумел

добавить ни строчки.

 

________________________________