Это цитата сообщения
NIKALATA Оригинальное сообщениеВладимир Любаров. Художник-примитивист.
Работы Владимира Любарова находятся в Государственном Русском музее, Государственной Третьяковской галерее, российских частных коллекциях, а также в музеях и частных коллекциях многих стран мира.
[показать]
Владимир Любаров - известный книжный график, проиллюстрировавший более ста книг, среди которых Вольтер, Рабле, Гоголь, Стругацкие, Шолом-Алейхем, Зингер. Одиннадцать лет он был главным художником журнала “Химия и жизнь”, а в начале перестройки организовал с группой писателей первое в России частное книгоиздательство “Текст”.
Однако в 1992 году Любаров неожиданно для окружающих резко изменил свою жизнь. Отказавшись от амплуа престижного столичного художника, он купил маленький дом в полузаброшенной деревне Перемилово на краю Владимирской области и с головой окунулся в простую крестьянскую жизнь.
Занявшись живописью, он начал изображать своих новых земляков. “Картинки из русской жизни” имели огромный успех на Западе, и вскоре Любарова приглашают с выставками в Бельгию, Германию, Францию и Швейцарию. А вскоре пришел успех и в России. За последние годы прошли две персональные выставки художника в одной из самых престижных московских галерей - Галерея "Дом Нащокина", а в 2008 году состоялась персональная выставка Владимира Любарова в Государственной Третьяковской галерее.
У "Нашей улицы" (так называлась одна из выставок художника) Владимира Любарова нет точного географического адреса: где она расположена - в городе ли, в деревне или просто в чистом поле - неизвестно. И живут на ней люди разных кровей и вероисповеданий - русские, евреи и лица неопределенной "кавказской национальности".
[показать]
Персонажи отличаются друг от друга не только национальной экипировкой, но и временем, в котором живут: оно на "Нашей улице" течет и вперед и назад, и вкривь и вкось, а то и вовсе стоит на месте, как то угодно художнику. И вместе с тем это типичная российская глубинка: реалии узнаются сразу - и грязный рынок, и типичный провинциальный вокзал, и Парк культуры с непременной "девушкой с веслом", и толпящиеся в очередях, а также выпивающие на лоне природы граждане.
[показать]
Проживает на "Нашей улице" и небольшая еврейская община, состоящая из "русских евреев" - сапожников и раввинов, резников и портных. Вполне органично вписавшись в российские пейзажи, они соблюдают субботу, едят мацу на Песах, изучают Тору и Талмуд и думают все больше о вечном.
[показать]
Многие сюжеты Любарова откровенно литературны, навеяны легендами, библейскими притчами, рассказами, где-то за ними маячат тени Шолом-Алейхема, Бабеля, Исаака Башевиса Зингера и героев русских сказок.
О литературности в живописи иногда говорят, как о недостатке того или иного художника. И напрасно говорят. Литература как мать всех искусств была для многих самых великих живописцев мощным источником вдохновения. Сколько полотен навеяно книгой книг - Библией!
Говоря о картинах Любарова, знатоки часто произносят слова «лубок» и «наивность». Ну конечно, лубок тут имеет место и наивность - тоже. Hо какая наивность? Наивными, как я понимаю, чаще всего считают художников, которые, имея природные способности к живописи, специального образования не получили, соответствующей техникой не овладели, но поражают своих почитателей свежестью взгляда на жизнь и «вынужденным» пренебрежением законами изобразительного искусства.
Любаров к такой породе художников никак не относится. Он - высокий профессионал и искусством своим владеет в совершенстве. Но что роднит его с наивными художниками, так это умение посмотреть на мир взглядом, незамутненным профессионализмом, удивиться увиденному, может быть, даже по-детски, и заставить нас испытать такое же удивление. В этом смысле каждый настоящий художник наивен, и каждое истинное творение искусства в известной степени тоже наивно.
Любаров к такой породе художников никак не относится. Он - высокий профессионал и искусством своим владеет в совершенстве. Но что роднит его с наивными художниками, так это умение посмотреть на мир взглядом, незамутненным профессионализмом, удивиться увиденному, может быть, даже по-детски, и заставить нас испытать такое же удивление. В этом смысле каждый настоящий художник наивен, и каждое истинное творение искусства в известной степени тоже наивно.
Он обладает редким даром видеть в частных фактах и ситуациях повседневности особый, метафорический смысл, связь времен и национальных традиций, смешное и значительное.
Работы художника свидетельствуют о высокой профессиональной культуре, о творческой изобретательности и неповторимой стилистической манере автора, его причастности к судьбам своих персонажей.
Эмоциональный, содержательный диапазон произведений Владимира Любарова несет в себе неподдельное очарование и глубину искреннего сопереживания многоликому миру, нас окружающему, глубину его философского обобщения и гротескной интерпретации, что само по себе уже заслуживает серьезного внимания и вдумчивого отношения как к личности мастера, так и к его творческим устремлениям.
Искусство Любарова несомненно принадлежит к ярким, неподражаемым явлениям современной отечественной художественной культуры.
Валентин Родионов - Генеральный директор Государственной Третьяковской галереи
Прогуливаясь недавно по Новому Арбату, обнаружил Владимир Любаров на лотках и стендах, щедро заставленных произведениями «народного творчества», и немалое количество картинок Владимира Любарова. Все эти картинки были снабжены его «собственноручной» подписью. А некоторые из них – так даже сразу тремя: под картинкой, на паспарту и на обороте. Чтоб уж наверняка. И никто бы не сомневался. Честно говоря, больше всего расстроил художника Любарова не сам факт торговли подделками на Новом Арбате, а качество этих изделий. Не напрягаются ребята.
ребята. Отпечатаны арбатские «клюквы» на ксероксе, потом от руки раскрашены. Там, где арбатским умельцам не нравится цвет, они его смело меняют. Совершенствуют, так сказать. А где уж совсем отрываются – так это в названиях картинок. Сочиняют свои – и мы, дескать, не лыком шиты. Постоял-постоял художник Любаров возле стенда, порассматривал «свои» картинки и – давай, думает, куплю.
А что? По полторы «тыщи» рублей большие картинки, а маленькие – так вообще по триста. Налетай – не скупись. Вот и Любаров мелочиться не стал – купил большую картинку. У него она, правда, называлась «Хор», а тут – «Без фальши». Почему? – заморачиваться не стал, тем более что в ходе жесткой дискуссии с продавцом («Я те клянусь, оригинал!» – «Ну, ты мне рассказывай! Я же вижу, раскрашенный ксерокс!» – «Мужчина, берите картину или идите себе мимо!») цену на «самого себя» удалось спустить до семисот. Что было приятно. И опять же есть теперь что показать друзьям и знакомым.
И «вещдок» имеется.
