Эта дамочка вечно ко мне цеплялась —
И то ей не так, и это...
«Кто спину тебе исцарапал?»
«Да без понятия, детка, наверно —
ты...»

«Спутался с новой шлюхой?!»

«Что за засос на шее?
Горячая, видно, девка!»
«Где? Детка, я ничего не вижу».
«Где?! Вот же! Слева — на шее,
Слева!
Видно, завел ты ее круто!»

«Чей у тебя номер записан
На спичечном коробке?»
«Что там за номер?»
«Вот этот вот! Телефонный!
И почерк — женский!»
«Да сдохнуть мне, если помню, откуда он взялся...»
«Вот позвоню сейчас — и проверю,
Да, позвоню!»
«Действуй давай».
«Нет, я порву его в клочья, номер этой мерзавки,
В клочья порву!»
«Ты трахался с нашей соседкой!
На нашей кровати!
Пока я была на работе!»
«Чего?»
«Мне другая соседка сказала! Сказала — она явилась
Прямо в нашу квартиру!»
«Ах, эта... она просто сахар
У нас одолжила».
«Сахар, как же! Ублюдок, ты ее трахал
Прямо у нас дома, прямо на нашей кровати,
На глазах у нашего пса!»
«Да она только сахар просила, она здесь
Пару минут пробыла».
«По-быстрому перепихнулись?!»

А потом я узнал — она трахалась с доставщиком пиццы
Прямо в его фургончике,
Трахалась с продавцом столовых приборов
В мужском туалете, у писсуара, .
В кабинке для инвалидов.
И было еще что-то такое с газовщиком —
Полагаю, минетик, не больше.

Она выставляла меня дураком,
Прикрывалась щитом своих обвинений —
А сама изменяла напропалую,
Чуть ли не каждый день.
А когда я припер ее к стенке, она
Ответила мне:
«И ЧТО?!»

Я ее выставил.
Мы из-за пса судились — выиграла она.
И когда молодая соседка снова зашла
Спросить сахарку,
Она задержалась подольше,
Чем на минутку-две...

Game Day