По привычке он дошёл не спеша до четвёртого этажа ( у лифта, как всегда, толпилось много народу), зашёл в студию, прошёл мимо зонтов, фотокамер, дальше, в кабинет к начальнику. Начальник, Игорь Борисович, сидел, уставившись в никуда. При звуке открывшейся двери он встрепенулся, проморгался, и посмотрел на Ваню, как таможник на кавказца.
- Что-то не так? - спросил Иван. За несколько лет работы он уже мог распознать все настроения шефа, но это казалось чем-то новеньким.
- Да нет, всё отлично, - сказал начальник, не отрывая, впрочем, взгляда от Вани. - Тебя вон, в Берлин отправляют.
Ваня прибалдел. Когда-то давно, года два назад, он подавал заявку на стажировку в Германии, да особо ни на что не надеясь. Ну честно, кто хотел бы отправиться за счёт фирмы в Европу, при этом имея кучу свободного времени и денег? Естественно, тысячи и тысячи халявщиков. Но судьба, однако, повернулась задницей к кому-то другому, и это не могло не настораживать.
- Условия те же? - осторожно спросил Ваня.
- Да, конечно, 3 месяца, всё оплачивается, по возвращению отчёт, портфолио, в общем, сам знаешь. - шеф снял очки и потёр переносицу. - Ты был единственный, на кого я надеялся. За работу остальных я бы и рубля не дал.
Похвала от шефа? Неужели? Ваня растерялся.
- Спасибо. Честно говоря, не ожидал.
- Да я сам от себя не ожидал. Мы с тобой, Ванёк, сколько лет-то работаем! Пора бы уже запомнить, что я не говорю комплиментов раньше времени.
- А сейчас пришло, считаете?
- А сейчас пришло. Уедешь в Германию и останешься там, как и остальные. Тебя хотели отправить в самом начале действия программы, но мне жаль было терять такого парня. Можешь ругаться, кричать, у меня психика крепкая, выдержит.
Иван молчал, не зная, то ли смеяться, то ли плакать, то ли матом всё крыть. В конце концов, молчание ещё никому не вредило (ну, не в том случае, если вас упрекают в измене или на улице не дарят миллион за пару сказанных вами слов).
- Что, сказать нечего? - шеф устало посмотрел на него. Без очков он казался каким-то беззащитным, старым. - Зато я могу сказать кое-что. Прости меня, дурака. Езжай. Там тебе будет лучше.
Ваня сморгнул. Странно, что не замечаешь, как привязываешься к людям. Их наличие в твоей жизни кажется естественным, как смена вечером дня, или вечно дружелюбные лица в макдаке, а потом внезапно они исчезают - и ты понимаешь, что лишился какой-то составляющей себя.
- Пока, шеф. Пишите, если у вас будет острая нехватка гениальных фотографов, я всегда найду время, чтобы увидеться со старой командой.
Шеф усмехнулся, одел очки и продолжил читать газету, давая понять, что разговор окончен. Ваня вышел из кабинета. Мир внезапно стал совсем другим.