Поражает странное и, может быть, даже уникальное качество нашего народа: все обо всём всё знают, но официально как бы даже ни о чём и не слышали. Помните, как говорили мы в прежние времена: одни делают вид, что платят, другие делают вид, что работают. В магазинах шаром покати, в холодильниках есть всё. Секса в СССР нет, но дети рождаются…
В СССР секса нет! — крылатая фраза, источником которой послужило высказывание Людмилы Николаевны Ивановой — одной из участниц телемоста Ленинград-Бостон, записанного 28 июня и вышедшего в эфир 17 июля 1986 года. Существует несколько версий того, что? именно она сказала…
В 1986 году телеведущие Владимир Познер и Фил Донахью организовали один из первых советско-американских телемостов, который режиссировал Владимир Мукусев.
В ходе общения американская участница телемоста задала вопрос:
…У нас в телерекламе всё крутится вокруг секса. Есть ли у вас такая телереклама?
Советская участница, Людмила Николаевна Иванова (в то время — администратор гостиницы «Ленинград» и представительница общественной организации «Комитет советских женщин») ответила:
“Ну, секса у нас нет. Мы категорически против этого”.
После этого аудитория рассмеялась, и какая-то из советских участниц уточнила:
Секс у нас есть, у нас нет рекламы!
В обиход вошла искажённая и вырванная из контекста часть фразы: «В СССР секса нет».
«В СССР секса нет». Эти слова, вырезанные из выступления советской женщины на передаче «Телемост» Владимира Познера, стали, пожалуй, единственным «историческим источником», по которому сегодня судят о сексуальной политике Советского Союза. Источник, прямо скажем, весьма скудный, не говорится уже о том, что у этой фразы было и продолжение: «…на телевидении». Запомнилась, тем не менее, только первая часть.
Перестроечный Союз ждал перемен во всех сферах, в том числе и в сексуальной. Оправдались ли надежды? Видимо, нет. Во всяком случае, ликвидация консервативных сексуальных стереотипов (которая также затронула далеко не все слои общества) с лихвой перекрывается ростом сексуальной несвободы в результате развития проституции, сексуального принуждения на рабочем месте, влияния церкви, неравенства оплаты труда между полами и т.п.
Эти процессы 1990-2000-х годов известный психолог Игорь Кон, «крестный отец» советской сексологии, оценил как «сексуальную контрреволюцию» на постсоветском пространстве…