Уже оттаяла. Берешь ее нежно так, за крылышки и и аккуратно укладываешь. А потом так тщательно натираешь ее солью, перцем и цесночка побольше. А потом уксусом, уксусом ее, и массируешь нежно.

Она всю ночь в маринаде, впитывает его соки. А на утро встаешь, а она уже вся пропиталась, ее холодная кожица, совсем белая. Она призрачна и мертва.

Ты даешь ей вторую жизнь. Осторожно всовываешь внутрь курицы свежие томаты и ароматный сыр. Кладешь на противень фольгу, а на нее курочку. Аккуратно загибаешь края фольги и укутываешь ее всю плоть.
Главное, чтобы фольга внизу не порвалась, тогда влага из белого тела вытечет в фольгу и птица будет печься в собственном соку.

Час нетерпеливого ожидания проходит с трудом. Ты уже еле сдерживаешь желание, жадно вдыхая заполнивший кухню аромат. С нетерпение открываешь печь, достаешь противень, осторожно разворачиваешь сверху фольгу и смазываешь кожу майонезом. Ах, обратно в духовку, еще пол часа невыносимого терпения.

Да, вот теперь она вся пылает жаром, а от золотистой кожицы, приходится держать полотенце у рта, чтобы пол слюной не забрызгать.