Саша училась на одни пятёрки. А тут за контрольную получила двойку. А учительница её не ругала. И как тут будешь ругать? У неё Мурзик пропал!
Никто не знает, куда Мурзик делся. Был-был и пропал. День нет, два нет. Все грустные ходят – жаль Мурзика.
Тут пошла бабушка Ира на кухню чай пить. А на кухне, на Трефолева, тогда часы были со звоном, каждые четверть часа били. Вот настало три часа, часы три раза пробили. А следом откуда-то тихонечко: Мяу-мяу. Баба Ира подумала: уже мерещиться стало!
Прошло четверть часа, часы опять один раз пробили, а следом опять: мяу-мяу. Тогда баба Ира дедушку Валика позвала. Стали они ждать, когда пол четвёртого пробьёт. Только пробило, а следом сразу: мяу-мяу! Тут баба Ира с дедушкой Валиком больше ждать не стали – бросились на чердак. Бегают по чердаку кричат: Мурзенька, миленький, иди сюда! Нигде нет Мурзика. И, вдруг, в дырочку около трубы просовывается с крыши грязный носик и вопит – мяу-мяу! Тогда деда Валик жесть от трубы отогнул и втащил на чердак с крыши Мурзика. Принесли его домой, в большую комнату. А он на лапках стоять не может: лёг на бочёк и лежит. Минут пять полежал, а потом встал и, шатаясь, пошёл на кухню: стал воду пить. Долго-долго пил, целую миску вылакал, а потом и за еду принялся. А все вокруг стояли, и ему лакомые кусочки подкладывали.
С тех пор Мурзика на лестницу никакими калачами заманить не удавалось: мол, сами гуляйте, а я уже нагулялся