хорошо, что у них нет доступа к моим грёзам.

иначе, эти люди бы встали посреди пустой комнаты: ничего не происходит, но что-то давит на них. кто-то начал кричать. иной опустился на пол, лег, поджимая колени.
- какой кошмар. - сказал бы из них самый старший. его дыхание, глубокое влажное, как банная испарина: наружу, наружу.

и вот, спустя четверть часа шепота, всхлипов, скрежетаний по голой земле, они бы исчезли. наконец-то.
и всё в невидимости царствовало бы вновь.