кровь голая, без кожи - по весне
температуры чая "джи" в моем стакане.
я обнажен. она течет во мне.
как в нервной воспаленной ране.

быть чистым, быть холодным, как она.
двойное дно души диктует спячку.
но я плыву, не доставая дна.
как будто бы нарочно его прячу.

вот боль. и бледные круги
на глади и под сонными глазами.
возьми, налей бензин, и подожги.
ее, меня, и отраженье зданий.

тепла - вот всё что хочет мой тайфун.
поток лоснящийся как бархат и вискоза.
воспоминанья - воспалённый ум;
цветок, не уважающий мороза.

не жаль любви. и тела калабас -
пустышка. как кабан идет на вертел.
прости, что я - не обессмертил нас.
прости, что ничего не обессмертил.

лучом косым разрезал самолет
бесчувствие сиреневого цвета.
я лёд. я бесконечный лед.
ещё прочнее стали и цемента.

а дни длиннее стали. невзначай.
стою на мостовой и ртом глотаю
холодный сладкий пластиковый чай.
и таю. упаси господь. я таю.