ЛЮБОВНАЯ АДДИКЦИЯ

В 2004 ГОДУ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ-АНТРОПОЛОГ ФИШЕР ИЗУЧИЛ ХИМИЮ РОМАНТИЧЕСКОЙ ЛЮБВИ И ПРОДЕМОНСТРИРОВАЛ, ЧТО, ХОТЯ РОМАНТИЧЕСКАЯ ЛЮБОВЬ ТЕСНО ПЕРЕПЛЕТЕНА С ПОБУЖДЕНИЯМИ ВОЖДЕЛЕНИЯ И ПРИВЯЗАННОСТИ, СХЕМЫ МОЗГА В ОТНОШЕНИИ ЛЮБВИ И "ПОХОТИ" БЫЛИ СОВЕРШЕННО РАЗНЫМИ.

"Похоть" связана с тестостероном у обоих полов, любовь - с дофамином, а чувство привязанности создается через окситоцин и вазопрессин. Путь похоти побуждает человека искать сексуальный союз с «любым более менее адекватным партнером». В то время как любовь функционирует таким образом, что бы супружеская пара могла объединившись и сожительствовать достаточно долго, и воспитывать детей (Fisher, 2004, p. 78).

С появлением тяги и зависимости, являющихся побочными продуктами повышенного выделения допамина, люди становятся зависимыми от романтических отношений. Хотя именно в этом моменте специфики любовной аддикции не наблюдается - все зависимости связаны с повышенным уровнем дофамина (Fisher, 2004). Романтическая любовь действительно может считаться зависимостью.
Тем не менее, у любого человека существует готовность влюбиться и перейти к долгосрочной стабильной привязанности.
Но для любовной аддикции предпочтительным состоянием является восторг от новизны: быть с кем-то новым, создавать новые невиданные ситуации путем хронического разделения и воссоединения или разжигать фантазийную конструкцию их объекта любви.

С ранней историей эмоционального пренебрежения или злоупотребления любовные наркоманы живут в беде и фантазируют об идеализированном спасателе, а не в подлинных отношениях, выявляют допамин, который превращает боль в удовольствие и поддерживает шаблон возбуждения идеализированного другого.
Таким образом, любовная аддикция не имеет ничего общего с любовью в настоящем, но имеет отношение к отсутствию любви в прошлом.
Как и любая зависимость, она начинается с постоянного повторяющегося поведения, которое вначале доставляло удовольствие, и становилось страстным желанием - здесь - стремление к фантастической «хорошей» любви, которую никогда не получал субъект любви. ...бесконечный поиск воображаемого совершенного союза начинает порочный круг жажды, восторга и сокрушительного разочарования.

В то время как любовная аддикция полностью имитирует зависимость от психоактивных веществ и наблюдается клинически в течение многих лет Фишер (2006).

Сексуальные аддикты избегают любви, заменяя ее сексуальной новизной отношений, в то время как другие сексуальные наркоманы склонны к любви, выводя на первый план романтическую зависимость для отношений.
Таким образом, избегание любви и любовная аддикция могут быть оборотными сторонами одной медали. Все они связаны с ранним опытом нарушений безопасных отношений детско-родительской привязаннности. ( по материалам A. Katehakis, 2019)