ТАНЦОВЩИЦА.
Любой гомеопат знает, что женщина Sepia любит танцевать и чувствует себя лучше от энергичных физических усилий. Эти изолированные факты могут сказать нам очень много о Sepia как о конституциональном типе, а именно то, что она находится в очень хорошем контакте со своим телом. В отличие от большинства людей в современном мире здоровая женщина Sepia очень хорошо чувствует те энергии, циркулирующие в ее теле, их естественное движение и тот дискомфорт, который возникает при их блокировке. Многие люди отгорожены от своего тела интеллектом и понятия не имеют о своей энергетике. Дети еще хоть как-то чувствуют свое тело, однако, погружаясь в окружающий их слишком рациональный мир, быстро забывают о том, как чувствовать, и не только теряют эмоции, но и разучаются владеть своим телом. Аналитические типы, такие, как Lycopodium, Kali carbonicum и Natrum muriaticum, владеют своим телом особенно плохо. Более непосредственные типы — Phosphorus, Sepia и Medorrhinum — до некоторой степени владеют им, что особенно характерно именно для Sepia, по крайней мере до тех пор, пока она остается эмоционально здоровой. (Владеть своим телом — не значит иметь накачанную фигуру. Это гораздо более тонкое понятие. Спортсмен может быть очень сильным, однако совершенно не чувствовать течения энергий в своем теле, тогда как хрупкая женщина Silicea может двигаться настолько гармонично, что ее движения похожи на танец.) Sepia может получать удовольствие от своей физической энер¬гии, и именно поэтому ее так привлекают танцы, а также йога, тай-цзи-цуань и другие виды физической активности, которым присуще ощущение физической гармонии. Посредством подобной активности Sepia поддерживает контакт со своими жизненными силами, тогда как уменьшение физической активности вызывает у нее ощущение внутреннего омертвения. Это свойственно всем людям, страдающим гиподинамией, однако Sepia чувствует пагубное действие обездвиженности острее других. Отчасти это связано с тем, что ей есть с чем сравнивать — она знает, что такое животворящая физическая энергия, но также, как мне кажется, это связано с тем, что ее нервная система более тонко настроена, чем у большинства людей, и эта настройка легче сбивается как вследствие физического оскорбления, так и из-за мертвящего действия гиподинамии и монотоности. Тягловая лошадь может спокойно стоять и лениво щипать травку, но скаковая лошадь, вынужденная долго оставаться на месте, будет нервно грызть удила и рваться вперед. Точно так же Calcarea Carbonica радуется возможности полениться, тогда как Sepia не может жить без активности, особенно той, в которой есть гармония и ритм.
Некоторые люди обладают естественным чувством ритма, и Sepia обычно относится к их числу. Таких людей нужно искать на танцевальных площадках. Их движения обладают непринужденной грацией независимо от того, под какую музыку они танцуют — под медленный вальс или неистовый джаз. К самым скованным людям относятся обычно индивидуумы Kali carbonicum, тогда как танцоры Phosphorus или Sepia не имеют себе равных. Индивидуумы Natrum muriatcum занимают промежуточное положение — некоторые ближе к скованным, другие к раскрепощенным людям. Чувство ритма Sepia делает ее способной не только к танцу, но и к музыке (Кент: «Чувствитель¬ность к музыке»). Существует много талантливых музыкантов Sepia, а также много артистов (художников) Sepia. Sepia чуть уступает Phosphorus или Lachesis в восприятии «невидимого», однако выигрывает в способности восприятия пятью органами чувств (Кент: «Обостренное восприятие чув¬ственных впечатлений»), что делает ее мастером не только в музыке и танце, но и в сценическом (изобразительном) искусстве, а также в искусствах прикладного целительства, таких, как массаж или шиатсу. Обычно искусство Sepia спокойнее и более утонченно, нежели у более экстравертированных типов, таких, как Phosphorus или Lachesis, за исключением музыки и танца, где Sepia может быть такой же неистовой, как и остальные.
Естественная связь Sepia со своим телом во многих случаях сочетается с гармонической связью с Землей и естественными биологическими циклами. В доисторические времена скорее всего именно женщины Sepia положили начало традиции танцами приветствовать наступление весны или окончание сбора урожая. И хотя со временем эти танцы стали ритуальными, начало их связано со спонтанным взрывом эмоций, выраженных в движениях чувствительных к дыханию Земли женщин Sepia. Ведьмы всегда находились в тесной связи с Матерью-Землей и ее циклами, беря растущие на ней травы и корешки для приготовления целебных отваров, любовных напитков, а также ядов. Сегодняшняя женщина Sepia может не использовать плоды Земли для «колдовского ремесла», однако как и ее средневековые предшественницы, сохраняет чувствительность к дыханию Земли, к ее красоте и тайной мудрости, а в окружении дикой природы склонна впадать в почти медитативное состояние (если только она не потеряла себя, как это происходит со многими женщинами Sepia, подчинившимися диктату общества и превратившимися в «кляч» и «мегер»).
Поскольку Sepia является «земным» человеком, сохраняющим связь с Землей и собственным телом, она обладает большим запасом здравого смысла. Пока ее не коснулось никакое эмоциональное потрясение, она остается довольно практичной и может мастерски владеть каким-нибудь практическим ремеслом — ткать или плести корзины. В этом Sepia похожа на Arsenicum album, который
очень хорошо ориентируется в материальном мире. Способность «опускаться на землю» в сочетании с обычно острым умом позволяют Sepia при необходимости становиться ловкой и изворотливой, принимая различные «правила игры». Хотя она может прекрасно чувствовать уродство культуры потребления, хищнического отношения к природе, политической коррупции и других про¬явлений безраздельного господства мужчин в мире, она редко предается утопическим мечтам в отличие от Phosphorus n Natrum muriaticum, идеализм которых может сделать их слепыми к практической реальности. Sepia чаще придерживается той точки зрения, что, если она будет нести людям здоровье, правду и помощь на своем месте, она принесет человечеству большую пользу, чем если начнет бить в барабаны, которые вряд ли кто-нибудь услышит. Однажды ко мне обратилась одна обаятельная пятидесятилетняя женщина, преподаватель балет¬ной школы, которая, несмотря на свой возраст, оставалась по-прежнему изящной и гибкой. Ее смуглая кожа, темные с сединой волосы, высоко посаженные скулы и темные, глубоко сидящие глаза придавали ей вид не только интеллигентного, но и утонченного, серьезного и мудрого человека. После смерти своего мужа некоторое время она боролась с раком кишечника, после чего начала заново осваивать жизненное пространство. Она переехала из Австралии в Калифорнию, где нашла применение своим силам в миссионерской церкви Сан-Франциско, опекающей бедное чернокожее население. Она наслаждалась своей новой ролью координатора благотворительной помощи, и не только потому, что ей нравилось помогать людям, но и потому, что ее живой, бойкой натуре пришелся по душе язык улиц, крепкие рукопожатия ее новых чернокожих друзей и бурлящая среда смешения культур, резко отличающаяся от спокойной, размеренной жизни средних классов белой Америки (или Австралии). Словно немолодая домохозяйка, пришедшая на танцплощадку, она ожила, попав в суматоху и толчею Сан-Франциско.
У значительного числа женщин Sepia в облике и характере есть что-то дикое, цыганское. Я думаю, что среди настоящих цыган очень много §epia — ведь они темноволосы, смуглокожи, часто обладают способностью к ясновидению и не желают приспосабливаться. Цыганские женщины — это колдуньи и танцовщицы в одном лице. Они предельно женственны, но в них нет ни покорности, ни пассивности, и в ответ на угрозу или оскорбления они будут драться, словно дикие кошки. Те женщины Sepia, у которых были выражены цыганские черты, обычно обладали большим психологическим здоровьем, чем другие представительницы этого типа, и, на мой взгляд, причина этого в том, что более естественное состояние для Sepia — это свобода духа, а не жизнь покорной домохозяйки. Женщины Pulsatilla или Natrum muriaticum могут быть домохозяйками и при этом оставаться собой и могут удовлетворить все свои потребности, играя роль матери и жены. Но женщине Sepia для счастья нужна определенная доля свободы и независимости. Именно поэтому так много женщин Sepia, принесших свою индивидуальность в жертву семье, становятся злобными или впадают в депрессию.
Цыганские черты можно увидеть у представительниц любого типа, однако у некоторых они выглядят естественно, тогда как другие могут просто имитировать их, погнавшись за модой. Великими имитаторами являются Phosphorus и Natrum muriaticum, особенно последние, которые иногда надевают на себя маску дикой, необузданной женщины. Это может соответствовать истине до определенной степени в некоторых случаях, но чаще всего это лишь попытка показать свою «крутость» с целью добиться внимания и одобрения. Напротив, женщины Sepia, похожие на цыганок, обычно остаются самими собой, а вовсе не ищут чужого одобрения. Их длинные волосы, широкие одежды, часто чуть ли не из домотканого полотна, лишь отражают их внутреннее чувство свободы, а вовсе не являются попыткой произвести впечатление.
К другим типам, которые могут иметь естественные цыганские черты, относятся Phosphorus, Medorrhinum, Tuberculinum и Ignatia. Все эти типы могут обладать непосредственностью и артистичностью — основными атрибутами цыган. Они в большей степени, чем другие типы, живут образным правополушарным мышлением, а потому внешне выглядят не совсем привычно для нас. Среди всех этих типов, пожалуй, Sepia выглядит наиболее рассудительной и уравновешенной. Она не стремится к экстремальным переживаниям или к тому, что отклоняется от ее основной цели. Скорее она пытается выразить тайну собственной души, земли, своей судьбы. Она может быть танцовщицей или артисткой (художником), она будет утонченной, несущей в себе неразга¬данную тайну цыганкой, без неистового буйства Medorrhinum или Tuberculinum. Sepia достаточно равнодушна к очаровательным вещам, возбуждающим сти¬мулам и утопическим идеалам, и именно поэтому она способна хорошо функционировать как в условиях традиционной семьи, так и на задворках обще¬ства. Индивидуумам Medorrhinum или Tuberculinum для счастья постоянно нужны новые возбуждающие стимулы, а роль жены и матери такой стимуля¬ции дать не может. Потребности Sepia более утонченны, и потому она легко может пренебречь ими, предпочтя стабильное и благоразумное существование домохозяйки. Однако потребность в независимости, а также в творческом самовыражении может заставить Sepia вести цыганский образ жизни. Однако, поскольку ее потребности больше связаны с ее внутренним миром и в большей степени основаны на собственных силах, чем у других «непосредственных» типов, ей может показаться, что и в обычной семейной жизни она сможет выделить себе пространство для самоисследования, танцев или писательства,
одновременно не лишая себя семейных радостей. Многим Sepia это действительно удается, однако много и тех, кто постепенно теряет свою индивидуальность, пытаясь угодить мужу и детям.
Тогда как эмоционально здоровые Phosphorus или Tuberculinum в основном являются экстравертами, здоровая Sepia сочетает в себе смесь экстраверсии и интроверсии, как и Medorrhinum. Обычно Sepia достаточно общительна и может контактировать с любыми людьми, оставаясь самой собой. С другой стороны, ей требуется время для уединения и погружения в себя, откуда потом выплескивается ее творчество. Ее интроверсия не носит оттенка депрессии, она вовсе не предается в одиночестве тоске и печальным мыслям о прошлом (хотя нездоровая эмоционально Sepia уже может это делать), а скорее медитативно погружается в себя, что приносит ей боль¬шую пользу и удовольствие.

КУРТИЗАНТКА.
Читатель может удивиться, увидев подобное название у одного из подтипов Sepia, поскольку гомеопаты привыкли считать ее равнодушной к сексу. Подобный взгляд объясняется тем, что гомеопатическая литература и преподавание фокусируются преимущественно на психологической патологии Sepia, которая происходит главным образом вследствие принесения Sepia своей индивидуальности в жертву мужчинам. Эмоционально здоровая женщина Sepia, независимая в своих проявлениях, обычно имеет высокое, хотя и находящееся под сильным контролем половое влечение. Пока она уважает себя при взаимоотношениях с мужчиной, а не просто подчиняется чужой личности, она может получать большое удовольствие от своей сексуальности.
Вследствие естественной независимости здоровая женщина Sepia любит сохранять контроль над своим телом. Ей отвратительна сама мысль о том, что она может быть чьей-то «плевательницей для спермы», и поэтому она либо воздерживается от сексуальных контактов, пока не найдет мужчину, который не будет стремиться полностью владеть ею, либо ее связи будут короткими и редкими. В периоды воздержания она в гораздо большей степени, чем другие женщины, способна подавить свои сексуальные желания либо сублимировать их какой-то другой активностью в виде общественной деятельности, спорта или искусства.
Те женщины Sepia, которые не вышли замуж и не имеют мизантропических наклонностей, обычно «не допускают» мужчин к своему телу до тех пор, пока не почувствуют некоего «особого влечения» (подобное воздержание может окрашиваться моральными или религиозными рассуждениями, однако суть
дела это не меняет). Очень часто женщину Sepia притягивает к мужчине какой-то магнетизм, который лишь отчасти имеет сексуальный характер, а больше он похож на «родство душ» и даже на «духовное единение», но, во всяком случае, это не обычная влюбленность, которую испытывает большинство людей. Женщина Sepia чувствует установление особой связи между ею и ее избранником, который обычно обладает довольно мощной личной энергией или разделяет с Sepia тонкие оттенки понимания жизни. В сущности, женщину Sepia гораздо больше привлекает единение интеллекта и духа, нежели слаженность биения сердец. Она вполне способна на любовь, однако для нее это не главное. В отношениях она ценит физические, интеллектуальные или духовные аспекты и лишь в последнюю очередь эмоциональные. В результате женщина Sepia может показаться холодной и надменной по сравнению с женщинами других, более теплых типов (Кент: «Равнодушие к близким людям»). Нужно сказать, что эмоционально нездоровую «мегеру» Sepia действительно можно назвать холодной, а у апатичной «клячи» вообще уже никаких эмоций не осталось, однако и у эмоционально здоровой Sepia имеется некоторая отдаленность от других. Это не является способом психологической защиты, как у Natrum muriaticum, просто, как и у женщины Arsenicum album, любовь Sepia не пламенна, она не отдает себя без остатка любимому и не теряет своей индивидуальности. Sepia может почувствовать вспышку страсти в какой-то момент (Кент: «Похотливость»), а потом спокойно возвращается к своим делам. (Мне трудно представить себе волшебницу, посвятившую жизнь мужчине, однако вполне можно вообразить союз равных — ведьмы и колдуна, в котором будет присутствовать взаимное уважение, симпатия и сексуальное притяжение.)