Куртизанка — крайнее проявление сексуальной независимости женщины, однако проявление вполне логичное. В отличие от банальных проституток куртизанка обычно пользуется определенным уважением в обществе. Это гордая женщина, которая доступна только аристократам, богачам или тем, кто ей нравится самой. Однажды мне пришлось общаться с такой пациенткой. Это была очень интеллигентная и утонченная художница, изучавшая японское искусство и некоторое время жившая в Японии. (Женщинам Sepia часто нравится японское искусство за его тягу к гармонии, утонченности и красоте физического мира.) Во время учебы в Японии ей стало не хватать денег, и так как она всегда хотела полнее изучить собственную сексуальность, она решила стать проституткой высокого класса. Она договаривалась о встречах с богаты¬ми людьми и теми мужчинами, которые ей нравились, получая за это очень большие деньги и одновременно испытывая удовольствие. Когда подобные эксперименты ей наскучили, она прекратила принимать клиентов. В ее рассказе не было ни смущения, ни стыда. Она изучала свою сексуальность как отвлеченный предмет, одновременно получая за это деньги.
Не многие из женщин Sepia становятся куртизанками, однако аморальное, отстраненное отношение к сексу характерно для многих. Сексуальная страсть не принимает у Sepia, в отличие от Platina, непреодолимого характера (за исключением эпизодических моментов), однако она может моментально вспыхнуть в присутствии подходящего партнера. В другое время она скорее дремлет, чем является подавленной. Многие женщины Sepia могут переносить воздержание настолько легко, что выглядят равнодушными к сексу, однако это не так. Если они здоровы эмоционально, страсти являются частью их жизни, а сексуальная страсть может возникать, а может и нет, в зависимости от того, кто находится рядом с ними.
Исторически прослеживалась прямая связь между волшебницами и куртизанками. Сексуальность всегда использовалась оккультными традициями для «поимки» тонких энергий и управления ими. Колдовское ремесло и магия в средние века традиционно ассоциировались с оргиями, являвшимися частью «черных месс». Навряд ли участие в оргиях можно назвать вершиной мудрости; возможно, это было лишь реакцией на тотальное подавление сексуальности католической церковью в то время (и не исключено, что роль секса в магии была несколько преувеличена самой церковью). Но так или иначе ритуальный секс имел место и использовался он для того, чтобы его участники «ощутили свою энергию», хотя и в несколько примитивной форме. Подобный секс исключал какое бы то ни было ухаживание со стороны мужчины и завоевание сердца женщины; скорее это был временный союз равноправных членов, влекомых похотью и, возможно, находящихся в определенном мистическом, вакхическом состоянии, не имевшем ничего обще¬го с нежной любовью. И очень многие женщины Sepia стремятся именно к подобной модели секса. Существуют и более высокие формы «сексуальной магии», как практиковавшиеся в прошлом, так и практикующиеся в наши дни. Жрицами в Древней Греции и Древней Индии почти всегда были лишь женщины Sepia. Они обладали способностью прорицать, им поклонялись, а общались они ни много ни мало с самими богами. Одной из их обязанностей являлось проведение неофитов через обряд инициации, включавший в себя ритуальный секс. Этим обрядам предшествовала особая подготовка, включавшая интенсивную медитацию, отчего сам ритуальный коитус становился скорее не сладострастным, а мистическим переживанием, открывающим новые горизонты в сознании неофита. Жрицы отбирали неофитов по принципу их готовности к обряду, а не на основании собственных сексуальных предпочтений. В восточной мистической традиции до сих пор практикуется тантра, и эта практика завоевывает все больше поклонников на Западе. Истинная тантра предполагает полное освобождение от похоти и может быть успешной только у духовно продвинутых людей. В процессе сексуального единения тантрические любовники пробуждают энергию своих тел и поднимают ее к сознанию, пока она не осветит и не расширит его. Этот и другие формы «сексуальной магии» особенно привлекательны для Sepia, поскольку она очень хорошо чувствует тонкие энергии своего тела и склон¬на относиться к сексу либо как к естественному телесному отправлению, такому же, как еда и питье, и не могущему быть поэтому ни моральным, ни аморальным, либо как к священнодействию. Половой акт может привести Sepia к экстазу, как ее могут привести к нему танец или медитация, при условии, что она будет заниматься любовью с подходящим ей партнером. При соблюдении этого условия способность доходить до экстаза у Sepia гораздо выше, чем у большинства других типов.
Независимость Sepia, как в сексе, так и во всем остальном, нередко оказывается растоптанной доминированием мужчины. Когда это происходит, Sepia превращается либо в злобную мегеру, либо в апатичную клячу.
Мегера
Когда моя соседка собиралась наслать на меня проклятие, она действовала как разъяренная фурия. Будучи обиженной, особенно мужчиной, Sepia становится очень злобной, а когда ее унижают регулярно, гнев становится хроническим, превращаясь в постоянную злобную раздражительность. Очень не¬большой процент девочек Sepia вырастают полностью эмоционально здоровы¬ми. С самого начала они оказываются в невыгодном положении, так как их потребность в независимости, углубленных размышлениях часто не замечается их семьей, а следовательно, и не удовлетворяется и не получает должного развития либо считается, что такие наклонности у девочки вредны и подлежат активному искоренению. Если девочке Sepia в детстве разрешат быть собой, у нее воспитывается достаточная уверенность в себе, позволяющая во взрослой жизни избежать обид и подавления со стороны других. Став взрослой женщиной, она может отстоять собственные интересы, обычно включающие артистические или метафизические наклонности (или и то и другое одновременно). Однако чаще всего бывает иначе — отец требует от нее безусловного уважения, даже если он совершенно его не заслуживает, и ведет себя просто глупо, а девочка реагирует сначала тихим сопротивлением, а затем, когда отец пытается грубо «подавить бунт», и более бурным протестом. О подростках Sepia часто говорят как об агрессивных и вспыльчивых. Считается, что для них характерна не только энергичность и развитость, что вполне справедливо, но
еще и якобы присущая им неуравновешенность и злобная раздражительность. Однако на самом деле подростки Sepia становятся раздражительными лишь когда сталкиваются с непониманием и не могут быть самими собой - независимыми и обладающими тонким умом. Если подростки других типов, таких, как Natrum muriaticum или Lycopodium, могут подчиняться родительскому диктату и становиться послушными, зависимыми и покорными, подростки Sepia могут сопротивляться достаточно долго, атакуя родителей взрывами ярости или истериками, совершенно ошеломляя их и вызывая недоумение -ведь они действовали из самых лучших побуждений. Постепенно, по мере того как давление обстоятельств начинает угрожать ее ощущению самоидентификации, ум и тело Sepia становятся постоянным полем битвы. Она постоян¬но занята выяснением - кто она такая, что правильно, а что нет и почему она настолько чувствительна и все время раздражается. С этого времени Sepia становится чрезмерно чувствительной к любой критике и любому противодействию (Кент: «Гнев от противоречия», «Легко обижается»), особенно со стороны мужчин, которых она привыкла считать постоянным источником страха и обид, поскольку они слишком часто пытались приручить ее. Напряжение, создаваемое постоянными битвами между независимой, чувствительной натурой Sepia и бесчувственным обществом, пытающимся сделать ее более податливой и мягкой, подчас достигает такой степени, что заставляет ее кричать (Кент: «Кажется, что сейчас закричит») или бить посуду. (Когда Sepia приходится прибегать к таким способам, она снимает за счет них внутреннее напряжение и в результате восстанавливает психическое равновесие.)
Часто говорят о том, что Sepia не хватает женственности, ссылаясь на ее отвращение к мужчинам, равнодушие к детям и агрессивность. Все это действительно может иметь место, однако все эти явления возникают у Sepia не столько из-за отсутствия женственности, сколько от потери независимости. Sepia обладает большим запасом женственности, но эта женственность особого свойства: она основана на интуиции, чуткости к своему телу и тонком восприятии жизни. Sepia олицетворяет один из полюсов женственности, тогда как Pulsatilla олицетворяет противоположный, исполненный пассивности и заботы. Только когда Sepia под давлением особенностей воспитния и окружения начинает терять свою разновидность женственности, она становится агрессивной и в конце концов начинает ненавидеть мужчин (Кент: «Отвращение к представителям противоположного пола»).
Подобно всем преимущественно женским типам Sepia предрасположена к перепадам настроения на фоне гормональных перестроек. Практикуя глубинную психотерапию, я обнаружил, что подобные гормонально зависимые эмоциональные нарушения всегда являются следствием подавления гнева или тос-ки в детском возрасте, а также во взрослой жизни и проходят по мере того, как пациентка вновь осознает подавленные эмоции в их исходном контексте (например, гнев по отношению к отцу, а не проекция этого гнева на ее мужа) и переживет их снова в полном объеме. Иногда у пациенток Sepia обнаруживаются значительные отклонения в уровне гормонов, но даже и тогда эти нарушения исходно связаны с подавленными эмоциями, и по мере осознания этих эмоций гормональные нарушения могут нормализоваться (см. Артур Янов, «The New Primal Scream» - «Еще раз первый крик»; в этой книге приведены убедительные доказательства нормализации физиологических показателей после осознания и повторного переживания подавленных эмоций). Чаще же всего пациентки Sepia имеют нормальный уровень гормонов, однако быстрое изменение гормонального фона перед менструацией, после родов и во время климакса делают их более эмоционально нестабильными, так как эти перестройки ослабляют нормальные механизмы подавления, с помощью которых все люди вытесняют из сознания отрицательные эмоции. Женщина Sepia особенно склонна в эти периоды к гневу и раздражительности, поскольку в это время в ней поднимается гнев на тех, кто ограничивает ее независимость. По контрасту с ней пациентка Natrum muriaticum в аналогичные периоды склонна к депрессии, поскольку в это время в ней поднимается тоска по любви и ощущение покинутости, а жажда любви у Natrum muriaticum гораздо более выражена, нежели стремление к независимости.
Когда у женщины Sepia возникают эмоциональные срывы, они могут проявляться как гневом, так и слезами (Кент: «Плач— непроизвольный», «Настроение— слезливое»), и в большинстве случаев она плачет очень легко, за исключением эмоционально совершенно истощенных пациенток, у которых преобладает апатия и отупение чувств. Слезы Sepia чаще вызываются озлобленностью и эмоциональным напряжением, а не печалью. Любая мелочь может заставить заплакать пациентку Sepia, находящуюся в состоянии напряжения перед менструацией или постоянного напряжения, вызванного ненормальными для нее условиями жизни. Именно те Sepia, которые отдали свою независимость, будут больше всего страдать от гормонально обусловленных перепадов настрое¬ния, поскольку им более всего приходится подавлять свой гнев.
К гневу или слезам в предменструальный период склонны многие типы, включая Natrum muriaticum, Sepia, Lachesis и Alumina. Когда слезы очевидно подавляются, самым вероятным средством будет Natrum muriaticum. Однако когда они текут свободно, а вспышки ярости внезапны и интенсивны, следует подумать о Sepia или Lachesis, которых довольно легко отличить по зябкости первого типа и теплокровности второго. Тем не менее существует немало промежуточных случаев, у которых будет поровну слез и раздражительности,
а иногда и взрывов ярости, и тогда дифференциальный диагноз между всеми этими лекарствами может быть затруднен и потребует учета всех прочих сим¬птомов и характеристик. Sepia часто бывает показана, когда пациентка жалу¬ется на то, что «становится совершенно другим человеком» за неделю или больше перед менструацией, когда она превращается в сущего дьявола, раз¬дражается на всех и каждого, взрывается по любому пустяку и швыряется тарелками. Все эти проблемы связаны с подавленным гневом, и они чаще всего излечиваются или значительно облегчаются назначением Sepia в высокой потенции. (Скорее всего лекарство устраняет напряжение в нервной системе, вызванное подавленным гневом, и уменьшает «утечку» эмоций из подсознания в сознание, обусловленную гормональным перепадом.)
Любой конституциональный тип может обладать чувством горького разочарования, однако особенно характерно оно лишь для некоторых, в частности для Arsenicum album, Sepia, Natrum muriaticum и Nux vomica. В целом Sepia менее предрасположена к горечи, чем Natrum muriaticum, поскольку она ме¬нее склонна к подавлению, в частности, гнева. Вспышки ярости облегчают напряжение. Гораздо чаще у Sepia может периодически возникать чувство негодования, которое будет длиться относительно недолго, если оно выражается внешне и если тот человек, который вызвал эти чувства, принес ей свои извинения. В подавляющем большинстве случаев этим человеком является ее муж (или любовник), который начал относиться к ней как к чему-то привычному, что, мол, «никуда не денется». Подобное отношение резко усиливает внутреннее напряжение, возникающее у Sepia всегда, когда она изменяет своей истинной природе. В отличие от Sepia женщина Natrum muriaticum может проглатывать негодование довольно долго из страха лишиться любви партнера, и когда она в конце концов все же взрывается, она может кипеть негодованием долгие месяцы, и при этом никакие извинения уже не помогут.
Поскольку Sepia склонна восставать против доминирования мужчин, можно легко предположить наличие большого числа представительниц это¬го типа в рядах феминисток. Это действительно так, хотя представительниц Natrum muriaticum среди феминисток все же больше, поскольку этот тип вообще гораздо больше распространен. Как и у феминисток Natrum muriaticum, у их сестер Sepia обычно очень острый интеллект, которым они хлещут по защитникам патриархальных устоев. Однако, во всяком случае, феминистки Sepia отличаются меньшей страстностью в демонстрации своих убеждений по сравнению с феминистками Natrum muriaticum, которыми обычно руководит ненависть (в реперториуме Кента Natrum muriaticum сто¬ит в рубрике «Ненависть» во второй степени, a Sepia там вообще нет). Подобно Дженни, героине новеллы «The world according to Garp», феминистки Sepia фокусируются на очищении общества от искажений однополого доминирования, тогда как феминистки Natrum muriaticum, как правило, озабочены только местью. (Однако следует сказать, что есть и немалое число феминисток Natrum muriaticum, которые исповедуют свои убеждения относительно спокойно и без ажитации.)