[показать]Экспресс “Золотой Единорог” уверенно набирал ход, вырвавшись на простор за город и скользя по рельсам среди полей и лугов. Изредка за окном проносились небольшие березовые рощицы с уже успевшей пожелтеть листвой. Колеса ритмично постукивали на стыках и чем дальше, тем все чаще.
Ребята расположились в купе, найдя одно полностью свободное. По случайному стечению обстоятельств, оно оказалось именно тем самым, в котором они ровно год назад впервые ехали в Хилкровс на распределение и где познакомились, причудливо сведенные судьбой. Но она оказалась мудрой в своих причудах. И вроде бы случайное знакомство в кратчайшие сроки переросло в дружбу, которая, не смотря на ее малый срок, успела выдержать нелегкие испытания на прочность. А вот сейчас эта дружба рушилась прямо на глазах, рассыпаясь песком сквозь пальцы. В крайнем случае, именно так думал Баретто.
- Каджи, микстурку от падучей не подогнать? – в приоткрытую дверь купе просунулась маленькая, но ехидно-злорадная рожица Ривера Дипа. – У меня есть немного. А то говорят, что ты на Привокзальной площади…
Гоша отвернулся в сторону окна, вовсе не желая общаться с мелкой шавкой Гордия. А уж тем более не собирался с ним препираться. Слишком много чести для дворняжки, самостоятельно ничего не умеющей, кроме как трусливо подбрехивать в присутствии хозяина.
- Себе оставь, пригодится, - зато Роб спокойно поднялся, положил свою пятерню на лицо не успевшего закончить фразу фалстримца и, не особо напрягаясь, вытолкнул его за дверь.
Легкого движения руки Баретто вполне хватило, чтобы Ривер пролетел пару метров в свободном полете и, приземлившись на мягкое место, еще столько же проскользил вдаль по коридору. Выражение лица у Дипа стремительно сменилось с радостно-ехидного на обиженно-непонимающее. Чпок, внимательно наблюдавший за развитием событий, отлепился от стенки вагона, где стоял в своей излюбленной пренебрежительно-повелительной позе, скрестив ноги и переплетя руки на груди. Он попробовал было самолично ринуться на разборки, но Роб невозмутимо, даже не сменив выражения лица, захлопнул дверь купе прямо у него перед носом. А затем парнишка повернул защелку, чтобы больше никто не посмел ворваться и помешать им. То, о чем Баретто собирался поговорить с друзьями, предназначалось только им, а вовсе не посторонним ушам.
- У меня есть один вопрос для всех, а то что-то сомнения обуревают, - парнишка опять уселся рядом с Каджи и насупился, хмуро сдвинув густые брови. – Мы все еще друзья или уже каждый сам по себе?

- Да, да. Конечно, друзья, Роб! Что это за дурные мысли у тебя в голове бродят? Да как ты мог подумать только…, - вяло, вразнобой завозмущались остальные...