Монах с учеником переправлялись на другой берег реки. Они заплатили паромщику, и лодка уже немного отплыла от берега, когда на нее с разбегу прыгнул пьяный самурай. Он обвел взглядом сидящих пассажиров и, увидев монаха с учеником, закричал: "Не выношу запаха святош! Как Вы смеете отравлять воздух своим присутствием там, где находятся приличные люди!"

Он продолжал кричать и скандалить, требуя, чтобы ученик с монахом спрыгнули за борт и добрались до другого берега вплавь. В какой-то момент он до того распоясался, что ударил монаха ножнами меча по лицу.

Из рассеченной щеки монаха хлынула кровь. Он утер ее рукавом и спокойно сказал: "Прошу тебя успокойся. Если начнется драка, лодка перевернется, и мы все потонем".

Слова монаха подействовали на самурая отрезвляюще. Он что-то пробормотал в ответ и уселся на свое место.

Ученик же, напротив,  был взбешен. Едва ступив на землю, он обратился к монаху с таким вопросом: "Считаешь, ли  ты, что я должен был выбросить его,  как бешеную собаку, за борт, как только он замахнулся на тебя? Или же мне следовало подобно тебе усмирить свои чувства и оставаться безучастным?"

Монах  показал ему знаком, что говорить не время, и прижимая рукав к лицу, зашагал дальше.

Через некоторое время их обогнал самурай. Повернувшись, он упал перед монахом на колени и попросил посвящения в ученики.

Анализ:  Монах - человек, познавший свои чувства и овладевший ими. Думая о других людях, сидящих в лодке, он реагирует на оскорбления так, как будто его здесь нет.  Нет самости, нет своекорыстия, нет гордыни, нет идеи о том, что ты значишь  или кем-то являешься, - значит, нет страха, гнева, обиды за причиненную боль; нет осуждения или агрессии в адрес человека, который эту боль причинил.

• Зато есть внутреннее достоинство,  проявляющееся независимо от ситуации;

• Зато есть сила внутреннего убеждения и правоты в словах, способных призвать к порядку даже самого отъявленного хулигана;

• Зато есть красота в любом движении или поступке, способная очаровать  и увлечь за собой.