[показать]Название: "Из-за Эмми или Cauer and other troubles of my life"
Автор: Topsyatina
Персонажи: Том/Билл (основной)
Рейтинг: NC-17
Жанр: romance, AU, BDSM, Angst, Lemon, Hurt/comfort, POV Bill...
Категория: Slash
Размер: макси (очень большое макси)
Статус: в процессе
Краткое содержание: Билл, молодой человек, приехавший в Дрезден. Учится на психолога в колледже. У него есть друзья, но жизнь кажется пресной. Её разбавляет новое знакомство - некий Томас Кауэр. Как жить после знакомства с таким человеком? Что делать с желанием поцеловать парня? Как признаться себе в пагубной привязанности? Как хранить чужие тайны? А самое главное: как соблазнить натурала, когда уже принципы умерли под натиском душащих желаний?
Предупреждение: ненормативная лексика, откровенные описания постельных сцен, неадекватные реакции/мысли персонажей, смерть персонажа (второстепенного)...
Благодарность: хочу выразить гигантское СПАСИБО Norka K. (Noriko) и Nokia. Я благодарна вам за труд, за то, что вы верите в мою идею и ни разу не усомнились в ней. Спасибо за помощь, за поддержку и то время, что вы на меня тратите. p.s. люблю вас сильно ^___^
От автора: здесь столько всего... что передать в 2-х словах сложно... Максимально жизненная история, по вине которой многие сходят с ума...
Размещение: За копирование, публикацию на других ресурсах и прочей ерунды - на кол посажу, обоссу и сожгу!:diablo:

Глава сорок третья

* - Джордж Оруэлл
**- by me and Nokia

Я просыпался долго. Всё тело болело. Простонав, открыл глаза. Рядом сидел Том, и стоял доктор.
- Ну вот и всё. Показатели в норме, переломов нет. Зрачки реагируют стабильно. Каких-либо отклонений я не заметил. Пульс также в норме. Поправляйтесь, голубчик, - он улыбнулся и пошёл к двери, - я зайду через пару часов - проверю.
- Спасибо, - Том кивнул ему.
- У меня всё болит.
- Тебя побили. Забыл?
- Нет.
- Тебе губу зашили. Будешь много болтать, попрошу, чтобы и весь рот заштопали в придачу.
- Злой человек!
- Ты скажи мне, какие вещи для тебя из портфеля были дороги, что ты, истекая кровью, в полумёртвом состоянии думал лишь о них? Может о триммере? Он будоражил моё воображение всю ночь, знаешь ли, - ведёт бровями.
- Извращенец. Нет, за книги. Они не мои.
- Ясно. Я прочитал тут кое-что...
- Ушам не верю. Ты читать умеешь?
Кауэр так хмуро посмотрел на меня, что стало жаль его.
- Прости.
- Я уже и забыл, как ты умеешь издеваться.
- Что хоть читал?
- «Скотный двор»*. Ты считаешь меня такой же свиньёй, как там?
- Однако для неуча ты быстро прочёл, - я засмеялся, и тут же стало больно. Будто мне 1000 иголок всадили в губу.
- Ох, недоразумение ходячее. Лучше вообще не говори.
- Я, кстати, так и не успел дочитать эту сказку.
- А это сказка? – удивляется. – Мне не показалось.
- Зато, насколько я понял, она многому учит.
- О, да.
Мы помолчали. Том смотрел на меня. Подумалось, что я сейчас страшнее некуда. Весь какой-то побитый, как нищеброд, словно собака выброшенная. Представляю, какие синяки под глазами, бледная кожа, вся в ссадинах и ушибах.
- Я сейчас некрасивый, да?
- Почему ты так думаешь?
- Ну, мне достаточно одного взгляда на руки...
Завибрировал мой мобильный, который лежит на столике.
- Я отвечу, - Том встал и ушёл в другой конец палаты, взял прибор. – Это Джозеф. Ответить?
- О Боже, - отворачиваюсь.
- Да, - экстремал вновь сделал всё по-своему. – Нет, Билл сейчас не может говорить. Да, это правда, он в больнице. Всё в порядке, скоро поправится. Я его друг. Не за что.
Смотрит на меня.
- Я не сказал, что твой бывший любовник. Дэвид будет доволен?
- Какая милость, - закатываю глаза. – Джо не знает, что мы спим друг с другом.
- А вы только спите?
- Что ты хочешь услышать?
- Мало ли, вдруг с марта что-то поменялось.
- Поменялось, - смотрю в упор. – Но тебя это не касается.
- Правда? – садится рядом на стул и подпирает подбородок рукой. – Не хочешь поговорить об этом?
- Ху★вый из тебя психолог. Не располагаешь.
- И всё же?
- Теперь, - сглатываю, смотря на парня спокойно, - я ничего не знаю. Я люблю его, Том.
Сразу меняется в лице.
- Не можешь.
- Могу, - ухмыляюсь, затем грустно улыбаясь. – Вот так, любимый, ты немного опоздал.
- Не верю тебе.
- Твоё право.
Мы долго молчали. Кауэр ходил по палате туда-сюда, потом посидел, затем вновь подорвался и начал отмерять квадратные метры помещения. Эту молчаливую войну прервал вновь мой мобильный. Он взял прибор и гадко улыбнулся.
- Вот и момент истины.
- Не смей, Кауэр! – я протянул руку, но эта гнида уже ответил.
- Да, - сладко запел и поставил на громкую связь.
- Э-э-э, я не туда попал?
- Вам нужен Билл? – улыбается мне во весь рот.
- Да.
- Дэвид, положи трубку! Я перезвоню.
- Отчего же... поговорите, - Том подходит и показывает телефон, где стоит фотография мужчины на его контакте.
- Отдай!
- Разговаривайте, я вам мешать не буду.
- Дэвид, Дэвид, прости...
- Билл, я получил сообщение от Джо, как только приземлился. Что с тобой?
- Ничего страшного. Просто пешком пошёл до дома. Всё со мной нормально.
- Точно?
- Да, не вздумай даже о том, чтобы вернуться. Делай свои дела, со мной всё в порядке. Пара синяков, ушибы...
- Губу зашивали, - вставляет Том.
Зло кошусь на него.
- Как ты долетел?
- Прекрасно. С тобой точно всё хорошо будет? Я приеду, ты только скажи...
- Нет, - резко и с нотками отчаяния, - нет, не сейчас, потом. Я... я сам приеду к тебе, ладно? У меня же экзамены. Сейчас отойду, подлечу раны...
- Звони мне.
- Обязательно. Как только... – певуче отвечает фотограф.
- Заткни пасть!
- А кто там? – спрашивает Йост.
- О, нам стоит познакомиться, - Том встаёт и отходит от меня.
- Попробуй только, сволочь! Я не прощу тебя. Никогда. Слышишь?
- Билли, ну это даже некультурно.
- Так кто вы?
- Я конкурент, - серьёзно отвечает. – Тот, из-за кого он обманывает вас.
- О, - Дэвид запнулся. – Что ж, рано или поздно, но судьба бы нас свела.
- Да, полагаю, что так. Меня зовут...
- Нет, не говори. Билл мне не сказал твоего имени, значит, и сейчас знать не нужно.
- Как трогательно, - садится на столик. – Я впечатлён. Он хранит свою самую страшную тайну.
- Уймись, идиот. Дэвид, положи трубку! Прошу тебя, положи!
- Билл, мы взрослые люди, - начал Кауэр, смотря на меня лукаво. – Ты же сам заварил эту кашу. Я хочу знать, с кем имею дело.
- Ублюдок, не порть то, что мне дорого!
- Билли, после его слов ничего не изменится, - заверяет меня Дэвид.
Я начинаю плакать.
- Не делай мне больно, - прошу. – Ты обещал, чёрт возьми. Это моя личная жизнь!
Том подлетает ко мне и берёт за руку. Шиплю. Там тоже болит – синяк.
- Ты любишь меня, Мецгер? – шепчет прямо на ухо. – Ну, говори, любишь?
- Отпусти меня, изверг!
- Говори, Билл. Любишь или нет?
Всхлипываю, отворачиваясь.
- Билли, - нежно произносит, проходясь языком по ушной раковине, - скажи мне, милый, любишь ли ты меня по-прежнему? Стоит мне надеяться на наше будущее или нет? Ждать тебя в нашем доме? Вспоминать жаркие ночи, наш страстный секс и ласки до утра? Кофейные поцелуи, смех, когда стояли у плиты и готовили завтрак? Наши дни рождения? Помнишь ужин? И какая ночь шла за ним... Это было божественно, не так ли? – вновь всхлипываю. – А та ночь, в грозу? Ты был таким трепетным, ты просил меня...
- Замолчи!
- Любишь ли ты меня?
Я сжал губы, отвернувшись. Из глаз так и струились слёзы. Сволочь! Садист!
- Любишь? - поворачивает моё лицо к себе и смотрит. – Скажи. Любишь? ЛЮБИШЬ?
- Да! Да, люблю! Доволен, гнида? Паскуда, как же я порой тебя ненавижу!
- Но любишь ведь, - чмокает меня в зашитую губу. – Итак, Дэвид, - уходит к столику, сев на него, - на чём мы с вами остановились?
- Ну и что ты доказал мне, мальчишка? Это глупо. Ты старше Билла на несколько лет, а в умственных способностях уступаешь. Не важно, что он любит тебя. Я видел всё в его глазах. Видел в той глубине тот кайф, когда входил в него. Думаешь, ты один такой?
- Прекратите! – шепчу.
Что же они делают? Том бледнеет. Сглатывает, удобнее перехватывая телефон.
- Я могу похвастаться тем, как мы с ним занимались любовью, да, а не сексом. Как это было сладко, как восхитительно! – смакует слова на языке. - Ты не представляешь, как приятно управлять им, когда в его сахарном ротике находится твой член, как он упоённо сосёт его, смотря на тебя так доверчиво. Боже, а когда он отдаётся... Его лицо искажает судорога экстаза, а при оргазме наступает агония. И я держу его в своих руках, продолжая двигаться, слыша стоны и мольбы. Но сам процесс не может ни с чем сравниться. Непередаваемое ощущение, когда его тело принимает тебя, отголосками бьёт в виски дробь нирваны тех ощущений, что чувствует твой орган в эти моменты. Его стоны такие возбуждающие, что не знаешь, двигаться тебе быстро или медленно, когда он раньше кончит, чтобы посмотреть на блаженное лицо...
- Хватит, - тут уже Том не выдерживает. – Я не хочу этого слышать.
- Почему же? Я выслушал твою унизительную тираду полностью. Ты не мужчина? Не можешь противостоять мне?
- Могу, почему бы и нет.
- Перестаньте! Я не хочу быть вашим подопытным кроликом.
- Это уже принцип, - отвечает Кауэр, улыбнувшись. – Просто лови удовольствие, тебя же хвалят.
Я вытер слёзы и отвернулся.
- У нас с Биллом было больше времени друг на друга.
- И что? Это погоды не делает. Я больше ему предложу.
- За мной перспектива и молодость.
- А вот со вторым не поспоришь. Скажи мне, разве ты любишь его? Ну зачем тебе этот парень? Неужели других нет?
- Могу задать встречный вопрос.
- Мы не на рынке. Я не торгуюсь.
- М-м-м, было бы любопытно.
- Что, тебе нужны деньги? Хорошо, я готов тебе дать любую сумму взамен на то, что ты прекратишь издеваться над ним.
- Я не издеваюсь.
- Это тебе так кажется, юноша. Ну что, мы заключим сделку?
- Я не рабыня, которую можно купить! – ору во весь голос.
Через несколько секунд в палату вбегает медсестра. Я весь трясусь, плачу, губы подрагивают. Начинается истерика.
- Уйдите, - говорит Тому, собираясь вколоть мне снотворное.
- Но я же...
- Мне вызвать охрану? Больному плохо.
- Что с ним? – спрашивает Дэвид взволнованно.
Но ни голоса Кауэра, ни Йоста уже не слышу – женщина вытолкала парня за дверь. Я начал залипать. А потом и вовсе уснул.
За окном было темно, когда я проснулся.
- Прости меня, пожалуйста, - Том гладил мою руку. – Я не знаю, что это был за порыв.
Он вложил в мою ладонь телефон.
- Дэвид прислал сообщение. Я его не читал.
Экстремал молил меня о прощении глазами, смотря, как дворняга.
«Верю, что любишь. Я это вижу. Извини меня за тот ужасный разговор. Он раззадорил меня. Люблю тебя сильно-сильно, уже скучаю. Пожалуйста, поправляйся. И позвони мне, когда его в палате не будет»
Я улыбнулся. Всего в нескольких строчках бочка искренности и неприкрытого раскаяния. Я даже не могу на него сердиться.
«Обязательно. Но пока он тут»
- Уйди, а? – поворачиваюсь на бок. На тумбе, рядом со мной, лежат украшения. Надеваю жетон и браслет на руку. Кладу хэнди.
- Ты не хочешь меня видеть?
- Не хочу.
- Почему? Из-за разговора с Дэвидом, да?
- Нет, Том, - поворачиваюсь и смотрю на него. – Ты вновь наступил на те же грабли, что и всегда. Ты надавил на больное, приласкав своё эго, не подумав обо мне. Я хочу, чтобы мне говорили слова любви. «Билли, я люблю тебя» - разве это, мать твою, сложно? Нет, Кауэр, это проще простого. Сказать... и всё – человек тебе поверит. А ты это говоришь лишь дочери. Я не уверен, слышала ли сестра хоть раз эту фразу от тебя. Вот что меня бесит, Том. Хрен с вами, мужики напыщенные, померились рогами. Все остались довольны. Но ты... – я сузил глаза. – Ты обещал мне, что подумаешь и решишь. В итоге – нихера ничего ты не сделал. Я вижу, как ты боишься.
- А он весь такой положительный?
- Нет. Он много работает и не уделяет мне того времени, что я хотел бы. У него есть сын, который хочет жить с ним в Нью-Йорке, отказавшись от опеки матери, но Дэвид не может так с ней поступить. Я думаю, будет суд, потому что парень достоин жить с тем родителем, которого хочет видеть рядом больше, нежели другого. Он не идеален, Том, далеко. Вы разные. 2 грани одной монеты. Непохожие, но...
- Что «но»?
- Я люблю вас обоих.
- Кого больше?
Закусываю губу, а потом шикаю. Забыл, что нельзя так делать.
- Спасибо тебе за то, что не бросил меня, что я не остался там, на земле...
- Билл, - Том сел близко и прислонился лбом к моему виску, - ты вправе сердиться на меня, - шепчет, - ругать и материться, но никогда не сомневайся, малыш. Я знаю, что всё не просто, что слишком долго мучил тебя, играл на своих и твоих нервах. Страх... да, он есть, но это не тот, про который ты думаешь. Возможно, я не герой, как он, но предложить могу тебе не меньше. Весь мир посмотреть со мной – этого разве мало? Или уютная квартира... она может стать целым миром. Просто знай, что если вместо него буду я – то ты не останешься в ущербе, ок?
Я улыбнулся. Порой он становится тем Томом, которого я полюбил. Кауэр приподнимается и смотрит на меня, поглаживая руку. Сейчас такой родной.
- Поцелуй меня, пожалуйста.
Он склоняется и накрывает мои губы. Они слегка пощипывают, но сильной боли я не чувствую. Гладит по голове, раскрыв языком рот. Постанываю. Мой Том... он снова со мной, вновь целует меня. Осторожно, чтобы швы не разошлись, нежно, ласково. Наши языки встречаются. Меня будто бьёт током. Тут же трусь об него, позволив главенствовать. Обнимаю, притянув ближе. Захлёбываюсь счастьем, наслаждаюсь, как Том чмокает каждую мою губу, потом вновь ласкает язык, робко и медленно, затем срывается, втягивая нижнюю губу, которая не повреждена; с замиранием сердца мы ублажаем друг друга, остро чувствуя, кто что хочет. Этот дурман продолжался так недолго. Он отстранился от меня.
- Нет, подожди, обними меня опять.
Тому пришлось полулечь. Он гладил меня по волосам и руке, говоря, что я самый-самый хороший, самый-самый добрый и красивый, достойный только лучшего.
- С тобой ху★во, а без тебя ху★вее, чем с тобой, - хохотнув, улыбается.
- То-о-ом, - глажу по щеке. – Заткнись, не заставляй меня краснеть.
Мы посмотрели друг на друга, как будто ничего не было все эти долгие месяцы, будто мы снова вместе, просто... кто-то куда-то надолго уехал и вот вновь мы встретились, посмотрев друг на друга иными глазами.
- Я скучал. Я так скучал...
- И я, - обнимает меня снова. – Ни с кем не мог найти успокоения. Я зря тогда прогнал тебя. Я жалею.
- Правда?
- Да, очень. Мне надо было тебя остановить, надо было как-то иначе поговорить, обсудить с тобой свои проблемы, свои мысли. Но я решил сделать по-своему. Прости меня... – утыкается мне в плечо. – Пожалуйста, прости. Никого до тебя не умолял... а тебя умоляю в сотый раз простить меня. Я лопух... Сделал столько ошибок в этой грёбаной жизни, что самому тошно от себя. И ведь не учусь на них.
- Том, мы все такие... не лучше и не хуже. Все делаем так, как хотим, а потом жалеем, не в силах повернуть время вспять. Ты человек, а не супермен.
- А было бы прикольно, - оживляется.
Даю ему подзатыльник.
- И всё же... тебе когда-нибудь придётся выбрать между нами, Билл.
Я сразу мрачнею.
- Не готов пока я к такому. Ножом по сердцу. Ты пойми, что я, может быть, и рад определиться, но сейчас слишком всё как-то коряво. Дэвид стал для меня второй опорой. Я не могу вот так вот позвонить ему и сказать: «Знаешь, я тут решил быть с этим хамом. Да-да, ты не ослышался». Ему нужна моя поддержка. Если он решит судиться и бороться за сына, то я должен быть рядом. Понимаешь, Том?
Он ничего не ответил, опустив голову.
- О-о-о, кто тут у нас?
Мы обернулись. В дверях палаты стоял Питер с букетом цветов и пакетом. Он жестами показал, чтобы мы отдалились друг от друга. И не зря – сзади шла Эмма, держа за руку Эмили. Кауэр сел прямо, убрав руки от меня. Это немного задело. Он встал, обняв дочь, уступив место сестре.
- Я выйду, покурю, - говорит тихо, а потом уходит.
- Дядя Билли! – девочка запрыгивает на стул, а потом обнимает меня. – Как ты себя чувствуешь?
- Бывало и лучше.
Ребята кладут букет и пакет на стол.
- Мы тебе фруктов принесли.
- Здорово. Эмми, как у тебя дела?
- Хорошо, через неделю заканчиваю садик.
- Пригласишь на свой первый выпускной?
- Если хочешь, - улыбается, а потом целует в щеку, - приходи. Билли, почему ты не навещаешь нас? Почему мы не гуляем вместе?
Я смотрел на ребёнка и не знал, что ответить. Мы с Томом втянули в своё дерьмо его дочь, которая не должна страдать из-за того, что её родитель - такой дебил, а его партнёр - полное говно.
- Милая, обещаю, всё сделаю, когда выпишусь.
- Ура! А я думала, ты забыл обо мне, - надувает щёки.
- Как ты могла такое подумать? Нет, конечно! Эмми, ты что? Я мог забыть о тебе?! – с показным удивлением спрашиваю.
Она обняла меня. Эмили села на стул, а Пит встал рядом.
- Как ты? Больно? – девушка посмотрела на моё лицо и руки. – Кажется, что тебя стадо кабанов затоптало.
Недовольно морщусь.
- Нормально. Я думаю, скоро всё пройдёт.
- Губа вот не скоро. Смотри, какой шов, - Питер обеспокоенно рассуждает. – Хорошо, что ничего не сломали.
Мы помолчали. Эмили пошла чистить мне апельсин, а Цирмана я послал за кофе.
- Я тебя люблю, - шепчет малышка, крепче обнимая. – Папочка скажет добрым дядям, и они найдут тех плохих хулиганов. А потом сядут в тюрьму за то, что сделали с тобой, правда?
- Конечно. Добро всегда побеждает зло.
- Ты только выздоравливай.
- Что, я так плохо выгляжу? – ухмыляюсь.
- Да, - закусывает губу, смотря на меня. – Ты красивый, но сегодня не такой, как всегда.
- Понятно, - глажу её по голове.
- Дядя Билли, - она спрыгнула с моей койки и взяла свой портфельчик, - я тебе сюрприз сделала.
- Обожаю сюрпризы.
Тут в палату входит Том. Он задумчив. Улыбнувшись дочери, подходит к столику, садится и трёт подбородок.
- Вот, - она достаёт папку и идёт ко мне, - половина тебе, но если хочешь, можешь взять один.
- Хочу все!
- Может, не понравятся, ты же не знаешь, – улыбается и наивно сжимает губы. Они растягиваются в полоску, и с левой стороны появляется ямочка.
- Ты думаешь?
Садится на койку и протягивает папку. Первые действительно были нарисованы для меня... Как мы с Эммой гуляем, как играем, как кубики собираем. Потом пошли рисунки с Томом. То он с ней играет, то они бегают в парке.
- А там уже старые, - говорит, будто извиняется.
Море, солнце, песок, Том, его команда. Понятно, из Индонезии. Я улыбнулся, видя, что все они нарисованы с радужным настроением. Нет печали, разочарования, боли... В числе последних я случайно увидел странный рисунок. Том стоит с какой-то девушкой в обнимку, рядом с ними находится большой костёр и много людей.
- А этот откуда?
- Когда мы отдыхали. Папочке понравилась эта тётя, - она грустно потупляет глаза, - вот...
Смотрю на парня. Он не понимает, о чём речь.
- Милая, что-то не так? – спрашиваю её, поглаживая по руке.
- Я плакала тогда.
- Почему? – мне стало резко обидно за неё.
- Он забыл о маме, - поджав губы, девочка зло посмотрела на него.
Сволочь! Гулял бы, трахался, но не при ребёнке.
- Не думай о грустном, дорогая, хорошо? – глажу её по щеке. – Ты у меня такая хорошая. Помнишь, что я тебе обещал? Мы с тобой сходим, куда скажешь, а можем даже и съездить. Так что, не вешай носик, договорились?
- Ага, - кивает.
В палату входит Эмили.
- Эмми, дорогая, не хочешь газировки? Там такой большой автомат стоит...
Малышка улыбается и убегает. После того, как дверь за ними закрылась, Том не отводит от меня взгляда.
- Ну и зачем ты их отослал?
- Мне надо кое-что уточнить.
Подходит и садится на стул рядом. Он серьёзен. Берёт мою руку и гладит браслет, который купил Дэвид.
- Мы поменялись ролями, да? - смотрит пронзительно, редко моргая.
- В каком смысле?
- Теперь я должен ждать?
Не знаю, что ответить на такой вопрос. Парень продолжает проходиться пальцами по браслету, а потом подцепляет его и тянет.
- Что бы он ни купил тебе, что бы ни говорил – это всё не то... Билл, знай: если ты решишь быть со мной, то персонально будешь принадлежать только мне. Я не позволю никому даже трогать тебя. Свободная любовь – это не ко мне. У нас уже был подобный разговор... я верен, если с кем-то встречаюсь, то не изменяю. От партнёра прошу того же.
- Почему ты сомневаешься? – я даже не понял, к чему он вообще начал этот разговор.
- Билл, - нащупывает жетон на груди и тянет слегка на себя, - ты должен принять решение, и если чаша весов всё же будет склоняться в мою сторону, то я, - шепчет на ухо, - изничтожу того, кто касался тебя. Не дай Бог узнаю, что ты мне изменяешь...
- Мы не в отношениях, - сглатываю.
- Учти, - садится ровно. – Я больше не хочу совершать своих ошибок. Поэтому будет всё по-честному...
- Я не понимаю тебя, - растерянно произношу.
- Есть несколько нюансов. Я расскажу тебе всё, если ты решишь быть со мной. Всё – ничего не скрою, отвечу на любой вопрос, опровергну или подтвержу любое твоё опасение. Итак... – юноша выдохнул, а потом облокотился на спинку стула, - ты вернёшься ко мне?
Я не могу... только вчера признался Дэвиду, что люблю его и вот так подставить, подвести? Ведь он дорог мне!
- Поцелуй меня.
Вновь ощущаю на губах его тепло, его нежность. Неторопливые движения будоражат воображение. Я погружаюсь в воспоминания, где есть только эти губы, только наслаждение от них и тёплых рук, что ласкают меня. Как всё это я люблю, как ценю и не хочу терять.
- Ты не сказал «немедленно», - улыбается, отстранившись, - как в тот раз...
- Потому что в этот раз я говорю тебе «нет».
- Что? – он не ожидал.
- Я не могу, Том. Прости, но не могу. Я не должен оставлять Дэвида.
- Ты... Билли, как ты вообще...
- Я нужен ему больше, чем тебе.
- Откуда ты знаешь?
- Я чувствую. Кауэр, мне льстит твоё предложение, но я не уверен в тебе, Том. Дай слово, обещай мне, что не оставишь, что не бросишь! Ты будешь со мной и только, что я всё-таки часть твоей жизни... Я член твоей семьи, Томми? Я любимый и желанный? Ты готов пообещать мне будущее... хорошее, светлое будущее, где мы будем вместе?
- Нет.
- Я знаю, что не можешь. А он может... Я нужен ему, я должен поддержать Дэвида.
- Но ты любишь меня!
- Бл★ть, - злюсь, - не будь эгоистом! Почему ты думаешь только о себе?! Я не могу жить с человеком, который не может мне подставить своё плечо в качестве опоры! Я НЕ ХОЧУ тратить годы на человека, который даже не знает, ЛЮБИТ ЛИ ОН МЕНЯ!
- Подонок!
- Пошёл вон!!! Видеть тебя не хочу, чудовище...
Бросив надменный взгляд, экстремал взял букет цветов и бросил его в помойное ведро, а после, когда вышел, шибанул дверью со всей силы.
Неужели это конец?..
В больнице я пролежал 4 дня. Сказал всем, что никого не хочу видеть. Все эти дни я думал... правильно ли сделал? Наверное, да. Выйдя оттуда и вернувшись домой, принялся усиленно готовиться к экзаменам. Эмили сказала, что Том психанул, взял дочь, и они куда-то улетели отдыхать. Говнюк! Неженка, блин... Стоило сказать поперёк, как он истерики закатывает. Мне надоело вот так вот жить. Я хочу нормально и счастливо. А не сидеть полгода, а потом «здравствуйте»...
Первый экзамен был сдан без сложностей. Бри выглядел как обычно, даже немного счастливее. Я пригласил друзей в кафе, где они мне рассказали, что делали всё это время, пока мы не общались. Оба заверяли, что большую часть готовились, но хитрые улыбки подтверждали, что в распорядок их дня входила не только зубрёжка. Ник извинился и убежал, сказав, что ему надо в медцентр. Он с недавних пор хочет, наконец, устроиться на нормальную работу.
- Ну, рассказывай, - поднажал я на старосту.
- Что? – он так театрально удивился, что я прыснул - кофе забрызгал весь стол.
Мы начали активно его вытирать.
- Говори, что у вас там?
- Билл...
- Ох, Бри, ну скажи хоть, каков Ник в постели?
Парень смутился. Он опустил глаза и закусил губу.
- Как тигр, - улыбается. – Страстный...
- М-м-м, как мило, - хихикаю. – И что вы решили? Все проблемы обсудили?
- Мы много разговаривали, Ники больше молчал, а потом как-то раз сидели и готовились к экзамену, он просто потянулся и поцеловал меня. У нас была классная ночь, наутро он не сбежал, а проснулся вместе со мной. С этого всё и началось.
- У вас нет никаких договорённостей?
- Нет. Просто порой мы спим вместе.
- Забавно, - тяну, отпивая кофе. – Я не думал, что подобные отношения тебя устраивают?
- Билл, он не гей. Я не могу запретить ему смотреть на баб и трахать только меня. Возможно, со временем Ник решит быть со мной, то тогда да, я уже буду качать права.
Я задумался... – а не многого ли я прошу от Тома? До нашей встречи он не был геем. Его таким сделал я... или он сам, не важно. Но когда мы не встречались, парень спал с девушками. Теперь я совсем потерялся в собственных мыслях.
Второй и третий экзамен стоили мне пары бессонных ночей, нескольких литров кофе и десятка калорийных пончиков на завтрак. Как я понял, у половины курса были похожие проблемы. Самое ужасное состояло в том, что меня отправили на пересдачу. Ни разу такого не было... и тут на тебе. Обескураженный, я стал готовиться к остальным предметам, иногда, конечно, почитывая материал для психогенетики. Дни летели очень быстро; время ускользало сквозь пальцы. Со своими экзаменами я многое стал упускать из виду. Только когда началась допсессия, я заметил, что мои друзья были довольны жизнью. Лето радовало солнечными днями, даря безмятежность, унося прочь хандру. Только моя душа оставалась в подвешенном состоянии. Иногда хотелось кричать и биться головой об стену или стол, сожрать справочник по психологии, посыпав его солью для придания хоть какого-нибудь вкуса. Том где-то пропадал. Никто не знал, куда этот идиот улетел.
Перед последним экзаменом Бри подбодрил меня, сказав, что я всё сдам. Он посоветовал вечером до сдачи заказать себе билеты на самолёт.
- Просто забронируй отель и оформи билеты. Тебе сразу станет легче. Думать будешь только о море.
Я запросил выписку из банка, чтобы узнать, сколько денег у меня лежит на зарплатной карте. Оказалось довольно-таки много. Я оттуда мало снимал. Когда же настало время выбирать место для отдыха, в моём мозгу промелькнуло лишь одно название: «Маврикий». Я просто сентиментальное чмо... Собираюсь лететь туда, в одиночестве, где чувствовал себя самым счастливым. Туда, где мечты сбывались... где ночью меня грело любимое тело. Но пальцы сами нажали на кнопку мыши, забронировав бунгало и билет на самолёт.
На следующий день я сидел перед преподавателем по психогенетике.
- Что, герр Мецгер, надеюсь, сегодня вы готовы лучше?
- Да.
Я нервно мял в руке листки, которые исписал за отведённое мне время на подготовку. Мне попался вопрос об анализе наследуемости нормальных психологических признаков. Этот метод представляет собой огромную область науки. За 15 минут рассказать обо всём просто невозможно. От нервяка я начал мямлить.
- Герр Мецгер, вы один из самых успешных студентов на курсе. Почему мой предмет оказался для вас ахиллесовой пятой?
- Не могу объяснить своё поведение. Я всё знаю, всё учил...
- Подождите, - профессор Мукер, наклонившись, взглянул на меня испытующим взглядом. – Как вы думаете, - он откинулся на спинку кресла, - почему я поставил вам 5 на первом экзамене?
- Не имею представления.
- Хорошо, почему я оценил знания Мартины Керри, вашей сокурсницы, всего на 4 балла? Она ведь, надо думать, так же всё знала, как и вы.
Я посмотрел на профессора внимательно.
- Или Льюиса Родманна?
- Я не знаю, герр Мукер.
- Вы, Билл, уже работаете в медицинском центре, который известен на всю страну. Ваша практика уже предрешена. По секрету скажу, что профессор Гофлер готов мне голову оторвать, если я поставлю вам 3 или 4. Но, - мужчина стал разбирать свой стол, найдя какой-то лист, - вы пропустили 34% моих занятий, в том числе и семинары. Я не думал, что вы побрезгуете моим предметом.
- Что вы... это не так. У меня были проблемы и обстоятельства вынуждали прогуливать. Я же всё наверстал.
- Но только в этом году. Молодой человек, я вижу, что вы знаете тему, разбираетесь в ней, но отвечаете не как отличник. Билл, я ставлю 3 и 4 тем людям, которые зубрят, для которых немецкий язык и психологический анализ одно и то же. Вы же подходите с душой к изучению предмета. Я восхитился вашим порывом ещё на первом курсе. Что же с вами случилось, Билл?
Я молчал. Том со мной случился...
- Итак, я поставлю вам единицу только в том случае, если вы ответите на все вопросы, которые я сейчас вам задам. Они будут касаться всего пройденного материала.
Мы сидели ещё минут 10. Я еле успевал за мужчиной, который засыпал меня вопросами. Но в итоге я справился.
- Что ж, Билл, я желаю вам, чтобы впредь обстоятельства не мешали учёбе.
- Спасибо, учту.
Выйдя из колледжа, пришло осознание, что до августа я свободен и не вернусь сюда. Позвонила мама и спросила, как пересдача. Моё настроение поднялось до максимальной отметки. Сразу жить захотелось... а уже через неделю я сидел в поезде Дрезден – Франкфурт-на-Майне. Кауэр вернулся, и теперь вместе с командой они занимаются видео, которые не попали в шоу. Хотят сделать пару программ со смешными моментами, а потом, как сказал Ник, махнуть в Чили. Я безумно хотел к нему, к Эмме. Обнять, поцеловать... сказать, что я дурак. Но гордыня не позволяла мне даже набрать его номер. Я достоин любви, заботы... Садясь в самолёт, тоска полностью поглощала меня. Я не хотел лететь без него... отдых покажется мне омерзительным. Том, что же ты делаешь со мной, почему не отпускаешь? Не хочу постоянно думать о тебе...
Перелёт дался мне относительно неплохо, правда, не было руки и голоса, которые бы успокоили. Я перерабатывал во рту конфеты, жуя их одну за другой. Порт-Луи, как и в предыдущий раз, встретил меня дождём. Я тоскливо смотрел из окон аэропорта на, казалось, просто огромные капли, падающие на землю. Зябко поёжившись, оглянулся: люди абсолютно разных национальностей смотрели на окна. У кого-то на лице проявлялась радость от предстоящего отдыха, у кого-то печаль, потому что надо было улетать. Моя душа пребывала в смятении. Как только вернусь в Дрезден, то пойду в костел, поставлю свечку и помолюсь. Мне надоело так жить. Когда дождь прекратился, я поспешил в порт, чтобы сесть на паром до острова, где находился мой отель. Солнце уже зашло, когда я вошёл в здание.
- Здравствуйте.
- Добрый вечер, - я протянул свой паспорт и бронь. – У меня будет просьба...
- Да, я вас слушаю, - молодой парень посмотрел на меня с улыбкой, отрываясь от компьютера.
- Я хочу одно конкретное бунгало, если это возможно.
- Постараюсь сделать всё, что в моих силах.
Я взял карту острова, где отмечена территория гостиницы.
- Вот это, - указываю пальцем, - 17-е. Оно свободно?
Юноша посмотрел на меня с прищуром, но потом наклонился к компьютеру.
- Да, освободилось всего пару дней назад.
- Отлично, тогда я хочу жить там.
Администратор начал оформлять меня, предложив присесть. Я поставил вещи около дивана, лениво взяв какой-то журнал. Через пару минут он позвал меня к стойке.
- Вот, - протянул ключи и бумаги, - приятного отдыха.
Я улыбнулся и взял ручку чемодана, направившись на выход.
- Подождите, - окликнул парень меня.
- Да, я что-то забыл?
- Нет-нет, - он улыбнулся. – Вы знаете, это лишь моё любопытство, не больше... просто очень странное совпадение.
- Какое? – я подошёл к стойке.
- До вас именно это бунгало попросил предыдущий постоялец. Настоял именно на нём, и вот вы...
У меня сердце пропустило удар.
- Как его звали?
- Я не могу вам сказать.
- Хорошо, просто кивните головой... Он был немцем? – кивок. – Прилетел с дочерью? – вновь кивок.
Вопросов я больше не задавал. Сказав лишь скупое: «Спасибо», - вышел из дверей, поймав такси.
Бунгало осталось неизменным. Кровать, кухня, гостиная. На столе стояли лилии. Я оставил все вещи у входа, положив ключ, стал ходить по этажам. Здесь ничего не изменилось, кроме запаха. Переодевшись, стремительно направился к пляжу. Воспоминания обрушились на меня, как лавина. Взгляд заострился на куске песка, где мы с Томом загорали. Чуть дальше – где бегали друг за другом. Подойдя к кромке воды, обернулся. Здесь, лёжа на пледе, мы любили друг друга на закате впервые за 2 месяца вынужденного перерыва. Он так боялся, что сделает мне больно.
Всё, надо выкидывать из головы лишнее. Разбежавшись, я нырнул в воду. Она была тёплой и ласковой.
Я в очередной раз обманулся... Том преследовал меня везде и всюду. Отдых превратился в каторгу. Мне было невыносимо скучно и тоскливо, и всё из-за мыслей, которые ядом отчаяния разъедали мой мозг. О Дэвиде за всё это время я вспомнил всего раз. В первый же день выключив телефон, я отдался на милость меланхолии, которая так и норовила меня слопать. Дни ползли слишком медленно. Одному в постели было холодно. Ничего не радовало... вкусная еда, тёплый океан, ласковый воздух вызывали лишь раздражение. Мне удалось побывать в Порт-Луи на празднике фонариков, но даже там, сидя за столом в открытом ресторане, прижимая к губам бокал с мохито, моё сердце ныло и стонало, давая понять, что надо возвращаться в Дрезден. Некоторыми вечерами я выходил на воздух, мылся в душе, смотря на тропический лес, блаженно подставлял лицо упругим струям, а руку спускал вниз, сжимая член. Через несколько минут эхом разносилось имя человека, который изгадил собой всю мою жизнь.
Только в последний день я более или менее отдохнул. Искупнулся, покушал, позагорал, чтобы приехать не бледной рыбёшкой домой. Сидя в самолёте в голову пришла мысль, которая уже не раз посещала меня. Что если предложить Тому «постельные» отношения? «Милый, давай пару раз в неделю трахаться без всяких обязательств?». Но тут же пришло осознание этой глупой мысли – я не выдержу первым. Мне будет мало секса с ним, мало редких объятий и поцелуев. Захочется большего... Но без него будет хуже. Лихорадочно обдумывая все свои слова, я вышел из самолёта, на автомате доехал до вокзала Франкфурта, сел на свой поезд и потом, с чемоданом, поехал к Кауэру. Сердце стучало, как бешеное. Дверь открыла мне Мина. Я влетел в квартиру и тут облом...
- Том уехал с ребятами.
Только я соберусь с важным решением, как его нет вечно!
- Билли, - вереща, на меня накинулась малышка. – Где ты был?
- Я отдыхал. Как у вас дела? – обращаюсь и к ребёнку, и к женщине.
- Нормально.
- А ко мне сейчас учитель придёт.
Удивляюсь. Ну надо же.
Меня пригласили попить чай, но уже через 15 минут раздался звонок домофона. Спустя ещё 5 минут в квартиру зашёл парень. Он был ровесником Тома. Блондин, в очках, с красивыми зелёными глазами.
- Здравствуйте.
Голос у него был мягкий. Он улыбнулся Эмме. Мы поздоровались.
- Наслышан о вас, - пожав мне руку, парень тут же поспешил подняться в детскую, чтобы начать занятие.
- И давно Том нанял для дочери учителя? – спросил я Вильгельмину, когда мы вернулись на кухню.
- Всего неделю назад. Он решил, что ей нужна подготовка. Эмма, конечно, умница, но помощь логопеда ей не помешает.
- Так, значит, дефект в речи всё же есть? – я удивлённо посмотрел на фрау Кауэр. – Это же было так давно. Я думал, всё само собой пройдёт с возрастом.
- Нет, Билли. Девочка до сих пор не может точно сформулировать свою мысль. Иногда мямлит. В школе этого быть не должно.
У меня сердце сжалось и кишки скрутило. Я решил капитулировать от греха подальше, поэтому простился с женщиной, поспешив уйти. Зайдя домой, погруженный в мысли об Эмме, услышал стоны.
- Ох, ну вот вы время другого не могли найти? - тяжко выдохнув, я поставил чемодан, устало потерев виски.
- Билли, - запыхавшись, обратился ко мне Пит, - ты уже приехал?
- Как видишь.
Друг вышел из комнаты, напялив кое-как трусы.
- Такие жертвы ради меня. Лучше бы закончили.
- Прекрати...
Я спустился взглядом на его пах. Стояк говорил мне о большом желании его владельца.
- Иди и дверь закрой. Мне надо помыться и переодеться.
... Вечер прошёл у меня с Питером и Эмили. Мы поужинали, выпив бутылку вина на троих. Друг восторженно щебетал о том, что в следующем году ему дадут интернов. Он уже доказал, что прекрасный специалист, теперь начальство хочет посмотреть, какой из него руководитель.
Я возобновил свои походы на водительские курсы. Нам сказали, что сдавать на права мы будем уже в конце июля. Это было очень важно для меня, поэтому я решил не пропускать ни одного занятия, ведь скоро начнётся практика. Свободное время тратилось на друзей и Эмму. Мы с малышкой стали часто гулять, разговаривать. Иногда, гуляя по парку, садились на лавочки или стелили плед на траву, который у меня был с собой в портфеле, ложились и читали книжки. Ник в начале июля уехал к родителям, поэтому чаще всего со мной проводил время Бри. Мы ездили по Саксонии, любовались парками и пейзажами. В десятых числах на 3 дня пустились на пароходе в плавание по Эльбе. Оно чуть-чуть успокоило меня. Я стоял на палубе, положив руки на поручни, и думал над тем, что моя жизнь не такая уж и отвратительная. Вода умиротворяла. Брайан не задавал лишних вопросов, просто порой отвлекал меня, когда видел, что я гружусь.
Приехав домой, мне позвонил Ник и попросил зайти на сайт «Werden». Открыв свой ноут, я подсоединился к интернету и открыл вкладку. В главных новостях было написано, что команда сейчас в Чили, выполняет трюки и налаживает контакты с местным населением. Чуть ниже было написано, что недавно прошла встреча английских фанатов в Лондоне. Пройдя по ссылке на форум, я посмотрел с десяток фотографий. Большинство ребят стояли с плакатами. Я прочитал некоторые, посвящённые Кауэру.
«Том наш - милая звезда, в нашем сердце навсегда!»**
Так мило. Его держали 2 девочки лет по 17.
«Томмик клёвый, Томмик класс,
Том живёт в сердцах у нас!»**
Плакат был ярко разрисован. На нём была приклеена фотография парня.
«Не знаешь Тома? Значит - лох.
Том из всех Богов - наш Бог»**
Как прозаично, что ли... Интересно, я один такой дебил, который любит его безумно, или у меня есть соратники?
«Томмик - лучший экстремал, ты такого не видал!»**
Этот плакат вызвал у меня смех, потому что я тут же подумал: «беднягу Билла за★бал».
Написав гневное смс Нику, я со спокойной душой стал просматривать остальные новости, но ничего интересного не нашёл. Напоследок зайдя во вкладку с изображением Тома, удивился первой же информации: «Недавно я переписывалась с Томом и узнала кое-что интересное. Выкладываю переписку». Это писала Rytui – один из админов сайта. Мне про неё рассказывал Ник.
«[19:50:07] Rytui: Слышала, что ты недавно был в клубе?
[19:52:00] Cauer: Да, был. Это разве странно?
[19:53:02] Rytui: Нет, конечно, просто одна девочка тебя там видела.
[19:53:34] Cauer: И что?
[19:53:39] Cauer: Я делал что-то плохое? (:
[19:54:21] Rytui: Боже, Том, да нет же. Она написала, что видела тебя с какой-то девушкой. Ты вновь стал вести разгульный образ жизни?
[19:54:56] Cauer: Я разве прекращал? (:[
[19:55:07] Rytui: Том, я серьёзно...
[19:55:24] Cauer: И я серьёзно.
[19:55:53] Rytui: Какое-то время назад ты говорил, что избирательно подходишь к выбору пассии, а потом вновь соскочил. Что-то случилось?
[19:55:59] Rytui: Мне показалось это странным, вот и всё. Извини, если лезу не в своё дело...
[19:56:22] Cauer: Всё ок. Времена изменились, Rytui. Мне надоело находиться в решётке.
[19:58:09] Cauer: Я встречался со многими, но сейчас понял, что обязательства – это не по мне, понимаешь? (smirk) Я не хочу быть никому должен. Поэтому – да здравствуют мимолётные связи! (:[
[19:58:45] Rytui: Том, всё в порядке? Такая перемена в тебе кажется довольно странной. Ты так не считаешь?
[19:59:54] Cauer: Ок, расколола. Довольно давно мне нравится одна девушка. Какое-то время назад я с ней встречался (писал уже об этом). Недавно предложил ей возобновить отношения, но она мне отказала. У неё появился другой. Естественно, это рубануло по моему самолюбию, поэтому я решил, что не хочу повторять своих ошибок.
[20:00:38] Rytui: Не могу поверить, что выбрали кого-то другого вместо тебя. Неужели она стоила твоих усилий?
[20:01:49] Cauer: Если бы не стоила, я бы даже и не почесался. Но выбор её я уважаю. Слушай, не могу больше в интернете сидеть, ко мне сестра приехала. Я пойду. Целую тебя в обе щёчки :*
Вот что он мне рассказал. Я даже и не знаю, как реагировать»
Естественно, эту переписку обмусоливали на форуме уже несколько дней. Ясно, что этой «девушкой» был я. Если бы они все узнали, кто отшил их любимца, то закидали бы меня камнями. Откровенность Тома пугает. Если он продолжит делиться наболевшим со всеми, то наши отношения, какими бы они ни были, рассекретятся. Мне кажется, что не все доброжелательно отнесутся к нему после этого.
А вдруг он специально поделился информацией, зная, что девушка выложит эту переписку на сайт? Чтобы позлить меня, заставить понервничать и выставить себя таким благородным буржуем. Я закрыл лэптоп и собрался на вождение. Когда он вернётся из своего путешествия, нам необходимо просто поговорить. Расставить все точки над i, иначе никто из нас нормально жить не будет.

Продолжение следует
Продолжение
Предыдущая часть