Arikha Avigdor (28.04.1929 – 29.04.2010) – румынский, французский, израильский живописец, который родился и вырос в Черновицах (сейчас Черновцы - город на юго-западе Украины). Arikha Avigdor - еврей, со знаниями немецкого языка.
Еврей в немецкоязычной семье. Не парадокс ли? Две нации, которые столкнулись лоб в лоб во Второй Мировой на выживание. Причем, одна из них, на глазах у всего мира по-наглому вооружалась, другая, как и все остальные, на что-то надеялась. Интересно было бы сейчас узнать – на что? Вопрос в тему: «А на что сейчас, например, надеются россияне?» То-то и оно.
Повезло ли им, всем нациям, выжить? Дело не в везении, дело в агрессивности людей. Врожденной агрессивности, которую приструнили огромной ценой жизней! Тогда повезло. Что произойдет на сегодняшний день – никому не известно.
Она просто прячется и затухает, когда животик забит всякими белками и углеводами, когда яйцеклетки и сперматозоиды не требуют оплодотворений, когда восхваление подонков-диктаторов не превышает нормы. Все, как по законам джунглей, по законам древности. Хотя, такие абсурды и жестокие комиксы древним нациям и не снились.
Конечно, может я идеализирую древних? Будь у них такие орудия убийства – история человечества закончилась бы и раньше. Безо всяких предсказаний, с тех времен. Достаточно посмотреть фильм Мела Гибсона – Апокалипсис. Гибель Империи Майя.
Но история, к сожалению или к счастью – продолжилась. Двенадцатилетний мальчишка - Arikha Avigdor с сестренкой, один на один, остались с абсурдом. Абсурдом концлагеря, куда их загнали сразу же после начала войны, в 41-ом. На этапе и погиб их отец. Национальность была - как высшая мера наказания.
«Как-нибудь проживем, как-нибудь выживем. Только не плачь. Я умею рисовать. Рисовать мечту». И мальчишка стал рисовать, благодаря чему и выжил. И выжил не только он. В 1944-ом они, благодаря Красному Кресту они, с сестрой, перебрались в Палестину. Вот оно, настоящее понятие – живопись, как высшая мера жизни!
Скорее всего, живопись для него была не призванием, а выходом из какой-то нелепой, дурацкой ситуации, в которой он оказался с семьей. Это жестокий пример случая, когда человека загоняют в угол, такие же люди, проще говоря – желуди, но почему то, имеющие больше права на жизнь, чем они.
Но живопись стала его послевоенной профессией. Мало ли что происходило дальше? И когда, к концу 50-го года Arikha Avigdor разочаровался в абстракциях и бросил надолго рисовать красками, подсел на графику и традицию, а после возобновил свою деятельность с новым мышлением – никто и не удивился.
Появились: строгая геометрия, углы, изображения жрачки, сексуальность, обнаженная девушка, как символ нежности и любви. И был заказ портрета от самой Елизаветы II, и читались лекции, как историком искусства, и дружба до самой смерти с основоположником театра абсурда - Сэмюэлем Беккетом.
Мне тяжело о нем говорить. Отсутствие фактов, их минимализм. Разве могут быть факты в стиле минимализм? В мире все может быть, если судить, например, по истории одного художника.
Может, эта статья – проба пера на нейтральную позицию, в которой, ох, как тяжело, лично мне, держаться. Держаться, как в узде, чтобы не ляпнуть, что-нибудь лишнего и не сорваться на цинизм. На меня не похоже, но мудрость – города берет. А вот у Arikha Avigdor – живопись, как высшая мера жизни, очень даже и похоже. А, как вам?