Совсем скоро сезон. Небо откроется парашютными куполами. Я буду прыгать.
Я хочу падать из неба и кричать, как тогда, когда падаю в небо.

Я буду кричать так, как на макушке Облачной горы в детстве. Мы забирались на нее с сестренкой, жевали черный хлеб с крупинками соли, закусывая это не порционное блюдо диким луком… а потом, после трапезы, свешивали вниз ноги с природной подошвы метр на метр, держались за руки и кричали в небо! У местных жителей был инфаркт. Мама с папой бежали к горе, схватившись за голову.
Мы ликовали! Ликовало небо, море, озера и реки, все внятное окружающее, лежащее вокруг.

Я буду прыгать из неба. Я буду кричать так, как если бы падала в небо. Мне хочется знать, сравнимо ли это полет и падение с силой любви к тебе?
Зачем?
Потому что, если я не сделаю это, то я без вспомогательных средств взлечу и буду кричать. Мне кажется, что естественнее это будет там, в падении, от тебя – к тебе.