Голубые вокруг Пушкина

[показать]

Я знаю, что этим постом я на себя навлеку массу нареканий и боюсь, что на меня спустят свору полканов, которые меня будут рвать, как грелку. Я долго не решался выпускать в свет эту информацию. Как – никак я продукт советской школы, где Пушкин такой уж бронзовый, такой истукан, на который не то, что голуби не смеют сесть, а тополиный пух избегал присесть у него на кудрявую голову. Теперь то, что все передавали шёпотом из уст в уши друг-другу чуть ли не на баннерах пишут большими буквами. И заметьте, что от этого его величие не уменьшается и сияние его славы не тускнеет. Потому я, перекрестясь, подчистив кое-какие вольные слова, решаюсь опубликовать, пока за слово «Гомосексуалист» не дают тюремный срок. А к этому дело идёт семимильными шагами
Источником информации были многочисленные книги о жизни Пушкина, в сети кое-что нашёл, в том числе статью Владимира Кирсанова: http://az.gay.ru/

Считается, что поэт Александр Сергеевич Пушкин был совершенно равнодушен к гомосексуальности. С точки зрения возможных гомосексуальных связей Пушкина, это совершенно верно.

С другой стороны, в окружении Пушкина было много геев. Но слишком опрометчиво заострять внимание на том, что Дантес, убийца Пушкина и нидерландский посол Геккерен были подвержены "азиатскому пороку". Естественно, в "пушкинистике" об этом открыто не говорилось, а Дантес и Геккерен изображались в исключительно отрицательных тонах. Их отношения назывались то "противоестественными", то "извращенными" и никак иначе.

Наиболее вопиющим фактом русской гомофобской пушкинистики стала книга Павла Щеголева (1877-1931), журналиста и филолога, редактора "Былого" (того самого, что сфабриковал вместе с А.Н.Толстым оскорбительный для памяти семьи последнего русского императора пасквиль - "Дневник Вырубовой"). Его книга "Дуэль и смерть Пушкина", увидевшая свет в начале века, заканчивается безапелляционным приговором окружению гея барона Геккерена: "Они [враги Пушкина - В.К.] примыкают к патологическому на сексуальной почве коллективу, группировавшемуся вокруг Геккерена. Спаянные общими эротическими вкусами, общими эротическими забавами, связанные "нежными узами" взаимной мужской влюбленности, молодые люди - все высокой аристократической марки - легко и беспечно составили злой умысел на жизнь Пушкина".

Сегодня всякий образованный человек понимает, что Пушкина убил не гей Дантес, а человек Дантес. Так и многие из окружения А.С.Пушкина были геями, но поэта занимали не особенности их сексуальности, а совершенно иные качества личностей.

Тема Пушкин и гомосексуалисты перекликается с темой Пушкин и Арзамасское братство. "Арзамас" - не то литературное общество, не то неформальный, как бы теперь сказали, литературный кружок, образованный в 1815 году бывшими лецеистами в противовес официозной "Беседе любителей русского слова". Арзамасцы собирались на шумные заседания, заканчивавшиеся непременными попойками... Так вот - среди арзамасцев и в кругу близком к ним едва ли не половина была замечена в гомосексуальных связях, а многие из них, безусловно, были гомосексуалами. Это Ф.Ф. Вигель, С.С. Уваров, К.Н. Батюшков, С.П. Жихарев и почетный член общества И.И. Дмитриев. Близок арзамасцам и поэт Ф.И. Глинка, так же замеченный современниками в связях с мужчинами. Кстати, когда "Арзамас" раскололся на два лагеря - на друзей-сервилистов (Ф.Ф.Вигель, С.С.Уваров, Д.Н.Блудов) и друзей-либералов (А.С.Пушкин, В.И.Жуковский, П.А. Вяземский), - то получилось, что они как бы разделились на крыло "голубых" и крыло "натуралов"... Да и клички у большинства "арзамасцев", придуманные, скорее всего, по названию баллад Жуковского, странные какие-то... Блудов - "Кассандра", Уваров - "Старушка", Жуковский - "Светлана", один Пушкин - "Сверчок"... Итак, голубое окружение Пушкина.

Дантес Жорж Шарль и Геккерн Луи Борхард де Бевервард
[показать]

 Жорж Шарль Дантес, убивший на дуэли поэта А.С.Пушкина, родился 5 февраля 1812 года в семье французского барона. Отец Дантеса был верным сторонником Карла X, но после революции 1830 года вынужден был уйти из политики. Сын его по завершении военной школы отправился на поиски счастья в Россию, получив рекомендательное письмо прусского принца Вильгельма. По пути через Германию он простудился и оказался прикованным к постели в маленьком немецком городке. Средства таяли, болезнь не отступала. По случайности (из-за поломки дорожной повозки) в городок заехал обоз нидерландского посланника Геккерена. Во время обеда хозяин гостиницы рассказал о болезни одинокого француза, Геккерен заглянул к нему ради любопытства и был поражен его красотой. Он не отходил от его постели до тех пор, пока молодой Жорж не выздоровел и предложил ему присоединиться к его свите. Отношения Дантеса и Геккерена, как свидетельствую факты, были проникнуты необычайным вниманием друг к другу и нежностью. В Петербурге Геккерен нанял для Дантеса самых лучших учителей и вскоре по протекции барона он был зачислен корнетом в Кавалергардский полк.

[показать]

Геккерн относился к древнейшей голландской фамилии, вырос во Франции, служил на флоте, какое-то время у Наполеона. Вернувшись в Нидерланды, стал дипломатом, а в 1826 году нидерландским посланником в Петербурге.

Геккерн был человеком высокообразованным, "...квартира его была наполнена образцами старинных изделий и между ними, действительно, не имелось ни одной не подлинной. Был ... умен; о правде имел свои собственные, довольно широкие понятия, чужим прегрешениям спуску не давал. В дипломатическом кругу сильно боялись его языка...". Это самая объективная характеристика его нрава принадлежит барону Торнау, все прочие несут на себе оттенок неприязни.

Отношения между Дантесом и Геккереном с каждым днем крепли, барон не чаял души в молодом белокуром, блестяще красивом, с правильными чертами лица офицере. И это не удивительно... По воспоминаниям А.И. Злотницкого Дантес был "видный, очень красивый, прекрасно воспитанный, умный, высшего общества светский человек, чрезвычайно ценимый". Полковые товарищи любили, как писал князь А.В. Трубецкой, "статного, красивого, пообразованнее нас, остроумного француза...". В 1834 году Геккерен направляется в Эльзас и лично просит разрешения у отца Дантеса на его усыновление, получает согласие. Отец Дантеса "отказывается от всех прав на Жоржа Шарля Дантеса" и дает барону право усыновить его.
Единственное из упоминаний о гомосексуальной связи Геккерена и Дантеса в русской пушкинистике находится в книге П.Е. Щеголева "Дуэль и смерть Пушкина": "...посланник был близок к молодому французу по особенному - извращенной близостью мужчины к мужчине". Более внятное упоминание о "дружбе" Геккерена и Дантеса находим у князя А.В. Трубецкого. Брошюра его отпечатана в 10 экземплярах и почти неизвестна: "...за ним [Дантесом] водились шалости, но совершенно невинные и свойственные молодежи, кроме одной, о которой, впрочем, мы узнали гораздо позже. Не знаю, как сказать: он ли жил с Геккерном, или Геккерн жил с ним... ...Судя по всему, ...в сношениях с Геккерном он играл только пассивную роль". В записках П.В.Анненкова: "Геккерен был педераст, ревновал Дантеса и потому хотел поссорить его с семейством Пушкина". В письмах А.Карамзина: "Геккерен, будучи умным человеком и утонченнейшим развратником, какие только бывали под солнцем, без труда овладел совершенно телом и душой Дантеса". И самое резкое в дневниках Пушкина: "О том, что Дантес предается содомскому греху, стало известно в свете мне первому, и я с радостью сделал эту новость достоянием общества. Узнал я об этом от девок из борделя, в который он захаживал. Они рассказали мне по секрету, как их верному другу, что Дантес платил им большие деньги за то, чтобы они по очереди лизали ему сраку, которая была разорвана и кровоточила точно так же, как у моих блядей, когда их беспощадно ебли в жопу. Когда Геккерен усыновил его, тогда уже ни у кого не оставалось сомнений".

Геккерен вывел Дантеса в свет, где тот встретился с Натальей Николаевной Пушкиной и безумно увлекся ею.

Пушкин же, покидая жену, всегда оставался в сильном о ней беспокойстве. Переписка Пушкина с женой проникнута взаимной ревностью, он пытался сохранить одиночество семьи, противился жизни под одной кровлей с сестрами жены.

В это время Геккерен был настроен против увлечения его приемного сына Н.Н.Пушкиной, ревнуя ее к Жоржу, стремился всеми силами разлучить их. Уже после высылки Дантеса он писал ему из Петербурга: "...что за дело оставил ты мне в наследство! А все недостаток доверия с твоей стороны. Не скрою от тебя, милый мой, меня огорчило это до глубины души, не думал я, что заслужил от тебя такого отношения".

[показать]

Выходом из первого столкновения Пушкина и Дантеса осенью 1836 года стала скорая женитьба последнего на сестре Н.Н.Пушкиной Екатерине Гончаровой, безумно в него влюбленной. С этим браком был вынужден согласиться и барон Геккерен, так как он спасал его возлюбленного от дуэли. Второй завершился драмой, лишившей Россию великого поэта. Екатерина Гончарова уехала из России вместе с мужем, но прожила с ним всего пять лет и внезапно скончалась при невыясненных обстоятельствах. У Гончаровой от Дантеса родились дочь и сын. Дочь сошла с ума. Живя в Париже, воспитываясь без матери, она вдруг выучила русский язык в совершенстве: "комната ее была обращена в молельню. Перед аналоем висел большой портрет Пушкина, на стенах были другие его портреты. Дочь Дантеса молилась перед портретом своего дяди, в которого была влюблена. С отцом она не говорила после одной семейной сцены, когда назвала его убийцей Пушкина".

[показать]

Дантес и Геккерен вновь соединились после смерти Гончаровой и с тех пор не разлучались. Их мужской союз был длительным по времени и удивительно крепким. Оба они скончались в глубокой старости.

Филипп  Вигель 1786 -1856г

[показать]

Вигель - личность сегодня совершенно забытая. Это о Вигеле Пушкин писал в дневниках, что его разговоры всегда "...кончаются толками о мужеложстве", это о нем прозрачная ироничная строчка - "...но Вигель, пощади мой зад!". Портрет Вигеля оставил нам в своих мемуарах, изданных в "Русском архиве" в конце 70-х годов прошлого века, француз гомосексуал А. Сент-Ипполит: "Круглое лицо его с выдающимися скулами заканчивалось острым приятным подбородком; рот маленький, с ярко-красными губами, которые имели привычку стягиваться в улыбку, и тогда становилось похожими на круглую вишенку...". "Записки" Вигеля - бесконечный источник материалов для комментаторов-"пушкинистов" - издавались последний раз аж в 1928 году. Сохранились и несколько его писем Пушкину, которые до сих пор не опубликованы. О самом же Вигеле, гомосексуальность которого столь откровенно представлена во многих пушкинских текстах, "пушкинисты" старательно молчат....

Литература была для Вигеля родом развлечения: не стихи или проза, а критика... Многие статьи Вигеля, злые и обидные для объектов его критики (среди которых и близкие по "Арзамасу"), распространялись исключительно в списках и для печати были совершенно непригодны. Была у него такая внутренняя натура - от любви до ненависти один шаг, свойственная вообще определенному типу гомосексуалов. Окружение Пушкина Вигеля недолюбливало, чего не скажешь о самом поэте. Знакомы они были давно, а подружились в Кишиневе в Южной ссылке Пушкина в середине 1820-х годов. Вигель, оказавшись в Кишиневе вскоре после отъезда Пушкина, не стыдясь сам расспрашивал Александра Сергеевича через одного из любовников, гвардейца Литовского полка Григория Шварца, кого из дворовых здесь лучше и проще будет употребить в известных целях. И Пушкин, словно опытный сводник, желая "рассеять" его скуку, советовал: "...из трех знакомцев годен на употребление в пользу собственно самый меньшой: NB. Он спит в одной комнате с братом Михаилом и трясутся по ночам немилосердно - из этого вы можете вывести важные заключения, предоставляю их вашей опытности..." (Х, 56).

И тут же продолжал в том же тоне уже о себе - "...выдался нам молодой денек - я был президентом попойки - все перепились и потом поехали по блядям"(Х, 57). В октябре 1823 года Пушкин с прозрачными намеками на особенные интересы Вигеля писал Вяземскому из Одессы: "Вигель был здесь и поехал в Содом-Кишенев, где, думаю, будет вице-губернатором"(Х,55). И, действительно, в 39 лет Вигель стал вице-губернатором Бесарабии по протекции Новороссийского губернатора графа Воронцова. И у того и другого было много общего - влечение к юным крестьянским мальчикам.
Отрывок из письма Пушкина к Вигелю :
…………………………………………….
Провел бы я смиренно век
В Париже ветхого завета!
Но в Кишиневе, знаешь сам,
Нельзя найти ни милых дам,
Ни сводни, ни книгопродавца.
Жалею о твоей судьбе!
Не знаю, придут ли к тебе
Под вечер милых три красавца;
Однако ж кое-как, мой друг,
Лишь только будет мне досуг,
Явлюся я перед тобою;
Тебе служить я буду рад —
Стихами, прозой, всей душою,
Но, Вигель,— пощади мой зад

Долгоруков П.В., 1841-1843 гг.

[показать]

День рождения Петра Владимировича Долгорукого, в будущем известного российского генеалога, политического эмигранта и автора герценовского "Колокола", стал для него и, пожалуй, одним из самых печальных в его жизни. Через несколько часов после родов умерла его мать, отец пережил свою жену всего лишь на год и скончался осенью 1817 года. Воспитывался юный Петя в Москве в доме своей бабушки, потом попал в пажи и в неполных 11 лет был направлен в Пажеский корпус, где весной 1931 года произведен в камер-пажи. Рано открылись гомосексуальные наклонности юноши. Подобно лермонтовскому Тизенгаузену (кстати, Долгоруков входил в известный "кружок 16"), он стал для всех легко доступным объектом. "Порок" юного Пети стал известен начальству. Он был безжалостно разжалован в простые пажи за "дурное поведение". "Дурная" репутация закрепилась за Долгоруковым на всю жизнь. За сироту и последнего потомка старинного русского дворянского рода заступиться было некому, и по завершении Пажеского корпуса вместо аттестата вдали ему "волчий билет".

"Азиатский порок" (так называли тогда "голубую" любовь) был явлением достаточно распространенным. Долгоруков же не отличался приятной внешностью, прихрамывал на одну ногу, был истеричен. О "пороке" его прекрасно было известно... Всем доступный, он стал изгоем и шутом в "голубом" обществе. "Волчий билет" оказался серьезным препятствием для карьеры, если бы не помог все тот же Сергей Сергеевич Уваров, который пожалел "голубого" шута и оформил Долгорукого к себе на службу в министерство без жалованья.

На этой службе Долгоруков долго не задержался и вскоре пошел по линии генеалогии. Генеалогические изыскания князя тоже не нашли поддержки в обществе. Уж больно неприятные моменты разыскивал он в истории русских дворянских родов. В конце концов, Долгоруков был вынужден тайно покинуть пределы России, окончил свои дни в Париже, где стал соратником Герцена и Огарева.

Недолгой и скандальной была история женитьбы Долгорукова. Ярый женоненавистник, он жестоко истязал свою жену. Н.А.Тучков вспоминал: "не помню, на ком он был женат, только жил постоянно врозь с женой и никогда о ней не говорил. Герцен не чувствовал к нему влечения, но принимал его очень учтиво и бывал у него изредка с Огаревым". Фраза эта о "влечении" тоже выглядит двусмысленно: Герцен и Огарев - редкий образец счастливой "голубой" пары...

Но вернемся к трагичной связи Пушкина и Долгорукова. Лично они были практически незнакомы. Встречались в основном на балах. Однако, находясь в юношеском окружении посланника Геккерена, Долгоруков был хорошо осведомлен об отношениях семьи посла и русского поэта. Сам Долгоруков опровергал свою причастность к появлению пасквильных дипломов, полученных Пушкиным. Однако графологическая экспертиза, проведенная в 1927 году по инициативе пушкиниста П.Е.Щеголева, доказала авторство Долгорукова (впрочем в конце 1960-х годов и позднее результаты экспертизы неоднократно опровергались). Под подозрение вместе с Долгоруковым попал и его любовник князь Иван Сергеевич Гагарин, с которым печальной зимой 1837 года они снимали одну квартиру.

. В. А. Жуковский

[показать]
Василий Андреевич Жуковский - незаконнорожденный сын помещика Тульской губернии Афанасия Ивановича Бунина, рожденный 9 февраля 1783 года. Сразу же после появления на свет он был усыновлен Андреем Григорьевичем Жуковским, жившим у Буниных "на хлебах". Спустя некоторое время настоящий отец сумел добиться дворянства для своего незаконнорожденного сына. Образование юный Вася получил семейное, здесь же и первый сексуальный опыт со своим грубым немецким гувернером Якимом Ивановичем, который был уличен в специфических методах воспитания и уволен. Затем был частный пансион и народное училище, из которого Жуковский был исключен и продолжал обучение в доме своей крестницы В.А.Юшковой. Наконец, в 1797 году Жуковский был определен в пансион при Московском университете. В 1801 году юный поэт знакомится с русским поэтом Дмитриевым - гомосексуалом, который дал дорогу в большую литературу многим молодым стихоплетам. На протяжении десяти лет Жуковский был одним из самых ярких авторов лучшего русского журнала - "Вестника Европы" под редакцией Карамзина. Войну двенадцатого года Жуковский провел в войсках, хотя и не принимал непосредственного участия в военных действиях.

В 1817 году поэт переселяется в Петербург, сближается с "арзамасцами" и Пушкиным. Он стал другом Пушкина, которого тот полностью слушался во всех мирских делах. Осенью 1836 года он по первому же слову приехал из Царского Села разрешать личные проблемы поэта и сделал многое, чтобы предотвратить его первую дуэль с Дантесом: неделю вел переговоры с Геккерном. Как и почему нашли они тогда общий язык - потомок древнейшего дворянского рода и полукровка, байстрюк, рожденный от турчанки провинциальным русским помещиком? Быть может, гомосексуалу Жуковскому было проще понять те безумные чувства, что испытывал Геккерен к своему белокурому Жоржу. Многое раскрыл Жуковскому барон Геккерен, просил все сохранить в глубокой тайне - и от Пушкина тоже. И Жуковский сохранил...
С 1817 года и до гибели Пушкина Жуковский занимает различные должности при дворе - учителя русского языка Великой княгини, наставника наследника престола. На личную жизнь времени почти не было, все - для императора и для общества. После смерти Пушкина он стал его "душеприказчиком", решал издательские дела, проблемы с долгами, писал императору, шефу жандармерии Бенкендорфу: "Что нам русским до Геккерна; кто у нас будет знать, что он когда-нибудь существовал... Пушкин - потеря для целой России, он погиб в цвете жизни, имел гений, каких немного...".

С 1841 года Жуковский живет в Германии и не возвращается в России, там, наконец, и женится лишь в возрасте 58 лет на дочери своего друга и ученика совсем юной Елизавете Фон Рейтерн. Умирает в Баден-Бадене, окруженный детишками.

Владимир Кирсанов