[700x466]
Шёл потихонечку батюшка старенький
К выходу от алтаря,
Ножками шаркал, обутыми в валенки,
Тихо молитву творя.

Низенько кланялся перед иконами,
Так улыбаясь святым,
Словно они отвечали поклонами,
Встретившись с братом родным.

Так, шаг за шагом, степенно, не суетно,
Батюшка вышел в притвор.
Люди стояли и ждали на улице,
Чтобы начать разговор.

Всем улыбнувшись - такие все разные!
И, опершись на клюку,
Батюшка стал прихожанам рассказывать,
Что повидал на веку.

Сколько он пережил! Взор затуманился...
Страх за семью и арест...
В годы войны выносил с поля раненых,
Пули свистели окрест.

Сам ранен не был - всем в удивление,
Думали - заговорён.
Мама молилась о сына спасении,
Верила - выживет он.

После войны он домой возвратился,
Мама была во дворе,
Сына увидела - и покатились
Вёдра с водой по траве...

И на коленочки мама упала -
Слава Христу, сын живой!
Денно и нощно молилась и знала -
Сын возвратится домой!

Слёзы не прятал батюшка старенький,
Да и не спрячешь нигде...
Жемчугом мелким рассыпались капельки
В длинной седой бороде...

Он говорил о почтении к матери,
О материнской любви,
Нас призывал, чтобы время не тратили,
И матерей берегли.

И на вопросы свои, что не задали,
Мы получили ответ -
Счастливы те, о ком молятся матери,
Выше молитв этих нет!

Старца того Иннокентием звали,
Встречу никто не забыл!
Был он праправнук Сибири Святителя,
Что на Аляске служил.