[188x269]
В первом номере журнала «Советская женщина» за 1958 год появилась фотография совсем еще юной фигуристки. А под снимком были напечатаны такие стихи: "Лед стружкою острою, тонкой вьется под сталью конька, Ты подрастешь — чемпионкой станешь наверняка." Стихам, конечно, очень далеко до пушкинских, но предсказанное в них сбылось. Людмила Пахомова, а именно так звали девушку на фотографии, подросла и стала чемпионкой. Всего, что только было возможно...

Пахомова и Горшков начали спортивную карьеру на «большом льду», когда отечественные танцевальные дуэты значительно уступали зарубежным. Но уже в 1969 году они стали обладателями серебряных медалей на мировом чемпионате, а в 1970-м – первыми среди советских фигуристов, завоевавших чемпионское звание на первенствах мира и Европы.



В 1970-м Людмила Пахомова получила два диплома – об окончании ГИТИСа и диплом чемпионки мира.

Зимой 1975 года Пахомова и Горшков выиграли чемпионат Европы в Копенгагене. Сразу после соревнований фигурист почувствовал недомогание (сказалось долгое позирование перед фотокамерами в ледяном зале), но старался не обращать на это внимания.

- Саша перенес сложную операцию и, еще не совсем оправившись, поехал в Америку, - вспоминала Людмила Алексеевна. - Турне нам очень нелегко далось. К тому же я подбила его на тренировке. Мы упали на лед, и он, чтобы я не разбилась, удерживал меня двумя руками, а сам проехал лицом по льду чуть не половину площадки. Всю кожу содрал, а вечером выступать. По свежей ссадине я его гримировала. Хорошо еще, что мумие с собой привезли. Намучился он, настонался, но, слава Богу, все затянулось, зажило, без болячек обошлось...вспоминала в книге "Монолог после аплодисментов" Людмила Пахомова....

Их блестящую карьеру одним махом мог перечеркнуть инцидент, случившийся на чемпионате мира в Калгари. Говорят, произошедшее было провокацией по отношению к советским спортсменам. Накануне выступления в произвольной программе Людмила и Александр чем-то сильно отравились во время обеда. Врач сборной напичкал их лекарствами, но на ноги все же поставил. Перед выступлением фигуристы были едва живы...
Вспоминают и такой случай, когда на турнире "Пражский конек" Людмила на всем ходу врезалась в конек партнера, но выступление продолжила. Только после того, как на табло высветились оценки, "скорая помощь" отвезла спортсменку в больницу. Ботинок был полон крови....

Однажды фигуристов в Москве пригласили в ресторан на ужин с американским бизнесменом Морисом Чалфингом, владельцем самого известного ледового шоу, которое называлось в те времена балетом на льду. Кто-то в шутку предложил американцу заключить со спортсменами контракт. Чалфинг достал блокнот, сделал какие-то расчеты и пообещал платить 9 тысяч долларов в неделю. Что делать? Нужно как-то выкручиваться. "Они согласятся только на 10,5 тысячи долларов", - сказала тогдашний директор московского Дворца спорта. "Я и так предложил очень большую сумму. У меня никто из спортсменов столько не получает!" - возмутился бизнесмен. "Сделка" сорвалась.

- Во время крупных турниров за рубежом, - писала в своей книге Пахомова, - к нам подходили, чтобы просто познакомиться, поговорить. Не потому, что мы Пахомова и Горшков, а потому, что мы русские. Чаще всего это происходило в Америке. На обычные вопросы: "Как живете?", "На что живете?", "На какие средства куплены костюмы?" - отвечала: "Я студентка. Костюмы нам сшила моя мама". - "О! Мама! Вам повезло. А у нас шить очень дорого. Мы покупаем в магазине". Простые люди дарили сувениры, значки, конфеты, плошки-ложки...

Но самый памятный подарок Людмила и Александр получили в Швейцарии в 1976 году, когда выиграли чемпионат Европы в Женеве. Спортсменам тогда вручили необычные часы - настоящий перпетуум-мобиле. Эти часы идут в доме фигуристов, не останавливаясь, уже 30 лет.

[300x400]
А с чемпионата мира в Братиславе спортсмены привезли две огромные вазы (с метр высотой) по 20 килограммов каждая. В Москву подарок доставил супруг тренера фигуристов Анатолий Чайковский. Пахомова и Горшков из Чехословакии сразу отправились в турне...

Пахомова и Горшков изменили сам стиль танцев на льду. До них господствовали строгие, академические танцы преимущественно под классические мелодии. Они же привнесли в фигурное катание живой, эмоциональный народный танец. «Соловей», «Вдоль по Питерской», «Озорные частушки», «Кумпарсита» – яркие, высокохудожественные, незабываемые композиции…

Во многом благодаря их успешным выступлениям на чемпионатах мира, Европы и в концертной программе Белой олимпиады в 1976 году спортивные танцы впервые вошли в программу Олимпийских игр, где Пахомова и Горшков стали золотыми призерами.

Только один раз уступила эта звездная пара высшую ступеньку пьедестала почета – на чемпионате Европы 1972 года (германской паре брату и сестре Бук, которым явно подыгрывали судьи), но уже через два месяца нанесли на чемпионате мира такой сокрушительный ответный удар, что немецкие танцоры вынуждены были завершить свои спортивные выступления.

Когда наша пара завоевала «золото» Олимпиады-76 в Инсбруке, газета «Нью-Йорк таймс» писала: «Пахомова и Горшков – главные «виновники» появления танцев на Играх, которые, несомненно, украсили состязания, сблизив еще больше фигурное катание с искусством...» «Быть звездой мне нравилось. Разве не мечтает об этом каждая артистка? Я хотела кататься так, чтобы после меня и смотреть ни на кого не хотелось. Вот какая вершина была передо мной. Приблизилась ли я к ней? Нам ставили «шестерки», о нас писали, о нас сняли фильм, нас одаривали лестными эпитетами. Я знала себе цену как спортсменке, как фигуристке. Но что касается совершенства нашего танца, моего исполнительского мастерства, тут я не обольщалась. Решающее влияние на мою способность к трезвой самооценке оказал ГИТИС. Там, в институте театрального искусства, меня оценивали по совсем иным критериям. У нас был преподаватель Петр Антонович Пестов, он вел класс. Когда он меня видел, у него судорогой сводило лицо и портилось настроение на весь день. «Пахомова, – говорил он, – а у вас нет сейчас тренировки? Нет? А я так надеялся...» (Из книги Л. Пахомовой «И вечно музыка звучит»).
Вот что писал в своей книге «Слово о танце» известный балетмейстер Ростислав Захаров:

«Людмила Пахомова была не только способной, но и удивительно требовательной к себе, упорной в работе студенткой. Как-то после окончания первого года обучения в ГИТИСе она подошла ко мне и спросила: «Ростислав Владимирович, можно мне взять отпуск на год, чтобы опять поступить на первый курс?» И, обосновывая свою просьбу, начала торопливо говорить о том, что еще так мало знает в области танца, что очень мало прочитано, ну и так далее. Все мы были студентами и знаем, как хочется скорее прийти к диплому. Но вот это упорство, эта настойчивость ее меня поразили. И, конечно же, год для нее не был потерянным…»
[600x450]
17 мая 1986 года ее не стало. С великой фигуристкой прощались в ЦСКА. Очередь выстроилась от метро «Аэропорт». Людей было столько, что руководителю Спорткомитета и главе Олимпийского комитета, которые тоже приехали попрощаться, пришлось два часа стоять на улице.