"Человек три года учится говорить, и всю жизнь - молчать".

 

В стране гуманных контролеров

я жил — печальный безбилетник.

И, никого не покидая,

стихи Иванова любил.

Любил пустоты коридоров,

зимой ходил в ботинках летних.

В аду искал приметы рая

и, веря, крестик не носил.

 

Я ездил на втором и пятом,

скажи — на первом и последнем,

глядел на траурных красоток,

выдумывая имена.

Когда меня ругали матом —

каким-нибудь нахалом вредным,

я был до омерзенья кроток,

и думал — благо, не война.

 

И, стоя над большой рекою

в прожилках дегтя и мазута,

я видел только небо в звездах

и, вероятно, умирал.

 

Со лба стирая пот рукою,

я век укладывал в минуту.

Родной страны вдыхая воздух,

стыдясь, я чувствовал — украл.