По мнению астролога Павла Андеева, мир переживает не обычной экономический цикл, а масштабную смену глобального лидерства.
Именно через эту призму он рассматривает происходящее в Соединённых Штатах, Китае, Европе, России и странах БРИКС.
Главный вопрос сегодня касается уже не отдельных кризисов, а будущего самого мирового порядка, который складывался десятилетиями после Второй мировой кампании.
Закат долларовой эпохи
Павел Андреев обращает внимание на идеи экономиста Андрея Кобякова, который ещё в начале 2000-х годов вместе с Михаилом Хазиным описывал сценарий ослабления американского доминирования. Тогда подобные прогнозы воспринимались как экзотика, однако спустя два десятилетия многие из обозначенных тенденций стали очевидными.
«Мы живём в период смены глобального лидерства»
Ключевым фактором изменений называется Китай. По оценкам Кобякова, именно китайская экономика уже давно превратилась в главный центр мирового роста. Он считает, что фактическое превосходство Китая над США по масштабу экономики могло наступить ещё около 2010 года. К 2030 году доля Китая в мировой экономике, по его расчётам, способна приблизиться к трети мирового объёма.
На этом фоне позиции Соединённых Штатов и Европейского союза постепенно ослабевают. Старый мировой порядок, построенный вокруг доллара, утрачивает устойчивость не из-за одного события, а вследствие накопления структурных противоречий.
Китай, Индия и возвращение Востока
Особое внимание Павел Андреев уделяет смещению центра экономической активности в Азию. Китай остаётся главным драйвером изменений, хотя его прежние сверхвысокие темпы роста уже остались в прошлом. Массовый переход населения из сельской местности в города завершился, а демографическая ситуация становится всё более сложной.
Однако на смену Китаю постепенно приходит Индия. По мнению Кобякова, индийская экономика повторяет путь, который Китай проходил двумя-тремя десятилетиями ранее. Уже в ближайшие годы её значение для мировой экономики будет стремительно увеличиваться.
Павел Андреев рассматривает этот процесс как возвращение исторической нормы. До эпохи европейской колонизации Китай и Индия были крупнейшими экономическими центрами мира. Теперь происходит восстановление их прежнего веса в мировой системе.
«Политика обязательно пойдёт вслед за экономикой»
Именно поэтому страны Глобального Юга всё активнее требуют пересмотра существующих международных правил и более широкого представительства в мировых институтах.
Конфликт вокруг России как ускоритель перемен
Отдельное место занимает влияние российско-украинского конфликта. Павел Андреев подчёркивает, что речь идёт не о причине глобальных изменений, а об их ускорителе.
По оценке Кобякова, события последних лет продемонстрировали многим государствам, что существующий порядок уже не является безусловным. Турция, Иран и государства БРИКС начали проводить более самостоятельную политику. Одновременно были поставлены под сомнение многие принципы, которые ранее считались незыблемыми.
«Сброшены маски и развязаны руки»
Особенно показательными стали заморозка активов, санкционные ограничения и действия европейских финансовых структур. Андреев обращает внимание на распространённое среди многих стран мнение, что механизмы глобальной финансовой системы перестали гарантировать прежний уровень защиты собственности.
Россия между суверенитетом и зависимостью
Одной из центральных тем становится положение России внутри мировой финансовой архитектуры. Несмотря на развитие расчётов в рублях и юанях, многие экономические процессы по-прежнему оцениваются через долларовые показатели.
Павел Андреев считает важным не столько сам факт использования доллара, сколько сохранение старых моделей мышления. В качестве примера приводится система экономического образования, сформированная после распада СССР.
По мнению Кобякова, российские университеты десятилетиями воспроизводили западные экономические подходы без серьёзного критического анализа. В результате значительная часть специалистов продолжает мыслить категориями, которые плохо соответствуют современной реальности.
Центральный банк и спор о развитии
Особенно жёстко обсуждается деятельность финансовых властей. Кобяков убеждён, что ориентация исключительно на борьбу с инфляцией ограничивает возможности экономического роста.
«У нас Центральный банк вообще не считает своей задачей поддержание инвестиционной активности»
Он считает ошибочной политику высоких процентных ставок и указывает, что многие причины инфляции связаны не только с денежным обращением. Среди факторов называются логистические издержки, монопольное поведение отдельных участников рынка, последствия санкционного давления и нарушения производственных цепочек.
После 2022 года российский бизнес сумел быстро адаптироваться к новым условиям. Освободившиеся рыночные ниши стимулировали инвестиции и расширение производства. Однако дальнейшее развитие, по мнению Кобякова, оказалось затруднено из-за дорогих кредитов и роста фискальной нагрузки.
«У нас произошло импортозамещение санкций»
Этой фразой он характеризует ситуацию, когда внутренние ограничения начинают действовать на экономику не слабее внешнего давления.
Поиск альтернативной экономической модели
Павел Андреев регулярно поднимает вопрос о существовании альтернатив нынешней экономической системе. Его интересует, почему Россия, сохранившая часть советской интеллектуальной школы, не смогла создать собственную влиятельную экономическую концепцию.
Кобяков связывает это с событиями 1990-х годов, когда тема экономического суверенитета фактически оказалась вытеснена из общественной дискуссии. По его словам, тогда страна была настолько зависима от внешних моделей развития, что сама постановка вопроса о самостоятельном пути воспринималась как нечто маргинальное.
В качестве примера успешной самоорганизации приводится развитие беспилотных технологий. Значительная часть достижений в этой сфере появилась благодаря инициативе инженеров, предпринимателей и энтузиастов, а не в результате централизованного планирования.
Инфраструктура и риск деградации
Одной из самых тревожных тем становится состояние промышленной базы. Кобяков напоминает, что многие крупные предприятия, инфраструктурные объекты и производственные мощности были созданы ещё в советский период.
Он указывает на упадок станкостроения, снижение выпуска подшипников и зависимость от импортного оборудования. По его мнению, дальнейшее откладывание системных решений может привести к ускорению деградации целых отраслей.
«Птица Феникс может в какой-то момент не возродиться»
В этой оценке отражается главный страх экономиста: потеря исторического шанса на восстановление промышленного потенциала.
Глобальный кризис и новые угрозы
Павел Андреев также рассматривает вероятность масштабного мирового кризиса в ближайшие годы. Среди потенциальных факторов риска называются финансовые проблемы США, напряжённость вокруг Ирана, нестабильность на энергетических рынках и перебои в международной логистике.
Кобяков считает, что возможное обострение ситуации в Персидском заливе способно вызвать цепную реакцию. Под угрозой могут оказаться поставки нефти, газа, удобрений, химической продукции и транспортные маршруты. Последствия затронут не только энергетику, но и производство продовольствия, промышленность и глобальные цепочки поставок.
«Шансы на мировой кризис высоки»
По его мнению, Россия пока недостаточно подготовлена к использованию возможностей, которые возникают во время мировых потрясений. Именно поэтому любой новый кризис может не стать источником роста, а превратиться в дополнительное испытание для экономики страны.