...Я не умею создавать. Черт возьми, я не умею создавать. ни единой крупицы здесь не создано мной, и (о, Господи, я набью себе эту фразу на лбу!) Сокольник был прав. Я чувствую себя в живущей в гостиничном номере потому, что везде живу, как в гостиничном номере. Везде. Вообще. И именно поэтому меня так тянет на Южку, к маме, к Мяве, к Ворону, даже на Елецкую - туда, где дома совершены и совершенны хозяевами, туда, где дом есть дом, потому, что час за часом кто-то вкладывал себя в него.

Мало сказать - здесь моя родина. Покуда кровь на три пяди землю не пропитает...

Нерг кроил Южку под себя. Елецкая скроенна ими всеми - под себя. Молостовых матерью взлелеяны, как еще один ребенок...

А я везде принимаю должным, и приезжаю, и уезжаю, и....

Я помню то, единственное место, где хотелось творить, собственными руками лечить все, что за полвека ломалось, загаживалось съемщиками, захламлялось чужаками - Войковская.

Единственное место, где я пришла и с остротой боли поняла - я готова заснуть здесь как есть, в форме, обутая, на чужой кровати. в прокуренной комнате.

Что подарить тебе, дом? Ладонь за сына, голову за дочь? Что в огонь бросить, что бы врасти в тебя корнями, чем дарить тебе жизнь, новоявленный?

Что я могу дать тебе?