Стоял и смотрел.
Смотрел ей вослед как преступник,
Который пред казнью на синее небо взирает.
Как жаждущий смотрит на воду.
Как смотрит на Музу поэт, когда та на Парнас улетает.
Как птица - на волю из клетки, цыган - на чужого коня.
Как древний старик на стрелой пролетевшие годы.
Иль как пилигрим на мираж средь знойной пустыни.
Стоял и смотрел.
Смотрел, как она уходила, белея, краснея, чернея на фоне заката.
Зачем-то, куда-то. Вперёд и вперёд, приближаясь к неведомой цели.
И прочь от меня! Удаляясь, увы, от меня. И совсем без оглядки.
Стоял и смотрел.
На неё. Вглубь себя. В неизвестность.
Или в никуда. В солца диск. В сердца кровь. На закат.
Стоял и смотрел.
И не мог осознать, что случилось.
Как будто бы кто-то вдруг взял меня околдовал!
Не мог шевельнуться. Не смел закричать, чтоб осталась.
Застыл, онемел, обезумел и остолбенел.
Стоял и смотрел.
И не видел ни зги - как ослеп вдруг!
Нет, видел, конечно, но так, как мы видим ничто -
Не воспринимая, не осознавая, смотря лишь.
И видя лишь фон, красный фон, а на фоне пятно.
Пятно как бельмо. Красно-белая грёза ташиста.
Стоял и смотрел.
И сморгнувши вдруг, понял - слеза!
Прозрачною каплей, росиночкою драгоценной
Прилипла к реснице, повисла, закрывши обзор.
И в ней отразилось невинное белое платье
На призрачном фоне багряно-помадного неба.
Волшебная линза! Магический чудо-хрусталик!
Свет воспоминаний. Слезинка - как шар колдовской!