— Какие слова для вас самые важные и любимые?
— Я перешла к осознанному отбору слов. Часто оперирую словами «свет», «любовь», «красота», «справедливость», «милосердие». Я ищу их везде: в сценариях, пьесах, в жизни.
— Вы сейчас живете в Лондоне. Часто бываете в Москве? Какие слова, по-вашему, характеризуют реальность здесь?
— Раз или два раза в месяц я бываю в России по делам фонда. Приезжаю уже гостем, забываю названия улиц — удивительно, насколько меня захватила жизнь в Англии. Я часто слышу здесь: кошмар, ужас, пробки. Люблю ли я Москву? Наверное, нет. Мне не хватает в ней зелени, воздуха. Я люблю ходить пешком, а Москва не приветствует пешеходов, она не для идущего пешком человека. А Лондон — это зелень, парки, сады. Это культура: если я кому-нибудь нечаянно наступила на ногу, оборачиваясь, я встречаю улыбку и извинение в ответ. Видимо, это значит: «Извините за то, что я был у вас на пути». Это и меня саму научило автоматически отвечать на такие ситуации улыбкой и извинением, кто бы ни был виноват. А в Москве, когда я еду в метро, на мою английскую улыбку и извинение реагируют испуганно, чуть ли не зло. Для москвичей сказать грубость друг другу — обычное дело.
Если вы чего-то сильно желаете, а у вас постоянно это отнимают, наверняка жизнь ведет вас к чему-то другому
— Существуют ли слова, по которым вы опознаете своих и чужих людей?
— Мне будет сложнее с людьми, которые говорят: «Какой ужас! Какой кошмар! Они такие ужасные люди!» С людьми, которые говорят с отрицанием и осуждением. Я держусь изо всех сил, чтобы не начать критиковать в ответ и учить жизни. А хорошо мы друг друга поймем с людьми, которые говорят: «Это так интересно! Я так это люблю!» Мне кажется, что слова кодируют и заряжают нашу реальность. Если мы постараемся отслеживать страх, гнев, ненависть, раздражение и переводить их в другое русло, но не лукавить, а действительно пытаться замечать хорошее, то мы сможем хотя бы вокруг себя создать более гармоничную и экологичную реальность. Она не будет оторвана от окружающей действительности: даже в испытаниях и проблемах можно увидеть, зачем они нам даны. Если вы чего-то сильно желаете, а у вас постоянно это отнимают, наверняка жизнь ведет вас к чему-то другому. Главное — не отчаиваться и доверять жизни.
— Вы занимались сбором средств на благотворительность в России и Великобритании. Какие слова способны побудить к сочувствию и помощи русских людей и англичан?
— Для англичан более важна логика и история успеха: вот что было до того, как мы начали, и вот что стало через семь лет. А с русскими людьми я использую слова, которые выражают эмоцию, но ни в коем случае не жалость. Например: «Это здорово! Это так приятно — помогать другому, это делает сильнее!» Русским людям важно, как они сами чувствуют себя, когда помогают другим, чувствуют ли они от этого прилив сил, внутреннюю улыбку.
— А почему не жалость?
— Жалость — это сесть рядом, сделать брови домиком, послушать рассказ мамы о том, как она страдает со своим больным ребеночком. Поначалу я так и делала. Но постепенно поняла, что жалость — это просто разрушительное чувство, оно негативное, потому что отрицает самое главное: веру, надежду и любовь к жизни. Мы тратим наше время впустую, когда его можно потратить на шутку, на иронию над самим собой. Я даже не позволяю нашим подопечным много жаловаться. Чуть-чуть могу позволить, а потом напоминаю: «Все, давай не будем об этом. Смотри, как вам повезло, вы у лучших врачей, у вас лучшие лекарства». Зачем мне делить с ними их боль? Нужно поделиться радостью жизни, любовью, заразить их здоровым духом! Мудрые и сильные мамочки на вопрос «что вам привезти» всегда говорят: «Диночка, нам ничего не нужно, у нас все есть. Просто поговори с нами, давай посмеемся». Я знаю, что у них нет того, сего, что можно привезти что-нибудь из еды, но они об этом не просят, только о поддержке.
Когда я была полна страхов, раздражения, недовольства, этим был наполнен мой язык, и реальность была соответствующей
— А что можно сказать ребенку, чтобы он не боялся, поверил в хорошее?
— У меня две маленькие девочки: три года и четыре года. Это время, когда сознание взрослеет, а все непонятное страшно. Но ребенок накрепко связан с мамой, и если мама сама испытывает замешательство и страх, ребенок не поверит никаким убедительным речам. Я рада, что у меня снова появились маленькие дети (моему старшему сыну уже 23 года). Вместе с ними я снова прохожу этот важный урок доверия и любви к жизни. Доверие — очень интересное слово: до-верить. У тебя нет доказательств, а ты взял и сам дополнил свою веру. Принял, что в этой комнате много хорошего, пусть она и темная, — и свободно входишь. Когда я была полна страхов, раздражения, недовольства, этим был наполнен мой язык, и реальность была соответствующей. Благодаря тому, что у меня появились две маленькие девочки, я стала отслеживать свои мысли и трансформировать их в позитив. Теперь я уже делаю это с первой попытки, с первой мысли. И моя реальность вокруг отзывается, меняется, притягивает хорошее.
— Существуют ли для вас антислова?
— Да, есть. Каждое слово имеет энергетический заряд. «Проклинаю», «ненавижу», «убью» — хочешь ты или не хочешь, они имеют свою энергетическую массу. Я недавно работала над моноспектаклем и отказалась от него перед самой генеральной репетицией. Это был спектакль по Жану Кокто, пьеса была написана для Эдит Пиаф, «Дуэт для одного голоса». Но работа над ним так меня мучила и разрушала, что я решила остановиться. Там были такие слова: «Я хочу ее убить», «Я тебя убью», «Это ты сделал! Это ты виноват!» Я в это не верю и не считаю, что кто-то может испортить нам жизнь. Мы сами позволяем это делать своими страхами и недоверием. Сейчас я работаю над другим спектаклем, он про то, как важно говорить «нет», делать свой личный выбор. Это тоже будет моноспектакль, в Лондоне, в театре German Street. Пьесу мы пишем сами, режиссер, драматург и я, там есть элементы и из Жана Кокто.
— Есть ли слова, которые детям лучше не знать? Литература, которую им не нужно давать читать?
— Пока они растут, крепнет их сознание, очень важно вложить в них доверие к жизни, бесстрашие и любовь. И есть вещи, которые им до поры не нужно смотреть, слышать и знать. Это сами родители могут определить, это только наша ответственность. Общество очень сильно формирует людей, но это только потому, что родители недостаточно вкладываются в своих детей.