Глава 4. Одесский гламур

Немного одесского калорита
Иду с Саввёнком из детского магазина, огибаем привоз, стараюсь держаться от него подальше, а то там слишком много колорита для моей неуравновешенной психики такое обилие эмоций вредно. Шкандыбаю (другой глагол не подходит к одесским дорогам) с коляской по трамвайным путям к Старосенной площади, навстречу по путям идет одесситка: 2х метрового роста блондинка, с длинными выбеленными локонами и густой челкой, яркий макияж - алые губы, темным подведены глаза, для 11 утра довольно-таки броско, черты лица грубоватые, я бы даже сказала, мужские, но при этом, она довольно обаятельна, что-то в ее лице притягивающее было, какая-то сила... я шла навстречу ей вдоль путей, поэтому смогла достаточно хорошо ее разглядеть: белоснежная кожаная куртка с большим песцовым воротником распахнута настежь, притом, что я очень замерзла и зубы мои стучали очень громко и ритмично, кофта под курткой была легкая, вся в стразах и с ярким рисунком, мини-юбка и высоченные черные ботфорты.  В руке сигарета, шаг широкий.
Уже почти поравнявшись со мной, испалинша как заорет, меня чуть не снесло от ее напора
"Шо ты делаешь, дЭбил! Тебе шо бордюр этот жить мешает?" 
Я, как и многие, обернулась поглядеть на оппонента дамы в белом, это был некто в черной шапочке-плевочке и в щетине, а-ля таджикский интеллигент, но только одесского разлива, который сидел на полуотвалившемся бордюре и ногой доламывал то, что еще не доломали до него.
Вы понимаете: ей не все равно... она не может быть в стороне. Эта сопричастность ко всему - чисто одесская фишка, до всего ей есть дело, она во все вмешивается и считает себя компетентной, как же это трогательно, по-одесски.

Глава 5. Пляжное настроение

Одесса, товарищи, встретила меня в виде Саввушки с букетом роз в аэропорту. Он так побежал ко мне, так сильно обнял, так был нежен и не верил своим глазам, все проверял - я это или не я. Он такой трогательный и заботливый сынок, целует меня и сразу вытирается после этого, чистоплотненький. Самое поразительное, что при всем при этом у него оказалась температура и, как выяснилось позже, он едва держался на ногах от усталости и интоксикации, вызванной вирусом. Всю ночь мы с бабушкой пытались справиться с высокой температурой, ребенок послушно отдавался нам на расправу, только заставить его выпить бифидум-бактерин, потому что хворь оказалась кишечным гриппом, так и не смогли. Спустя полтора дня мальчик был здоров, и в воскресенье мы все-таки отправились на море.
Савва категорически не купается в море. Вообще никак. "Я еще маленький, а море - большое, оно только для кораблей". Зайти в воду - Боже упаси. Только набрать в ведёрко водичку и помыть от песка руки и сразу назад. С подружкой Асей они весело резвятся на пляже, строят черепаху и ломают чужие замки.
Покупаться мне удалось не с первого раза. Савва был против, поэтому пришлось улучить минутку пока он был задействован Асиной мамой на строительстве очередной черепахи, я окунулась, поплавала в теплом супчике из водорослей, целофановых пакетиков, детей с нарукавниками и целующихся парочек со сгоревшими носами. Удовольствие при этом я все-таки получила. Потому что это был мой первый купальный опыт в этом сезоне и антураж был не так важен.
На пляже негде яблоку упасть - выходные знаете ли. Публика была разношерстная, как водицца, простите за мой албанский.
Мы ходим почти всегда в "Отраду", потому что нам этот пляж ближе всего. Как я подозреваю, он ближе всего не только нам. Чтобы добраться непосредственно до воды от нашей подстилки нужно переступить: через двух неравномерно пигментированных бабушек в цветастых выцветших купальниках, жующих отварной картофель с маслом и укропом под мариновые огурчики и свежие помидорки, которые при надкусывании брызгают на соседнюю подстилку, где сидит смуглое семейство любителей пива в черных купальных костюмах, настолько все похожие между собой, кажется, что еще чуть-чуть и их малолетний сын, копающийся неподалеку в песочке, тоже возьмет пивасик и присядет покурить на подстилку с ревящим из радиоприемника шансоном, от которого высокомерно воротят нос две изнеженные тётеньки с фосфорисцирующим маникюром и кожей цвета мокрого асфальта, с густо нарисованными бровями, алыми губками, пергидрольным лакированным начесом и безграничным высокомерием, которые и рады бы сидеть сейчас на пляжах копакабаны, но вот надо же, досада, кто-то должен и это пляж собою украшать, "да не плюйтесь вы в песок, ублюдки", периодически аппелировали они изнеженной скучающей парочке на старом повидавшем всякое махровом полотенце, целующейся и чистящей бычков прямо в песок, который благодарно принимает в себя окурки и плевки лежащих рядом молдован и сосредоточенно выдавливающих друг другу прыщи на спине, ребенок которых совершенно обособленно, как беспилотный модуль, слоняется по пляжу, отбирая игрушки у других детей, с Саввой, увы, этот номер не проходит, мой сын свои игрушки так просто никому не отдает, взять другие - всегда пожалуйста, но вот свои - это надо заслужить... Короче, каждый раз проходя к воде, ты словно попадаешь в очередную серию фильма "Lost".
Завтра попробуем пойти на платный пляж, надеюсь моих отпускных на один разочек хватит.
Шлю вам пламенный привет и луч теплого одесского воздуха, как из фена, погрейтесь москвичи и москвички.

Глава 6. Пляжная. Продолжение.

Если вы решили сесть в 5 трамвай в 9 утра в Одессе возле железнодорожного вокзала, чтобы доехать до канатной дороги, вы должны знать 2 вещи:
1. одесситы страшно заботливые люди
2. одесситы мягкие и теплые.
Подхватив Саввенка на ручки, Доктор С. влезла на подножку самой последней. Трамвай уже отправлялся и какой-то высоченный мужчина с огромным шнобелем и щеткой черных усов под ним, словно котенка за шкирку втащил офигевшую С. в вагон. А теперь представьте, что вы попали в теплую фаршированную рыбу, которая уже вот-вот будет готова и золотится в духовке под 180 градусами, источая ароматы розмарина и базилика, представили? Так вот, в одесском трамвае раз в 5 жарче и ароматней. Мягкие влажные тела так сильно об тебя трутся, что просто кажется, что интимнее и быть не может и на следующей остановке вы уже обязаны на них на всех жениться. Савва - мальчик изнеженный и наглый - заверещал, что его место у параши у окошка, до которого, прости Господи, 1,5 метра сквозь жар и пот, сквозь лифчики, лямочки, маечки и голые торсы, но проще пробраться к окну, чем заставить Савву замолчать. Все места, естессна, заняты гордого вида старушками, которые пышут здоровьем, сверкают пятнистым загаром, глядят на этот испорченный мир сквозь черепашьи очки времен обороны Порт-Артура, постукивают своими наманикюренными ревматоидными пальцами по пляжному редикюлю и нервно обмахиваются старым китайским веером: "Шо такое, шо вы на меня кричите, Господи, зачем ребенка сувать в этот душный трамвай, Боже, шо пройтись трудно?" "Женщина, да не будьте вы др(я)анью, уступите мамаше место!" "Шо? Это вы меня дранью обзываете, оборвыш недорезанный? Скока мушщын сидит нагло и делают вид, шо их не касается, шо нещастная женщина в этом душном гадском трамвае с вопящим ребенком на руках стоит, бедненькая, и не одна тварь не пошевелит жопой!" "Женшына, шо вы-таки орете прямо с утра и прямо на людей? Шо вы настроение людям портите?" "Шо? Я порчу? Да ты на себя посмотри, козёл!" "От же ж дура старая" "Шо?!!!"...
"Наступна зупынка Пироговська".
"Наша остановка, Саввушка, выходим".
И как пасту из тюбика нас выдавили из доброжелательного трамвая, практически живыми, почти без жертв, разве что кепку в трамвае оставили нашу любимую в клеточку, на память об интимной близости с одесситами.
Уже 2й день подряд Доктор С., как ленивая мамаша, не таскает отпрыска на руках по лестнице к морю, а запрыгивает с сыном в кабинку канатной дороги и получает эстетическое наслаждение от видов, открывающихся с высоты верхушек акаций на море, парусники и туманные тени кораблей на рейде, и дарит ребенку массу удовольствия: он радостно облизывает спинку сидения, вцепившись в которую едет к долгожданному морю, к корабликам, которые пускает в детском бассейне и к детской площадке, которую отрыла Доктор С. на по-европейски ухоженном пляжике возле самой канатной дороги.
Пляжик очень чистенький, прям игрушечный, словно для Кэна и Барби: песочек отборный, просеянный, пластиковые детские горки и качельки, куча пляжного савочно-песочно-ведерочного детского инвентаря, удобные шезлонги под зонтиками, снующие загорелые спасатели-официанты в одном лице.
Доктор С. комфортно расположившись неподалеку от детского бассейника, возле которого самодостаточный Саввка мило тусуется сам с собой и в бесконфликтном общении с рядом копающимися детьми. Доктор С. читает книжку или слушает музыку, периодически поглядывая на Саввёнка. Вот он рай.
Искупнуться Доктор С. тоже себе позволяет как белый человек: усаживает Саввку в шезлонг у воды, идет плавать сколько влезет под его наказ: "мам, тока далеко не заплывай". Напомню, что Савве - 2,5 и он страшно боится воды, вернее относится к ней с почтением и опасением, поэтому старается по-минимуму контактировать. И мне так жаль мамочек, которые беспрерывно вытаскивают заползающих правдами и неправдами в воду ребятишек, не имея возможности искупнуться хоть разочек в свое удовольствие.
Ваша шоколадная отдыхающая Доктор С.