Тепло в дом дали вчера: щедрый подарок нашей жилконторы к осеннему равноденствию - постоянно горячие батареи вместо обещанного периодического протапливания. Так что на кухне снова все время открыто окно, и соляные лампы больше не нужно жечь круглосуточно. Постиранное белье сохнет в считанные часы, мох в цветочных горшках возмущается и требует дополнительной влаги. Привезенный из деревни обогреватель тихо выдыхает в углу, гордо посматривая на батареи - вас трое, неудивительно, что справляетесь, а я нес эту вахту один!
За окном весь день сеется дождь, мир скрыт серебряной паутиной тумана, как шелковой кисеей. В кронах деревьев почти нет ни багрянца, ни золота, тополя сбрасывают скрученную сухую листву, что сворачивается спящими улитками прямо на ветках. Стволы зеленеют все больше, за мокрое лето покрывшись мхом на всю высоту.

Перебирая карты, бросил взгляд на алтарь, внимание соскользнуло на раскрытую ладонь Кали - и Ллевеллин тут же уронил мне на колени Арауна, сочтя его максимальным соответствием.
Сильное время. Суровое и горько-терпкое, как выдержанное красное сухое вино, отплеснутое из бутылки в глиняную кружку. Первый глоток со вкусом пыли, второй - с привкусом крови, третий - полный полынью и хлесткими ветрами, что веют из распахнутых врат.

http://gerdh.livejournal.com/1343697.html