Начальство бывает разное. Иной начальник кричит в лицо, слюни летят аж на противоположную стену кабинета, шум стоит такой, что шальная муха в приёмной глохнет и теряет ориентацию, а американский спутник-шпион фиксирует мини-землетрясение. Только вот из подчинённых никто этого шума не боится. Ну поорал, прокричался, сделал выговор, а работяги идут из кабинета и посмеиваются.
Но есть начальники другого рода. Тихие и спокойные, только на пороге кабинета этого человека ноги непроизвольно начинают заплетаться, дрожат руки, а я зык даже в своё оправдание отказывается хоть что-то говорить вразумительное. Если же у такого человека дело дошло до крика, то там любой на расстоянии прямой видимости/слышимости начинает, как говорится, класть кирпичи.
Нет смысла угадывать к какой категории относился Сталин. Порой даже одной вскользь брошенной шутки хватало, чтобы оооочень высокопоставленный человек отправлялся улучшать спичечную промышленность СССР с самого начального этапа производства, то есть непосредственно на делянке в Сибири.
Тем не менее, некоторые люди Иосифа Виссарионовича не то чтобы не боялись... им было совершенно всё равно. И это вызывало если не уважение со стороны Сталина, то понимание бесполезности любого запугивания, в том числе чёрными воронками, тройками и возможностью отправки в лагеря или даже расстрела. У каждого из числа таких людей была своя причина не бояться Сталина.
У Веры Игнатьевны Мухиной, советского скульптора-монументалиста, человека, много сделавшего для развития художественного стекла в нашей стране, такая причина тоже была.
И в первую очередь, отразить его образ в граните или, на худой конец, в стекле. Что интересно, со стороны сталинского окружения к ней постоянно, несколько раз в год, приходили запросы сделать скульптуру Сталина к какой-нибудь праздничной дате. Ведь не секрет, что лизоблюдство среди людей искусства в то время процветало: картины вождя, бюсты, статуи штамповались сотнями если не тысячами. Каждый средней руки художник считал своим долгом нарисовать ЕГО.
Кроме НЕЁ!
Мухина никогда, НИ РАЗУ ЗА ВСЮ ЖИЗНЬ не выпускала из под своего резца образ Сталина.
Причина этого крылась в её муже - Алексее Андреевиче Замкове - известном враче, хирурге, терапевте, урологе. Замков в своё время предложил нетрадиционный способ лечения, которым активно пользовалось окружения Сталина. Однако в 1937 году он попал в опалу, были ликвидированы все его родственники, институт, которым он руководил, расформирован. Всё это стало причиной двух инфарктов и скоропостижной смерти.
Естественно, Мухина простить такое не хотела и не могла. Местью скульптора стал сознательный отказ всем "просящим" и "намекающим" сделать скульптурный портрет Сталина.
В конце концов, зимой 1951 года ей сделали предложение, от которого нельзя было отказаться, надавив на самое больное: шестая сталинская премия с очередным орденом или судьбу отца повторит сын. И тогда Вера Игнатьевна пошла на хитрость, сказав "намекающему", что: сделать скульптуру вождя она сможет только при одном условии: работа будет вестись с натуры и займёт не менее трёх месяцев.
Сталину передали ответную просьбу Мухиной о согласовании времени позирования, на что он собственноручно написал:
- Уважаемая Вера Игнатьевна, в ответ на вашу просьбу поработать могу сказать, что я готов не раньше, чем весной.
Однако, время для позирования постоянно переносилось самим Сталиным. До 1953 года, когда вождя не стало, ни одной встречи для натурной работы так и не произошло. Даже после его смерти она не согласилась сделать посмертную скульптуру.
Вера Мухина пережила Сталина ровно на 7 месяцев.
Вера Игнатьевна Мухина скончалась 6 октября 1953 года в Москве. Причиной смерти стала стенокардия. Похоронена на Новодевичьем кладбище (уч. 2)
Мухина, Вера Игнатьевна (19 июня [1 июля] 1889, Рига, Лифляндская губерния, Российская империя — 6 октября 1953, Москва, СССР) — русский скульптор советского периода, работавшая в Москве, последовательница круга московских кубистов, в последующем — идеолог «социалистического реализма», педагог; супруга врача-терапевта Алексея Замкова. Создательница одной из самых известных скульптур сталинской эпохи — колоссального монумента «Рабочий и колхозница». Одна из первых действительных членов Академии художеств СССР (с 1947). Народный художник СССР (1943), лауреат пяти Сталинских премий.
Семья
- Отец — Мухин Игнатий Кузьмич (1857—1903). Описывая жизнь купца И. К. Мухина, газета «Рижский вестник» в 1892 году показывала благотворительность как венец жизни этого человека. Молодым человеком 15-16 лет он приехал в Ригу в 1850 году, где занялся торговой деятельностью в конторе своего отца, торговый дом которого имел представительства во многих городах. Но не достижения И. Мухина в торговом деле интересуют биографа, а то, что 35 тысяч рублей тот внёс в Садовниковскую богадельню, заново отделал Благовещенскую церковь и устроил там хор, в Покровском соборе устроил иконостас, учредил именные стипендии в мужской Александровской и женской Ломоносовской гимназиях.
- Мать — Мухина (дев. Мюде) Надежда Вильгельмовна (1861—1891).
- Сестра — Мухина Мария Игнатьевна (1887—1940). Эмигрировала из России.
- Муж — Замков, Алексей Андреевич — профессор медицины, один из прототипов профессора Преображенского из повести Михаила Булгакова «Собачье сердце»)
- Сын — Замков Всеволод Алексеевич (1920—2003) — физик, кандидат физико-математических наук. Был заведующим кафедрой физики Ленинградского мединститута. До седьмого класса Всеволод (дома его звали Волик; его именем назвал своего героя автор повести «Старик Хоттабыч») не ходил в школу, а учился дома — сказались последствия костного туберкулеза, развившегося на фоне травмы). В 1938 году поступил на физический факультет Московского университета, который окончил в 1947 году.
Награды и звания
- Заслуженный деятель искусств РСФСР (1942)
- Народный художник СССР (1943)
- Сталинская премия первой степени (1941) — за скульптурную группу «Рабочий и колхозница» на ВСХВ (1937)
- Сталинская премия второй степени (1943) — за скульптурные портреты полковников Б. А. Юсупова и И. Л. Хижняка (1942)
- Сталинская премия первой степени (1946) — за скульптурный портрет академика А. Н. Крылова
- Сталинская премия второй степени (1951) — за скульптурную группу «Требуем мира!» (с соавторами)
- Сталинская премия первой степени (1952) — за памятник М. Горькому у Белорусского вокзала в Москве
- Орден Трудового Красного Знамени (10.05.1938) — за успешную работу по постройке советского павильона на Международной выставке в Париже 1937 года Орден «Знак Почёта» (1945)
- Орден «За гражданские заслуги» (Болгария)
- Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.»
- Медаль «В память 800-летия Москвы»