За лето прочитала несколько книг: Хемингуэй "Прощай оружие", Ремарк "Три товарища", Кобо Абэ "Чужое лицо", Дали "Дневник гения". Первые две были прочитаны одна за другой и на удивление с очень похожим сюжетом. Возлюбленная главного героя в конце умирает. Аж жутко стало от такого совпадения! Но любовь, которой окружены девушки в обоих книгах - это нечто!
А вот ещё совпадение - были мы тут неделю назад на свадьбе и вместо прогулок по памятникам, гостей повели после ЗАГСа в художественную галерею. Я была в восторге от осознания того, что такие ценные нашей стране ОРИГИНАЛЫ находятся в нашем городе, в Смоленске. Всю это благодаря Тенишевой, которая при жизни собрала великолепную коллекцю, а потом подарила все картины городу. Одна картина меня поразила больше всего, т.к. о ней я прочитала буквально накануне в дневнике Дали. Это, конечно, не Рубенс, но картина сильнейшая! Фотографировать в галерее нельзя, поэтому выкладываю Рубенса.
Картина называется "Отцелюбие римлянки".
Легенда, изложенная древнеримским историком Валериусом Максимусом, гласит, что Кимон был осужден на голодную смерть. Его дочери Перо разрешили приходить в тюрьму каждый день ухаживать за ним: умывать, давать пить, менять солому… День за днем отец становился все слабее и слабее. Не в силах видеть пытку умирания, она решила поддержать его – и дала ему грудь (дочь незадолго до этого родила и кормила грудью своего младенца).
Сколько времени это продолжалось? Никто не знает. Никто не знает потому, что все, написанное об этой истории Валериусом Максимусом, уложилось в три строчки. Можно предположить, что довольно долго. Известно, что человек может прожить без пищи месяц. Кимон голодал не день-два. Может быть, что и 2, и 3 недели. Власти ждали его смерти, а Кимон все не умирал. Никто не мог понять причины такой живучести, пока тюремщики не проследили за Перо.
Естественно, они доложили: мол, так и так, смерти Кимона ожидать не приходится, потому что дочь подкармливает его грудью. Как пишут историки, ей это грозило смертью: кормление взрослого грудью приравнивалось к инцесту, кровосмешению. Ее могли осудить и казнить. Перо это знала, но любовь к отцу взяла верх над страхом собственной смерти.
Власти оказались в тупике: с одной стороны – Перо преступница. С другой стороны – с какой благородной целью это делалось: продлить жизнь отца, насколько это возможно. При всей жестокости нравов древнего Рима судьи приняли решение освободить Кимона и не наказывать Перо.
За что осудили Кимона, Валериус Максимус не упоминает. Одно можно сказать определенно, что Кимон был не раб и не простолюдин. Это был патриций. Поэтому его не отправили на съедение зверям, не повесили, не отрубили ему голову.
Хотя иногда и патрициев казнили всеми перечисленными способами. Но, видимо, преступление было таким, за которое полагалась лишь голодная смерть. А может быть, его заслуги перед Римом были настолько значительны и признаны, что его решили казнить «тихой смертью»?
В древнем Риме морили голодом граждан верхних слоев общества, в частности, женщин из семей патрициев. Это могла быть и супружеская неверность, и соучастие в убийстве. Пишут, что весталки, которые потеряли девственность, тоже приговаривались к голодной смерти.
За какое преступление осудили Кимона – не имеет значения. В памяти людей его имя осталось благодаря самоотверженной дочери.
К этому сюжету художники обращались уже с момента, когда эта история стала известна. И, возможно, еще до того, как ее записал Валериус Максимус. В Помпеях есть фреска, датированная первым веком нашей эры, на которой изображены Кимон и Перо.
Что в этом привлекало художников? Несомненно, готовность к самопожертвованию. Рубенс писал этот сюжет дважды: в 1612 году и в 1630 году.
Возможно, «Отцелюбие римлянки» – как бы символ исполнения долга перед родителями, своеобразное покаяние. Покаяние в том, что она не получила от него сыновней любви.