Я и сама не халда.
Однако мы с мамой вопрос гигиены воспринимали всегда спокойно.
Убирались, конечно, по мере необходимости, но культа из этого не делали.
Есть время – пропылесошу и пройдусь тряпкой по всем доступным поверхностям.
Нет – до определенного момента могу и потерпеть.
Пыль меня не пугает.
Убеждена: испарения от современных чистящих средств, досей-мосей и прочих,
гораздо вреднее для организма, чем легкий налет пыли на комоде или даже клубок из нее же под ним.

Увы, я недооценила масштабов грозящей мне катастрофы.

На исходе того же дня, не успев открыть дверь и чмокнуть меня в щеку, мой благоверный озабоченно поинтересовался:

– Ты разве сегодня не пылесосила?

Я даже не поняла, о чем он.

– Виталий, мы ведь вчера с тобой вымыли всю квартиру.

– Вот именно, вчера, – многозначительно произнес он.

– А что со вчерашнего дня изменилось? – с изумлением посмотрела я на ковровое покрытие в прихожей. Может, я что-то просыпала и не заметила? Да нет. Совершенно чисто. Ни пылинки. О чем я Виталию и объявила.

Он скривил губы.

– Пыль образуется каждый день, и пылесосить следует ежедневно. Вот ты сегодня этого не сделала, а завтра будет уже заметно.

– Глупости, – отмахнулась я. – Мы с мамой пылесосили не чаще раза в неделю. И ничего. Нормально.

На лице его воцарились скорбь и сострадание, с какими суровый, но справедливый пастырь выслушивает исповедь прихожанина, погрязшего в тяжких грехах. С трудом сдерживаясь, он отчеканил:

– Твоя мама вольна поступать как знает. А я привык дышать свежим воздухом.

– Для этого надо жить не в Москве, а на Тибете, – парировала я. – Да и там при современном состоянии экологии наверняка не всегда чистый воздух. Слушай, милый, что мы спорим из-за какой-то ерунды. Ты пришел, я по тебе соскучилась. К тому же я так устала, целый день работала.