Тяжёлый случай
Все! Это конец! Первой мыслью при встрече была мысль о чесноке, куске мела и осиновом коле. Она не была страшна. Она была специфической. Сначала я хотел убежать, но ноги, почему-то стали ватными, а руки слегка онемели. «Ты хочешь убежать?» - спросила она. Нет, блин, я хотел просто раствориться, исчезнуть, превратиться, во что- нибудь маленькое и не заметное. Мне вполне подошел бы облик муравья или на худой конец полудохлой гусеницы, но... Нет.
[показать]
«Я ведь хотел встретиться с тобой...наверное». Она улыбнулась. Не надо было этого делать. Я ведь не Ван Хельсинг. Арбалета с маленькими, такими осиновыми стрелами у меня нет. А жаль!

Мы встретились в центре города, до церкви было далековато, и святая вода тут тоже не помешала бы. «Куда мы пойдем?». Ну не знаю! Я бы с удовольствием пошел в лес и потерялся там, и ходил месяц без воды, пищи и сигарет, а когда, наконец, вышел к людям то сказал бы им слово.

Я сказал бы «Люди! Никогда не пытайтесь познакомиться по интернету! Потому что это есть зло. Потому что вы никогда не сможете спокойно спать без вскриков и вздрагиваний и ночное недержание это самое малое, что будет итогом подобного знакомства ». Так я подумал. Но мама воспитала меня культурным человеком (напрасно она это сделала!) и я спросил в ответ «А куда бы тебе хотелось?». Только бы в кино, только бы в кино, там темно, там ничего не видно, оттуда можно убежать через окно мужского туалета. «Пойдем пока просто погуляем по парку». Это она сказала или мне послышалось? Ну, пусть мне послышалось…ну пожалуйста! «Что ты сказала?». «Просто погуляем. Погода хорошая, а потом зайдем куда-нибудь, посидим ». Единственным моим желанием было посидеть с ней на колу. Я бы выдержал и это. Но…Культура.

Она взяла меня под руку. Я вздрогнул. Она слегка коснулась меня плечом. Я покрылся холодным потом. Она повернулась ко мне лицом. Я закрыл глаза и решил, что быть слепым не так уж и плохо. Мы пошли. Шли мы - целую вечность. Маленькие дети, почему то начинали истошно плакать, глядя на нас, а отряд конной милиции, патрулирующий парк, бодро пришпорил лошадей и скрылся быстрее ветра в густых зарослях акации. Я захотел стать лошадью и скрыться там же, но меня держала крепкая рука. «Почему ты молчишь?» - спросила она – «расскажи, что-нибудь интересное про себя». Ну что я мог рассказать? Я мог бы поведать ей про то, что вот уже с полчаса как я хочу в туалет по большему, по маленькому, по среднему и еще черт знает по какому. Про то, что у меня давно отнялась рука от ее стальной хватки. Про то, что, увидев ее, я понял – не зря бабушка в детстве говорила «Не будешь слушаться – Бабайка придет!».

Бабайка задержался в пути лет на тридцать. Но все-таки нашел меня и готов был утащить в свою нору или пещеру или…ну где они там живут? Это видать знала только бабушка, но секрет она унесла с собой в могилу. Бабайка был сильно занят все эти годы и добрался до меня тогда, когда я уже перестал верить в его существование. Зря!!! Можно было попробовать неожиданно спуртануть. Я когда то неплохо бегал на короткие дистанции. Но я не был уверен, что у нее не вырастут крылья, не обнажаться клыки (хотя куда уж больше им обнажаться) и не удлинятся когти (вот здесь резерв еще был) и я не упаду с разорванным горлом аккуратно объезжаемый конной милицией. Взвесив все «за» и «против», я сказал - «Я просто стесняюсь». Ага, и до смерти боюсь. Но это я уже подумал. Она улыбнулась. Я едва не потерял сознание. «Пойдем, выпьем» - предложила она. Мой взгляд стал лихорадочно обыскивать уголки парка в поисках табличек «ЛУЧШИЕ ЯДЫ», «ВЫПЕЙ И УМРИ», «СНАДОБЬЕ ОБОРОТНЕЙ», ну наткнулся только на скромную вывеску «КАФЕ».

«Пойдем» - я постарался, что бы в голосе было как можно меньше обреченности, но ей было уже все равно. Чуть ли не вприпрыжку она потащила меня к двери заведения. Администратор был расторопный малый, но все равно не успел вывесить табличку «Закрыто» перед нашим носом и мы заняли свободный столик. В прочем через пять минут все столики были свободными. Люди покидали зал, словно объявили воздушную тревогу. За барной стойкой официанты кидали жребий, кому же выпадет счастье нас обслужить. Тот, кому повезло меньше всего, трижды перекрестился, поцеловал нательный крест и, стараясь не смотреть прямо, подошел к нам. «Что будете кушать?»…Потом наклонился ко мне и прошептал - «Хотите я пошлю в аптеку за стрихнином?…бесплатно…». «Нет. Спасибо! Думаю, это ее не возьмет. Разве только серебряные пули. У вас есть серебряные пули в меню?» Официант грустно улыбнулся. «Что ты будешь?» - спросил я. « Ну…я бы выпила водочки. Только я когда выпью становлюсь такой распущенной!!!» - кокетливо ответила она. И подмигнула. Наверное. Потому что глаз у нее не переставал дергаться с начала нашей встречи. Хреновый вариант. Меня бросило в жар от подобной перспективы. Но может, если удастся ее напоить, то я слиняю по тихому?


Официант подносил шестую бутылку водки…Меня два раза тошнило под стол, но ее это не смущало. Ее вообще было трудно чем либо смутить. Окно в туалете было слишком маленького размера, а она уже трижды порывалась выпить со мной на брудершафт. Персонал ставил ставки против меня двадцать к одному. Она улыбалась. У меня покатилась слеза. «Ах! Какой ты робкий! Ну, поцелуй меня. Тебе же хочется?» Все что мне хотелось это умереть своей смертью от старости в постели. «Хочешь, поедем ко мне? Я покажу тебе в постели такое…»…Я хотел умереть в СВОЕЙ постели, но в чем-то видать провинился перед небесами и вот уже такси везет нас, куда-то в ночь. Таксист посмотрел в зеркало заднего вида, вздрогнул, машина вильнула на абсолютно сухой дороге, и оторванное зеркало полетело на асфальт. «Приехали! Денег не надо! Акция!» - протараторил водитель и ударил по газам. Мы остались одни перед дверью ее подъезда. Все! Это конец! «Ты одна живешь?» - с робкой надеждой спросил я. «С мамой» - ответила она. Надежда, сука, штука живучая. Я воспрял. « А мама не против того, что ты приводишь в дом незнакомого мужчину?». «А ее нет дома. Она уехала. Далеко. И надолго». Пипец! Приехали! «Ну, пойдем». Я был обречен. Дорога на третий этаж была похожа на дорогу в пасть Минотавра. Я люблю греческую мифологию, но не на столько. Ключ в замке повернулся с легким скрипом. Дверь распахнулась и… «Доця! Радость моя! Солнышко! А мамочка уже приехала!!!». Приговоренному к расстрелу объявили помилование. Примерно такие чувства испытал и я. «Здравствуйте! Вот привел в целости и сохранности ваше чадо. Нет…нет… Чаю не хочу, водки тоже…накушаный уже, никуда не надо уходить, я побежал мне пора. До встречи. Звони».

Куда она звонила мне не ведомо. Может в старинный вокзальный колокол, может во все двери города, но я, не взглянув предварительно в глазок, ни кому не открываю. Так …на всякий случай.





Удивительное рядом или "не злите бабушек"



Отдала я таки свой машин в ремонт. И, как минимум, неделю (если все удачно складется с запчастями) я счастливый пешеход и жизнерадостный пассажир маршруток и метро!
Кстати! Оказывается, из нашего Замкадья ходят маршрутки! Аж до метро Нерезиновска! О как!
[показать]
Но я отвлеклась.
Вчера не дождавшись маршрутки, побрела на автобус. Угнездившись уютно, рядом с работающим обогревателем, достаю плеер, втыкаю в уши. Слушаю и чувствую - что-то не то. Мешает что-то. Оказалось, напротив сел парень в орущих наушниках. Орущих. Барабанящих и какофонящих так, что они забивали звук из моих, воткнутых в уши.
Попросила парня приглушить немного звук. Он что-то такое на своем плеере подвернул, но совсем чуть-чуть, легче не стало. Ладно, думаю, черт с тобой, лень мне докапываться. И тут обернулась бабушка, сидевшая спиной к спине парня. С той же просьбой, естественно.

Парень покивал, но не внял. Второе обращение бабушки выражало сомнения в понимании и правильном толковании оппонентом ее просьбы, подкрепленное перечислением заболеваний, не позволяющих ей положительно воспринимать данное музыкальное направление. Молодой человек ответил пожеланием доброго пути пожилой женщине, добавив, что как раз собирался приглушить звук, но из присущей ему мечтательности забыл. Тут мне показалось целесообразным все же вступить в беседу, объяснив юноше, что разница в восприятии громкости звука не позволяет нам согласиться с установленным им режимом прослушивания. Юноша выразил огорчение нетерпимостью оппонентов к его музыкальным пристрастиям, после чего бабушка вскочила с места, наставила на парня грозящий перст и яростно громыхнула: "Да чтоб переломалась к ебенематери вся твоя музыка, черт глухой!!". Автобус открыл двери на остановке, и бабуля вылетела в дождь.
Набрав воздуха для спича, я выдохнула обратно, потому что звук юноша все же внезапно (!) приглушил. А дальше случилось загадочное. Минут через десять засобирался черт глухой к выходу. Потянул рюкзак за спину, а плеер с рюкзака возьми и соскочи. Провод выскочил из гнезда, плеер ударился о приступочку возле сидений, отскочил и упал на пол. Парень попытался было поймать ускользающее счастье, уронил рюкзак, поскользнулся на мокром полу и чудом не наступил на плеер. За такие пируэты в фигурном катании шестерку дают. Поднял, посмотрел и как-то обреченно сказал: "Бля, стекло разбил!" Зачем-то показал плеер мне, и снова: "Вот бабка, сука, накаркала!"
Повезло тебе, говорю. Скажи спасибо, что она не сказала "Чтоб ты сдох!"





Сказка о настоящих рыцарях



Наверное, всё началось с того, что придворные дамы перестали мечтать о принцах. И это, несомненно, было к лучшему. Принцев в королевстве катастрофически не хватало, а напрасные надежды, как известно, ни к чему хорошему не приводят. Если, конечно, вы не относите жестокие разочарования к чему-то хорошему.
Принцев в стране было всего два – брат его величества короля и его же сын.
[показать]
У первого было три недостатка – он был старым, необычайно толстым и женатым. У второго – один, но совершенно неприемлемый для воспитанных и благородных дам – единственный королевский отпрыск слишком много пил. Вернее сказать – никто и никогда не видел сына короля трезвым.
Итак, придворные дамы отбросили все свои романтичные фантазии на счёт принцев и полность преключились на более приземлённых мужчин - рыцарей. Благо, этого добра в королевстве было достаточно. Не то что бы «до жиру», конечно, но, в общем - хватало.
Дамы восхищались рыцарями. Разве может прекрасная леди остаться равнодушной при виде молодых красавцев в сверкающих латах, которые, крепко сжимая турнирные копья, мчатся на встречу друг другу на быстрых и сильных конях? Разве может смазливая дочь бедного провинциального барона не влюбиться в мужественного победителя, которому сам король вручает призовой кубок? Разве славы, благородства и богатства недостаточно, что бы завоевать трепетное сердце молоденькой виконтессы?

В общем – дамы любили рыцарей. Победы в турнирах и сверкающая сталь доспехов, богатые плюмажи шлемов и благоволение особ королевской крови, а ещё чаще - россыпи золотых монет и драгоценных камней – всё это привлекало придворных прелестниц. Уж если принцев на душу женского населения страны выходит несправедливо мало, то, поверьте, рыцарь – очень неплохой вариант для знающей себе цену леди. Менее удачливые подружки - обзавидуются. А зависть соперницы для всякой придворной дамы -факт отнюдь немаловажный.
Шло время, которое, как известно, очищает вещи и понятия от любой, может быть и нарядной с виду, но малозначительной и совершенно ненужной мишуры. Хотя, возможно, эту неблагодарную работу выполняет вовсе не время, а люди. Кто знает точно? Дело в том, что в один прекрасный момент понятие дам о рыцарях претерпело значительные изменения. Рыцари, по мнению женщин, разделились - на «настоящих» и «ненастоящих».
А всё из-за того, что в королевстве случилась война. Король отправил часть своих благородных вассалов защищать интерсы государства и многие из них не вернулись. Те, что вернулись - были в помятых и окровавленных доспехах, в рваных грязных плащах, многие были ранены и искалечены. Некоторые потеряли свои имения и земли. Они уже не принимали участия в рыцарских состязаниях, не блистали на балах и праздниках. Ну какие из них теперь были «рыцари»?
Позже, спустя ещё несколько лет, главный религиозный иерарх объявил о начале военного похода против несогласных с его убеждениями иноземцев. Возможно, дело было вовсе не в убеждениях, но большинство рыцарей отправились отвоёвывать у «неверных» землю, названную их «духовным отцом» - «святой».
Война эта, конечно же, была справедливой. Идея, как известно - превыше всего. А уж если религиозная – то подавно.
Когда сражения за «святую» землю закончились - рыцари-крестоносцы возвратились назад. Вместо армии некогда блистательных дворян через главные ворота столицы вошла горстка еле волочащих ноги оборванцев с пустыми выцветшими глазами. Изуродованные шрамами лица, полопавшиеся губы, заскорузлые руки, равнодушные, «невидящие» взгляды…
Вернувшиеся из похода воины больше не учавствовали в турнирах, не пели весёлых песен и не разбрасывались золотом, так как всё оно было потрачено во время неудачного похода. Разве могли они теперь носить благородное звание «рыцаря»?
Эти мужчины годились лишь для простушек, неудачниц, провинциальных дурочек, а не для образованных и возвышенных придворных дам.
Дамы любили «настоящих рыцарей» – великолепных придворных кавалеров, победителей дворцовых игр, блестящих франтов и гениальных, всеми признанных, поэтов. Ведь они так много могли! Выбить из седла противника тупым турнирным копьём, сочинить слюнявый сонет, осыпать любимую с ног до головы звёздами драгоценных камней.
И всё это, наверное, было бы хорошо и, даже - правильно, но вместе с понятием «рыцарь» изменилось и понятие «леди». Леди тоже стали – «настоящими» и «ненастоящими». А придворные дамы стали вскоре именоваться «дворовыми бабами», кстати - в полном соответствии с новой, ими же придуманной, системой ценностей. А, может быть, дамы ничего и не придумывали, наоборот - подзабыли кое-что…
Ведь «рыцарь» - это не только победитель турнира в блестящих доспехах, но и грязный, вонючий, умирающий от жажды и голода крестоносец, сражающийся за идею. И бесстрашный жандарм, убитый стрелой английского йомена при Азенкуре. Рыцарь - не только галантный кавалер и благородный «джентельмен», шутя выполняющий все прихоти «отчаявшейся леди», но и оставшийся без коня израненый всадник, который смеётся в лицо капитану вражеских пикинёров, прекрасно зная о том, что через минуту будет разорван на куски озверевшим от крови мужичьём-ландскнехтами.
С тех пор в королевстве всегда находились бабы, готовые поддержать рыцаря в момент его триумфа. Победителю - любая, охотно, с придыханием, прошепчет на ушко о том, что он - «настоящий рыцарь». Но настоящий рыцарь назовёт «королевой турнира» и "дамой своего сердца" лишь её - женщину, которая была рядом с ним в трудную минуту. Знаете, ведь «настоящая леди», это - «баба», которая оставалась с тобой при любом раскладе и помогла пережить суровые времена поражений. Ибо более всего достоин любви тот рыцарь, который достойно вёл себя среди невзгод. Счастья - более всего заслуживает та леди, что всегда хранила его внутри себя в виде надежды. А что до блестящей праздничной мишуры - так она, как накинутая, так и сорванная - забава людей, а не времени.

P.S. Пришлось писать Пы.Сы., так как некоторые товариСЧи (женского пола) уже успели разобидиться на аффтара за неприглядное описание представительниц этого самого пола. При этом - у аффтара сложилось такое впечатление - за всех сразу. Не хотелось бы предугадывать каменты (если они вообще будут) милых дам, но заранее отпишусь от высказываний типа «рыцарей в наше время - хрен найдёшь» и «все мужики - сволочи»…
В общем так - аффтар далеко не женоненавистник. Аффтар один из самых пылких поклонников женских прелестей, как духовных, так и материальных (имеются в виду все ваши «выпуклости» и «впуклости», милые дамы).
Разрешите напомнить вам, что это - сказка, вымысел, а не «истина в последней инстанции» и, даже, не «вопль израненой души».
Основная идея текста может не совпадать с мнением аффтора… хотя, может и совпадать.
Очень буду рад, если всё вышеизложенное будет принято и понято правильно без всяких там Пы.Сы.