Дотошные детали в этом изображении не могут замаскировать отсутствие понимания  одной из самых важных фигур моей юности.

By Jacqueline Woodson

Наследие Майкла Джексона "Неприкосновенно".

      К моменту, когда ему исполнилось два с половиной года, мой сын уже был одержим Майклом Джексоном - коверкая слова горланил  "Billie Jean", танцевал вместе со "Smooth Criminal" и "Bad", предупреждал нас о том, как страшен был "Thriller" . Я понимала его одержимость, потому что понимала Майкла Джексона.

 В конце 1960-х и 70-х я была ребенком , растущим в округе Бушвик Бруклина (старый Бушвик, а не тот, где сейчас живут белые люди). Я выросла в конце White Flight * (последняя белая семья уехала из нашего квартала в 1971), на земле пышного округлого афро, где песнопения "Black Panthers" и "Young Lords" ** вытекали из нашего рта не потому, что мы понимали их грандиозность , а потому, что они рифмовались и ощущалась сила. Мы видели свое собственное отражение в работах Никки Джованни и Педро Пьетри. Мы могли бы быть следующими Ширли Чисхолм или Хермон Бэдилло.  "Скажи это громко!"- кричал нам Джеймс Браун  -"Я черный и я горжусь этим!". Нина Симон *** рассказала, что мы  молодые, талантливые и черные. Джесси Джексон повелел нам сказать: "Я кто-то!" И мы были. А Майкл Джексон олицетворял в целом всю нашу легендарность, воплотившуюся в одном маленьком мальчике и его братьях.
 
  Моя мать мигрировала из Южной Каролины в 1968 году и нашла свободу в Нью-Йорке, она никогда не чувствовала, что вернется на родину. Но Юг остался с ней - в соленом арахисе и фунтовых пирогах присылаемых родственниками,  в медлительном южном акценте ее слов и всякий раз, когда речь заходила о расе. Это бывало часто. По выходным дням она снимала свой афро -парик, брызгала его Afro Sheen Holding Hair Spray и надевала его на держатель из пенопласта. Ее собственные короткие натуральные волосы теперь были свободны на 48 часов.

  Когда Майкл Джексон и его братья появлялись на экране телевизора, моя сестра и я целовали стекло, пока мои братья практиковали плавные движения группы позади нас, а моя мать смотрела с гордым, тихим обожанием.

 В редких случаях наша мать позволяла смотреть фильмы с Элвисом Пресли, мы знали, что лучше всего сесть поближе к экрану. Это было прямо таки даром Божьим иметь телевизор с шестью рабочими каналами, и в дождливый  выходной день он [Элвис] позволялся даже в нашем доме.
 Снова и снова, мы слышали, как цитировались слова Элвиса, заявившего, что единственное, что черный человек мог бы сделать для него - это начистить его ботинки. Мы до тошноты слушали лекции о том, как он украл наши движения, наш стиль пения, даже песни - две или три. Он был глубоко нелюбим в нашем доме и во многих домах нашего, преимущественно черного и латиноамериканского, сообщества.
 Но моя сестра и я тайно любили его. Разница была в том,что мы любили Элвиса на расстоянии. Мы знали, что мы никогда не встретимся с ним, знали, что он никогда не посмотрит нам в глаза и по-настоящему не разглядит  нас. Мы знали, что девушки, которых он любил "на" и "за" экраном не Black and Beautiful  - как нас учили, что мы были такими. Мы знали, что Элвис не понял бы нашу "удивительность". Мы знали, что он был другой. Но это не имело значения. У нас был Майкл.
 Майкл Джексон и его братья всмотрелись в эту камеру и разглядели нас. Его кожа была коричневой, как наша. Его волосы были густыми и естественными, как наши. Его одежда была такой, какую мы сами бы носили , если бы мы могли позволить себе их одежду. И в нашем маленьком месте во Вселенной, наша семья знала еще об одной более глубокой связи.
The Jackson Five, по слухам, как и мы, были Свидетелями Иеговы.

  В то время, когда наша консервативная, неверно понятая (даже нами) религия была тем, что держало меня, мою сестру и братьев обособленно  даже от наших самых близких друзей, здесь мы видели суперзвезду, которая верила в Армагеддон, Воскресение, Новый Мир и Иегову. Здесь был кумир, которому не разрешали праздновать дни рождения и праздники, который, когда он не был в дороге, вероятно, должен был сидеть точно также за изучением Библии по вечерам понедельника, в воскресенье утром штудировать "Сторожевую башню", в четверг вечером Ministry School, и произносить короткую молитву : " Спасибо, Господи, за эту пищу и все прочие блага, через твоего сына, Иисуса Христа. Аминь.",перед каждым приемом пищи.  Возможность того, что в один прекрасный день мы окажемся в одном месте с Майклом Джексоном, не важно в этом мире или в следующем, вызывала у нас удивительное чувство. В конце концов, это было частью Божьего плана. Вернее мы так думали.

Но проходили годы.

  Мы выросли и отдалились от религии. Мы разбежались или остались вместе, поступили в колледж или нашли работу после школы. Когда мы сделали шаги в большой мир, "Black Is Beautiful" и "Boriqua Forever" глубоко уже были в нашей крови, и наше понимание того, кем мы могли бы стать и становимся , делало нас сильными, смелыми и заставляло двигаться вперед.
 
  Майкл Джексон изменился физически и мы тоже. Мы располнели, а может и нет, отрастили грудь, выпрямили свои волосы, выщипали наши брови. И хотя нас учили, что "Black Don’t Crack” ("черные не трескаются"), что меланин в коже сохранит нас от морщин и что только белые люди делают такие сумасшедшие вещи, как пластическая хирургия, - некоторые из нас провели кое-какую небольшую работу вокруг глаз, навсегда распрямили свои волосы, убрали немного жира на бедрах и животе, уменьшили всего на чуть-чуть наши носы . Мы не хотели быть белыми или даже "менее черными". Мы хотели быть немного другими.

  Будучи молодыми людьми, мы не знали глубокую историю физического насилия над Майклом и не понимали травм детства. В то время, как мы смотрели в зеркала нашего будущего через людей, которые пришли до нас, Майкл смотрел на нас. И должно быть, миллионы кричащих людей не отразили ему ничего большего, чем будущее, всего лишь немного менее яркое, чем его прошлое.

 Как ребенок воспитывался в оскорблениях Джо Джексона, отца, который был родоначальником импринтинга глубины осознания его красоты?**** Кто стал его командой поддержки, рассказывающей ему, каким удивительным он был, глубоко понимая насколько это важно для него?

  В цветном сообществе мы видели трагическое влияние мира на постоянно меняющемся лице и глазах Майкла. Он казался таким везунчиком, когда был  маленьким мальчиком на экране черно-белого телевизора из нашего детства. Теперь мы осознали - это мы были везунчиками. В то время, как мир, который никогда так и не узнал нас по-настоящему, заклеймил наше сообщество гетто и назвал нас «лишенные средств к существованию» (позднее это заменили на «имеющие низкий уровень», и, наконец, просто «урбанистический»), мы были ограждены от этого и обласканы родителями, которые хотели быть уверены, что осознание нами нашей красоты и нашей ценности проникло в самую нашу сущность.

  Вот почему, когда я прочитала заголовок книги Рэнди Салливана, обстоятельной и исчерпывающей биографии, «Неприкасаемые: Странная жизнь и трагическая смерть Майкла Джексона», меня это уже оттолкнуло. Чья жизнь не странна? Чья смерть не трагична? Какой ограниченный взгляд нужно иметь, чтобы придумать такое несуразное название? Откуда Рэнди может знать хоть что-то, если он не сидел, как мы, перед тем телевизионным экраном, когда мир был Black and White , и что значит быть цветным ребенком внутри этого мира нависшего над нами. И годы спустя, когда белые люди спрашивали меня, как я объясню "белого" Майкла Джексона  своими детям, я отвечала: «Что тут объяснять?» Ведь любой, кто провел хоть минуту в этой стране знает, - никто не может "стать белым".  Майкл Джексон был удивительным исполнителем с разрушительным прошлым, который просто не имел зеркал, в которых он мог бы увидеть себя красивым, и поэтому хотел изменить лицо, которое я так любила в детстве. Он не стал менее черным. Не стал менее Майклом. По крайней мере, тех для людей, которые по-настоящему поняли его.

 Салливан приводит поразительное количество деталей в биографии. Спросите меня о детской спальне Майкла. Я могу теперь рассказать вам . Спросите меня об адвокатах Джексона, судебных исках, прихлебателях и пристрастиях к benzos. Я знаю это. Спросите меня о его покупательских привычках, о союзниках, о врагах, и о союзниках обернувшихся врагами. Спросите меня о Майкле и его детях отправившихся в Лас-Вегас и покидающих Лас-Вегас, об их путешествиях и размерах их номеров. Тем не менее, я обнаружила себя отключившейся и откровенно скучающей от этих подробностей. Возникло чувство, что Салливан достаточно быстро понял, что он не имеет и малейшего представления о том, кем действительно был Джексон, и вместо того, чтобы выяснить это , (а может быть, даже немного поговорить о том, что значит быть белым человеком пишущем о черном человеке), он попытался заполнить зияющие дыры  мелкими, ненужными деталями. Страницу за страницей, страницу за страницей наполняя ими.

  Оттого, что каждая деталь дотошно прописывалась и сообщилась с таким недоисследованнием, отсутствием сочувствия или самоанализа, к тому моменту, как я добралась до середины книги, я больше не хотела иметь ее в своем доме. Она не углубляет или уменьшает мои чувства в понимании Майкла Джексона. Да, в этой книге 601 страница, а затем еще 175 страниц заметок и благодарностей. Некоторым может казаться, что самое главное, что кто-то вообще захотел потратить столько времени и бумаги на исследование жизни. Но меня огорчает то, что Салливан, кажется, пропустил самую важную часть этой жизни -  она изменила и продолжает менять жизни людей всех цветов кожи по всему миру.

  Моему сыну почти пять, и хотя он перерос свою одержимость Майклом Джексоном , всякий раз, когда играет одна из песен Джексона, он бросает то, чем он занимался и его взгляд становится отсутствующим, потому что он прислушивается к словам. Если спросить у него, будет ли он подпевать, как это иногда делает в других случаях, он говорит : "Я просто слушаю." Может быть, он уже знает то, что Салливан никогда не узнает, - что история Майкла Джексона, как и его музыка, по определению понятна тем, кто действительно слушает. А для тех, кто слышит, не нужны никакие другие разъяснения.


Примечания:

* White Flight "Белый полет" - термин обозначающий массовую миграцию белого населения из рассово-смешанных районов, в районы где живут только или преимущественно белые.

**  Black Panthers - организация по продвижению гражданских прав чернокожего населения
      Young Lords - националистическое движение пуэрториканцев.

*** Никки Джованни (1943)- афро-американка, писательница,комментатор,общественный деятель,борец за гражданские права,правозащитник просветитель. Заслуженный профессор, имеет множество наград.
      Педро Пьетри ( 1944-2004) - американец пуэрториканского происхождения, поэт и драматург, активист группы "Young Lords". Интересный факт:одно из стихотворений Педро состояло полностью из знаков препинания.
      Ширли Чисхолм( 1924-2005) - афро-американский политик, в 1968 году она стала первой темнокожей женщиной, избранной в Конгресс США и работала в Конгрессе на протяжении семи сроков с 1969 по 1983 год, кандидат в президенты США на выборах 1972 года, автор двух книг.
      Нина Симон (1933-2003)- американская певица, пианистка, композитор, аранжировщица.

**** импринтинг - (оставлять след, запечатлевать, фиксировать),- образование чрезвычайно устойчивых следов в психике после однократного переживания. Представляет собой форму очень быстрого и стойкого научения человека в некоторых ситуациях связанных с выраженным нервноэмоциональным напряжением. Известно, что в результате импринтиша в психике может стойко зафиксироваться конкретная ситуация и реакция на нее. При этом образуются столь прочные условно рефлекторные связи, которые могут сохраняться всю жизнь влияя на поведение человека в целом. Импринтинг осуществляется только в строго определенном периоде жизни (детском и подростковом возрасте), а его последствия чаще необратимы. Существует теория импринтинга, согласно которой в нервной системе человека имеется так называемый врожденный механизм высвобождения. Чтобы привести его в действие, необходимы зрительные, обонятельные, тактильные и другие раздражители. В целом это приобретение устойчивых реакций (схем поведения) в ранний послеродовой период жизни.
  Джо был тем, кто должен был помочь "выработать" в младенчестве и раннем детстве Майклу необходимые правильные реакции , а выработал совершенно обратные.

Перевод и примечания Lyudik

для http://forum.myjackson.ru/