Гражданская война в США была не борьбой с рабством, а войной двух Америк, одна из которых хотела ограбить другую – вот главный секрет янки, который они тщательно оберегают от мира. И в ней было несколько совершенно неизвестных нам страниц, о которых стоит рассказать.
«Янки» и «Джонни»
Нужно заметить, что первые английская колония в Северной Америке появилась не в 1635 году, как это пытается изобразить нынешняя американская власть, а еще во времена сэра Френсиса Дрейка, то есть в конце 16 века. Это была Вирджиния. Мягкий климат и плодородная земля привлекала туда английских аристократов и свободных крестьян, которые основали там фермы и плантации. Сахар, хлопок и табак были прекрасным экспортным товаром, приносившим неплохую прибыль. Постепенно там сформировалась своя культура, а также специфический психологический тип: американский джентльмен, очень гордящийся своей личной независимостью и честью.
Позднее именно южане стали героями освоения Дикого Запада. Бывшие конфедераты стали и разбойниками, и наемными стрелками, и знаменитыми рейнджерами. Это они носили шляпы «стенсон» и предпочитали воскресной мессе салун, где метко стреляли из револьверов по малейшему поводу и без оного. А вот переселенцы из Новой Англии, носившие «котелки», в руках держали не «кольт», а лопату или ручку кассового аппарата – и в страхе жались к стенам, если в городок въезжал хоть один вооруженный джентльмен.
Северные колонии, известные как Новая Англия, образовались в результате заселения их изгнанными из Британии сектантов, которых не приняли в Вирджинии из-за их крайней агрессивности и неуживчивости. Все эти «трясуны», методисты, адвентисты очень отрицательно относились к личной свободе человека. Они селились религиозными общинами, где царили всевозможные запреты, мракобесие и расправы с неугодными. Вплоть до конца 17 века там сжигали ведьм, даже в 19 веке за неуважение к Библии людей изгоняли из домов или заключали в тюрьму. И если на Юге жили люди, придерживающиеся христианских заповедей, то сектанты Севера предпочитали строгий Старый Завет. Более того, они сравнивали себя с древними евреями, которым Бог даровал Ханаан – поэтому с полной уверенностью в собственной праведности уничтожали индейцев (как евреи филистимлян) и вводили суровые Моисеевы законы. Психологический тип северянина – это иудествующий агрессивный пуританин, уверенный в своей безоговорочной правоте, стремящийся либо переделать, либо уничтожить то, что ему кажется грешным и неправильным, и считающий, что весь мир создан для его личного обогащения. Это и есть классический «янки» (южане носили кличку «джонни»). Наверное, не нужно пояснять, почему янки ненавистны во всем мире?
Интересно и то, что если на Юге детям давали традиционные английские, античные или евангельские имена, то на Севере преобладали имена из Старого Завета: Исайя, Авраам, Гедеон, Давид и т.п.
В 1864 году Авраам (!) Линкольн решил стереть часть истории США. Он подписал указ о праздновании Дня Благодарения – в память о «первых поселенцах 1635 года». Таким образом, «истинными» основателями Америки отныне становились как раз северяне-сектанты, и Север приватизировал себе право быть «эталоном американца».
Причины конфликта
Так из-за чего же началась война? Причин было несколько, причем пресловутое «рабство» беспокоило немногих.
Во-первых, экономические причины. Десятки тысяч эмигрантов, сходивших с кораблей в порту Нью-Йорка, нуждались в участках. Тысячи промышленников нуждались в рудниках, скважинах и шахтах. Сотни спекулянтов ждали возможности заработать на перепродаже участков. Все это лежало на Юге, который нужно было ограбить. Но препятствием к этому было законодательство южных штатов, которое защищало своих граждан. Преодолеть его могла только сильная центральная власть – против которой всегда выступали южане. Поэтому второй причиной стали разногласия по поводу полномочий федеральной власти.
Простой же люд, который в крупных экономических сделках не участвовал, традиционно восстал за личную свободу. И горожане, и фермеры, и даже рабы с ликованием приветствовали отделение от Севера, который попросту их достал. Ведь к 1860 году в Америке образовалась знакомая во многих государствах ситуация: появляется некий «хрен с бугра (Аппалачей, Карпат, Альп) и начинает учить местное население как им жить – заодно прибирая к рукам их деньги и имущество. И если местное население имеет достаточно достоинства, то оно старается выдворить умников вон.
Когда президентом был избран Линкольн, стало ясно, что он добьется усиления федеральной власти, после чего начнется колоссальный передел собственности (нечто подобное свита Ющенко готовила и у нас – но политреформа обломала их аппетит). Чтобы защитить себя, Вирджиния и приткнувшие к ней штаты, используя свое право выхода из Североамериканского Союза, создали отдельное государство, президентом которого стал Джефферсон Дэвис. Это была конфедерация – государственное устройство, в котором каждый штат имел максимум самоуправления и прав. Юг выступил против Севера за свободу и целостность своего имущества.
В ответ Север цинично назвал это мятежом и начал готовить армию, для того чтобы подавить его силой.
Особенности военных действий
Конфедерация обладала весьма скромными возможностями. Ее население составляло всего 5 миллионов человек (из них треть – негры), весьма незначительной была промышленность.
На Севере проживало более 20 миллионов человек. Кроме того, неиссякаемым источником рекрутов была эмиграция из Европы – вербовочные комиссии устанавливались прямо на причалах, где новоприбывшие автоматически получали гражданство, вступая в ряды армии Североамериканского Союза. Но главным козырем северян была их развитая промышленность, выпускающая почти все виды вооружения – от винтовок до бронепоездов.
Однако в первый период войны Конфедерация одерживала значительные победы – ее армия была воодушевлена порывом избавиться, наконец, от вериг Севера. Дважды Союз был на грани поражения – его спасали лишь громадные резервы. Душой этих побед был генерал Роберт Эдвард Ли, который для американцев до сих пор является одной из самых культовых исторических фигур.
Современники так отзывались о нем: «Он обладал всеми достоинствами великих полководцев, но без их грехов. Он был враг без ненависти, друг без предательства, гражданин без озлобленности, сосед без укоров, христианин без лицемерия. Он был Цезарем без его амбиций, Фридрихом без его тирании, Наполеоном без его самоуверенности».
Роберт Ли участвовал в войне с Мексикой, ликвидировал военный путч радикального масона Джона Брауна, и был настолько уважаем, что в начале войны ему пришло сразу два предложения возглавить действующую армию: от Линкольна и Джефферсона. Он долго мучился, не желая участвовать в братоубийственной войне, но потом принял решение. «Мне кажется, Север своими действиями оскорбляет Юг. Я чувствую агрессию и желаю сделать все, чтобы ей воспрепятствовать. Это принцип, который я отстаиваю вовсе не из-за индивидуальной выгоды. Как американский гражданин, я молюсь за свою страну и ее процветание, но готов защищать любой ее штат, права которого будут под угрозой», - писал он в письме к сыну. Ряд побед принес ему невероятную популярность в армии, и сделал неофициальным лидером борьбы за свободу.
Конфедерация значительно использовала тактику молниеносных рейдов, которые наносили северянам огромный ущерб. Основной силой в них стали кавалерийские соединения, создаваемые из фермеров и рейнджеров. Вооруженные в основном парой револьверов и дробовиком с укороченными стволами (в этой войне кавалерия впервые отказалась от сабли), издавая пугающий врага кличь «Woh-who-ey! Who-ye!», они перехватывали обозы федералов, нападали на их железнодорожные станции, переправы. Такая тактика во многом отражала состав армии, состоящей из народа, восставшего против агрессора и бьющего его партизанскими методами.
Впрочем, однажды Конфедерация опередила Север и в техническом отношении. Одним из средств подавления Юга президент Линкольн избрал блокаду портов Конфедерации. И тогда она построила несколько броненосцев, самый известный из которых «Мерримак» настолько напугал флот северян, что тех от панического бегства спасло лишь изобретение инженера Эриксона - монитор.
Тем не менее, Юг нес потери, и вскоре на место убитых уже не вставали новые солдаты. С севера же непрерывным потоком шли все новые полки, которыми двигала отнюдь не благородное стремление «освободить негров» - а новый указ Линкольна «О гомстедах», по которому всем солдатам Североамериканского союза был обещан в случае победы участок под ферму.
Рабство
Собственно, «отмена рабства» как повод для войны – не более чем официальная пропаганда победившей стороны, которая к этому не очень то и стремилась. Линкольн выпустил свою ни к чему не обязывающую петицию только в 1864 году (что ему мешало это сделать в начале своего президентства?), но она не имела силу закона. Поэтому фактически рабство он не отменял. На самом деле это было сделано Конгрессом уже после смерти Линкольна. 13-я поправка к Конституции США (1865 г) отменила рабство, 14-я (1868 г) предоставила неграм гражданство, а 15-я (1870 г) наделила их правом голоса. До этого же времени рабство процветало течении 300 лет, причем не только на Юге, но и на так называемом «свободолюбивом Севере».
Рабство там было с самого начала, более того – рабами там были и белые люди. Колонисты-сектанты охотно покупали в Британии осужденных к каторжным работам бродяг, преступников и ирландцев (десятки тысяч их были проданы в Америку Кромвелем) и привозили их в Новую Англию, где несчастные должны были отрабатывать весь свой срок в качестве рабов в хозяйствах колонистов. Кроме того, ряды белых невольников пополнялись за счет людей, которые попадали в рабство за долги. Около половины всех эмигрантов в Новую Англию, не имея средств оплатить переезд, становились рабами на 5-7 лет.
Исторически зафиксировано 25 крупных восстаний белых рабов, которых часто поддерживали индейцы. В 1763 белые невольники восстали в Бостоне, в 1741 – в Нью-Йорке. Лишь после принятия Независимости позорнейший институт белого рабства был отменен.
На Юге предпочитали покупать рабов черных. Хотя это тоже не очень хорошо, но, во всяком случае, южане не превращали в рабов своих соотечественников. Но вот что интересно – если Юг использовал рабскую силу до 1864 года, то Север ею до этого же года торговал.
К началу 19 освоенные земли Новой Англии из-за хищнического использования истощились. Фермы и плантации запустели. Поэтому северяне поспешили продать своих чернокожих рабов на Юг. Увидев, что это приносит прибыль, северяне занялись работорговлей. А так как в ряде южных штатов еще в 18 веке был принят закон о запрете работорговли, то основными импортерами черных невольников в Штаты стали именно северяне.
По большому счету, северянам было наплевать на негров. К тому же они понимали, что освободившиеся рабы первым делом хлынут в северные города в поисках работы, отбивая ее у белых и создавая массу бытовых неудобств. Поэтому отношения к чернокожим на Севере было далеко не благодушным – более того, первые линчевания негров произошли в Нью-Йорке. Не слишком то их приветствовал и сам Линкольн. «И я скажу, что я никогда не выступал за социальное и политическое равенство двух рас – черной и белой, я никогда не поддерживал точку зрения, чтобы негры получили право голоса, заседали в жюри или занимали какую-нибудь должность или женились на белых… добавлю, что между белой и черной расой есть физическая разница… и как любой человек, я за то, чтобы белая раса занимала главенствующее положение», - говорил этот «великий борец за свободу».
Но самый большой удар по мифу о «войне против рабства» наносит участие негров в войне на стороне Юга.
Черные солдаты Конфедерации
На Арлингтонском национальном кладбище в Вашингтоне (расположенного на территории бывшего поместья генерала Ли) есть малоизвестный памятник, поставленный в честь негров, воевавших во время Гражданской войны в рядах армии Конфедерации. На монументе изображены чернокожий конфедерат, и белый южный солдат, передающий своего ребенка чернокожей няне.
Свыше 100 лет нас убеждали в том, что угнетенные негры Юга только и мечтали, как бы удавить своих хозяев и сбежать на Север, где их как родных встречали космополиты. Поэтому участие чернокожих в этой войне на стороне своих хозяев вызывает немало удивления. Однако приготовьтесь удивиться еще больше: такое явление было массовым.
К 1860 году на Юге США проживало всего 46 тысяч плантаторов (включая тех, кто имел 1-2 рабов в качестве домашней прислуги). В рядах же армии Конфедерации сражались 600 000 человек – так что ее основу составили фермеры, которые с оружием решили защищать свою свободу. Вместе с ними против Севера в боевых подразделениях сражались 15 000 негров. Еще около 180 000 тысяч чернокожих служили в армии музыкантами, поварами, матросами во флоте, работали в оружейных мастерских, строили укрепления. Причем все они пришли туда добровольно – многие из них уже были свободными (и получали за службу жалование). А тысячи оставшихся дома работников и слуг помогали семьям сражавшихся хозяев, обороняли их дома от банд северян. Все это было бы невозможно, если бы южане относились к неграм так же, как это описано в дурацких книгах типа «Хижины дяди Тома».
За что они сражались – за собственные цепи? Но были ли эти цепи такими тяжелыми, как нас в этом убеждали? Ведь стараниями пропаганды Севера, рабовладельцы Юга были поголовно зачислены в садисты и расисты. Перед нами до сих пор потрясают в качестве доказательства этого словом «сегрегация» и вытащенными из музеев табличками «только для черных». Хотя если подумать логически (а не заглатывать чужие выводы), то назначение этих табличек неоднозначно. Что плохого в том, что для негров в общественном транспорте, кафе, кинотеатрах и других публичных местах забронированы места, с которых их не мог согнать ни один расист? К тому же, разделение на «белых» и «цветных» придумали как раз северяне. Причем к «цветным» они относили не только негров, китайцев и индейцев, но и арабов, испанцев, итальянцев, греков.
Негры были наслышаны о том, что «масса Линкум» якобы хочет дать им всем вольную. Многие, в основном негры с плантаций, в это верили – и убегали на Север, где их отнюдь не ждали с распростертыми объятиями, а гнали воевать против бывших хозяев – отрабатывать «свободу». Но многие считали, что «слово массы Линкума» лживо.
Не будем упускать и экономический фактор. Мог ли негр, с юности работающий слугой, садовником или поваром в доме плантатора (о подобном только мечтают сотни тысяч наших заробитчан) желать убежать от него, чтобы влачить жалкое существование в хижине? Наконец мы забываем главное – рабство на Юге существенно отличалось от рабства в Древнем Риме или Египте, причем в лучшую сторону.
Поэтому, скорее всего негры поддержали белых по двум причинам: нежелании ломать устраивавшую их систему, в которой многие из них неплохо приспособились, и из желания помочь своим хозяевам (у кого они были добрые и справедливые).
Половина орудийной прислуги батарей, оборонявших Ричмонд от армии северян в конце Гражданской войны, состояла из негров-добровольцов. Большинство из них погибли, но не покинули свои орудия. 83 процента проживающих в Ричмонде рабов записалось в армию Конфедерации. В городе даже состоялся специальный благотворительный бал - с целью сбора средств на экипировку черных батальонов.
Чернокожие милиционеры (в основном старики и подростки), с одними дробовиками и топорами в руках, обороняли от северян город Грисволдсвилл. А в сражении при Манассасе участвовали два «черных» полка Конфедерации.
Хорейс Кинг, бывший раб, выучившийся на инженера, стал не только основным поставщиком военно-морского флота Юга, но и вошел в историю как «Строитель мостов Конфедерации», возводя прекрасные и прочные мосты. Северяне отомстили Хорейсу, разграбив и взорвав его дом.
Южане относились к неграм много справедливее и честнее, чем северяне. Газеты Конфедерации писали: «Никто не будет отрицать тот факт, что наши слуги (на Юге не было популярным слово «раб») более достойны уважения, чем наступающие на нас с Севера пестрые орды».
На предприятии «Buffalo Forge», выпускавшем оружие, негры-станочники зарабатывали до 600 долларов в год (в то время за эту сумму можно было купит ферму). Если в армии Линкольна негры не имели права получить звание выше рядового и юнги, то среди конфедератов можно было встретить негров в чине капрала или боцмана.
Интересно и то, что практически все генералы Севера всю войну оставались рабовладельцами, в то время как большинство командующих Конфедерации либо никогда не имели их, либо дали своим слугам свободу еще до ее начала.
Сегодня все это тщательно «забывается». В США царит негласная цензура – все, что говорит об участии негров в войне на стороне Конфедерации, не допускается в печать и на экраны. Доктор Леонард Хейнс, афро-американский профессор Южного университета, говорил: «Уничтожая чернокожего солдата Конфедерации, вы уничтожаете историю Юга». Увы, переписывание истории – одно из любимых занятий янки.
Трагедия индейцев
При том, что в Гражданской войне погибло свыше 600 тысяч американцев, множество людей лишилось имущества, жилья, работы, самыми крайними в ней, как всегда, оказались индейцы. Каждый раз, когда бледнолицые начинали воевать между собою, они втягивали в войну индейские племена. Гражданская война не была исключением – в ней приняли участие около 20 тысяч индейцев (12 тысяч из них сражались за Конфедерацию). Но она стала для них последней.
С самого начала колонизации Северной Америки ее коренное население попросту уничтожалось. Если испанцы в своих колониях считали индейцев хоть и зависимыми от себя, темными и дикими - но все-таки людьми, то для англосаксов их они были сродни сорнякам, растущим на пустоши. Поэтому «сорняк» старались уничтожить, по мере освоения западных земель.
В северных штатах истребление индейцев, освященное сектантской идеологией, приобрело наибольшие размеры. К началу войны там их осталось всего около 40 тысяч. Остатки коренных народов спаивали, их земли отнимали. Так как они не имели гражданства (конгрессмены-сектанты с гневом отвергали саму мысль об этом), то они не могли защитить себя с помощью законных средств. А любое отчаянное восстание жестоко подавлялось.
Несколько лучше чувствовали себя племена, жившие на территории южных штатов. Земли там было много, а людей мало, поэтому на ней находилось место и для индейцев. Наивыгоднейшее положение занимало племя чероки. Добившись некоторой независимости, чероки создали свое правительство, суд и даже выпускали на родном языке свою газету. Будучи весьма состоятельными, вожди чероки к 1860 году владели 4 тысячами рабов. В Конгрессе Конфедерации индейцы имели представителей от своих племен (но без права голоса).
К началу войны многие индейцы настолько срослись с «белой цивилизацией», что решили вместе с южанами защитить ее от нашествия вашингтонских орд. Даже те, кто надеялся было отсидеться в стороне, после первых же атак северян взялся за оружие – чтобы выжить.
Индейцы северных штатов шли в армии в надежде на милость бледнолицых. Среди них ходили слухи о том, что после войны всем индейцам, которые служили в армии Союза, дадут гражданство. Увы, вышло совсем наоборот – пока они воевали за интересы Вашингтона, их земли конфисковали, а семьи истребили.
Несмотря на свою малочисленность, индейцы внесли значительный вклад в ход военной компании. На стороне Конфедерации сражались 1-й и 2-й Черокские конно-стрелковые, 1-й и 2-й Крикские кавалерийские полки, батальоны оседжей и семинолов.
Армия Союза включала индейцев (племена пекотов, сенека, оттава, чиппева и стокбриджей) в состав «цветных полков» - пресловутые «борцы с рабством» даже в армии разделяли людей по цвету кожи - вместе с эмигрантами из Италии и Китая.
Индейцы сражались достойно и храбро, неся огромные потери – в войне погибло и было ранено свыше половины краснокожих солдат. Двое вождей даже сделали блистательную карьеру: Уби Сэмюэль Паркер (племя сенека) дослужился до бригадного генерала армии Союза, а Стэн Уэйти (чероки), командующий Индейской бригадой, был одним из лучших генералов Конфедерации.
Военной славой овеял себя «Легион Томаса», который был создан Уильямом Томасом – белым американцем, в детстве усыновленного племенем чероки. Имея высокий авторитет среди краснокожих, он сформировал из них «Легион индейцев и горцев» численностью около 3 тысяч человек, который прошел всю войну и стал последним соединением конфедератов, которое сложило оружие.
Северяне были решительно настроены ликвидировать всех индейцев – независимо от того, кто за кого воевал. Планы по решению «индейского вопроса» были разработаны федералами еще в 1859 году. Война только ускорила намеченное. Уже в 1861 году началось истребление краснокожих Великих озер. Генерал Шерман, бестолковый в войне с армией Конфедерации, значительно «отличился» после нее, когда США начали чудовищный геноцид индейцев на Юге и Западе. Для уничтожения индейских деревень использовали самые новые виды оружия, прошедшие испытания в войне. На это выделили 80% военного бюджета и 73% вооруженных сил США.
А то, что не успела уничтожить армия, сделали переселенцы, хлынувшие вслед за ней через Миссисипи.
Восстание продолжается!
Конфедерация проиграла и была упразднена. Янки получили почти все что хотели, однако Юг не был покорен. Федеральной власти даже пришлось отказаться от поголовной конфискации земель восставших – из-за угрозы длительной партизанской войны.
Восстание продолжается и сегодня – в сердцах отдельных людей, которые отстаивают свои права на личное мнение, на оружие, на неприкосновенность. Конфликт идет между лживой вашингтонской властью, которая подавляет свободу своих граждан, и теми, для кого она не пустой звук и заключается в нечто большем, чем праве выбирать между «тампаксом» и «орбитом». Они объединяются в Народную милицию, или уходят в малозаселенные районы, чтобы противостоять экспансии Севера, проникающей в их карман, душу, личную жизнь. А самые отчаянные пытаются бороться с ней, обороняя от ФБР свои фермы или взрывая здания федеральных учреждений.
Замечательно главное: флагом освобожденного, восставшего духа в США и Европе является не вашингтонский «матрас», а боевое знамя Конфедерации…