На острове замшелом старом-старом
Жил был маяк у бухты самой синей.
Он был простужен, мучился катаром…
Две сотни лет дожди его косили.
А рядышком, в приземистом домишке
Смотритель жил — почти ровесник веку.
Большой любитель выпить лишку –
Чего ж не подлечиться человеку?
Но что бы ни случилось, каждый вечер
Смотрителем он все же оставался:
Набросив драный плед на плечи,
Вверх по крутым ступеням поднимался.
Добравшись до стеклянной головы,
Дед долго основательно копался
Маяк не знал, что делал тот, увы,
Но каждый раз счастливо зажигался.
А дед садился в кресло и ворчал:
«Зачем я здесь? Я никому не нужен!»
Маяк тихонько кашлял, но молчал.
Не будем забывать, он был простужен.
Но как-то раз смотритель маяка
Хлебнул стакан и больше не поднялся.
Напрасно ожидал он старика
Переживал и сильно волновался.
На море — шторм, и бухта черной стала
Маяк видал такое и не раз
Он понял, как опасны стали скалы,
Из-за того, что в нем огонь погас.
А в это время бурей и волнами
Несло корабль прямо на маяк.
Там, в теми, капитан искал глазами
Спасительного света яркий знак.
И маяку без деда страшно стало
Он кораблю скрипел, что было сил…
И вдруг он взял и кровельным металлом
Одну из молний крепко ухватил.
Вмиг крыша, стены, пол заполыхали
«Только б успеть!» — маяк себе твердил
Он умирал, а тучи увидали,
Как капитан корабль уводил
Зачем живем на этом свете белом?
Что люди вспомнят, а что в Лету канет?
Понять и оценить, наверно, смогут в целом
После того, когда и нас совсем не станет.
из инета.
