[300x360]

Это случилось в половине девятого ве­чера 25 июля 1977 года. Речь шла о жизни десятилетнего Марлона Лоу — в буквальном смысле этого слова.

Он и два его друга играли на заднем дворе дома Лоу в Лондейле, штат Иллинойс, когда неожиданно две огромные черные птицы-монстры спикировали вниз с неба и по­гнались за одним из друзей Марлона, Тревисом Гудвином. К счастью, Тревис избавился от преследователей, прыгнув в бассейн, но ужасная крылатая пароч­ка вместо него сосредоточила свое внимание на Марлоне. Марлон бежал от них так быстро, как только мог, но его скорость была явно недостаточна. Продолжая бежать, он к своему неопи­суемому ужасу почувствовал, что ког­тистые лапы одной из огромных птиц схватили его за плечо, зацепились за рубашку, и в следующее мгновение пе­репуганный мальчик (весивший 30 ки­лограммов) летел над землей на высоте около 3 метров.

Крича и отбиваясь, Марлон что есть мочи звал на помощь, в то время как птица без видимых усилий пронесла его около 12 метров по воздуху — с заднего двора к парадному крыльцу. Услыхав его голос, родители мальчика Рут и Джейк Лоу прибежали на крик, так же поступили два друга семьи, ра­ботавшие неподалеку. Рут появилась первой — она первой увидела ужасную картину, от которой кровь засты­ла в жилах. Ее сына уносила огром­ная черная птица, напоминавшая кон­дора, а мальчик колошматил по ногам птицы изо всех сил, на какие был спо­собен, что, кажется, не мешало похи­тителю.

Однако через несколько мгновений какой-то из ударов, очевидно, достиг цели. Птица неожиданно разжала когти и выпустила Марлона, а затем скры­лась вдали вместе со своей подругой. Как сказала мать Марлона позже в ин­тервью местной газете, «он бил ее ку­лаками, иначе она никогда бы не выро­нила его».

Четверо взрослых сгрудились вокруг испуганного мальчика и к своему об­легчению выяснили, что, если не считать шока и рубашки, порванной в том месте, за которое его схватила птица-монстр, с Марлоном вроде бы не случилось ни­чего плохого. Однако спустя недели страх взял свое: Марлона стали часто мучать кошмары. «Он боролся с этими птицами ночи напролет», — рассказы­вала газетчикам его мать. А всю семью готовы были безжалостно заклевать скептики и циники.

Но самое трагическое последствие травмы было налицо: в течение года медно-рыжие волосы Марлона совер­шенно поседели.