[142x217]
Быть неформатным, это удобно. Причем всем. Ну, как сказать автору – писать не умеешь, печатать не буду. Вот же он – такой приятный, и фильмы смотрит и много книг читал, и анекдоты рассказывать умеет.
Автору тоже приятно. Почему не публикуют? Понятно же, я же выдающийся, не такой как все, неформатный.
Формат – это рамочка такая. Влезет – не влезет. Если влазит – повезло, проще читателю объяснить чего это такое. Приходит женский иронический детектив. Рамочка понятная – рамочку долго-долго Донцова лепила. Все понятно с боевиками и классическими детективами, женскими романами и фэнтези. Формат чем хорош? Для него в книжном магазине уже полочка есть.
А то ведь как бывает – написал человек женский роман, только действие в космосе, а главный герой женщина, но у нее много рук и ни одной ноги, потому как она с Юпитера. Вот нет такой полки в книжном магазине. Есть одна большая свалка под названием «Современная проза». И ведь нельзя сказать, что женские романы непременно без инопланетян должны обходится, только вот не продать… Точнее не продать без сверхусилий - реклама, продвижение, то есть деньги, большие деньги.
Если повезет, то роман с многорукой женщиной с Юпитера станет таким известным, что появится новый формат, и оглянуться не успеешь, как будет специальная полка во всех книжных для любителей неземной, наконец-то, в прямом смысле любви.
Еще один случай неформата, это несоответствие языка и сюжета. К примеру, сюжет из боевика, а язык – сплошной Cosmo. Тут и деньги не помогут, придется довольно долго ждать, когда любители боевиков станут любителями глянцевых журналов. Что-то мне подсказывает, что к этому моменту, они перестанут быть любителями боевиков. Я как-то даже за их пол к этому моменту не поручусь.
Но худший вариант неформата, это из серии «я так вижу». Удивленный редактор спрашивает: «А чего у вас с финалом как-то не сложилось? И главный герой на половине книги пропал куда-то, и вот с пятидесятой по сотую страницу у вас текст почему-то на греческом и даже без перевода?» Автор, конечно, не сдается и приводит в пример Толстого, мол, писал на французском и ничего, а если в стране до сих пор не полиглоты все поголовно, то кто им виноват?
И наконец, не последний, но самый глухой случай, это из серии «не хочешь - заставим». Обычно это книги для детей и подростков. Принесет человек сказку, где довольно подробно рассказывается об устройстве доменной печи, реакции фотосинтеза, а заодно про свойства квазаров и опять–таки на робкий вопрос, а почему вы решили, что это дети читать будут, следует решительное – вы что же хотите, чтобы они выросли идиотами?
То есть не важно, как написано, важно, чтобы о полезном, о нужном.
Часто члены союзов писателей приносят патриотическое, тоже все равно, как, важно, что о любви к родине. Тут формат выстраивается легко, всего-то - отмотать время к 1937-му. Не прочел – десять лет без переписки. Прочел, не смог пересказать? На поселения.
Есть еще один неформат. Самый сложный. Классический роман. Все знают, что он есть и никто не пишет. И уже как-то даже полки в магазине нет.