Он так и не увидел

Её в раскрытом виде…

Она кассиршей служит, вроде,

Её балкон как раз напротив

Его окошка… Он читал

Роман, который накатал

Какой-то крупный романист,

По слухам – гомоальтруист.

Она – не самых строгих правил.

День жарок был, палил и плавил.

Она сняла всё, что могла,

И на балконе возлегла,

Отдавшись ультрафиолету

Во имя измененья цвета.

О, как она была нага!

О шея, грудь, рука, нога!

Венеры стан! Мадонны лик!..

А он главою к книге ник.

Да, он читал, читал, читал!

Слова жевал, глодал, глотал!

Читал взахлёб, взасос, навзрыд,

Ища, где смысла пёс зарыт,

Не видя ничего вокруг…